home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 26

– Жаль, – сказал Мак.

– Да, – ответил Ларкин.

Окаменевший Питер Марлоу молча смотрел на Авату.

На лице коменданта лагеря лежал отпечаток сильной усталости, но плечи были расправлены, а шаг тверд. Он как всегда был аккуратно одет, левый рукав его рубашки был заткнут за пояс, на ногах деревянные сандалии, голову украшала высокая фуражка, от долгого пребывания в тропической жаре ставшая серо-зеленой. Он поднялся по ступенькам на веранду и нерешительно замялся в дверях.

– Доброе утро, – хрипло поздоровался он, когда арестованные встали.

Авата гортанно сказал что-то часовому. Тот поклонился и встал рядом с ним. Еще один отрывистый приказ, и двое мужчин вскинули на плечи винтовки и ушли.

– Все закончилось, – хрипло выговорил комендант. – Берите приемник и следуйте за мной.

Они оцепенело выполнили приказ и вышли из комнаты на солнце. Было приятно снова увидеть солнце и подышать свежим воздухом. Они прошли по улице вслед за комендантом лагеря, под взглядами потрясенных обитателей Чанги.

В кабинете коменданта лагеря их ждали шесть полковников и Браф. Все отдали честь прибывшим.

– Вольно, – сказал комендант, ответив на приветствие. Потом обратился к арестованным:

– Садитесь. Мы в долгу перед вами и выражаем вам признательность!

Ларкин дрожащим голосом спросил:

– Она и вправду кончилась?

– Да. Я только что видел генерала. – Комендант лагеря оглядел присутствующих. – Генерал был с Иошимой. Я сказал: «Война кончилась». Генерал молчал и пристально смотрел на меня, пока Иошима переводил. Я ждал ответа, но он молчал. Я повторил: «Война кончилась. Я требую вашей капитуляции». – Комендант лагеря потер лысину. – Я не знал, что еще сказать. Генерал продолжал молча смотреть на меня. Иошима тоже безмолвствовал.

Потом генерал заговорил, а Иошима стал переводить: «Да, война закончена. Возвращайтесь в лагерь. Я приказал снять охрану лагеря. Теперь они будут охранять вас от любого, кто силой попытается войти в лагерь, чтобы перебить вас. Они будут делать это до получения мной дальнейших приказов. Вы по-прежнему несете ответственность за дисциплину в лагере».

Я не знал, что ответить. Попросил его удвоить рацион и дать нам лекарства – это первое, что пришло мне в голову. На это он ответил: «С завтрашнего дня рационы будут удвоены. Вы получите лекарства. К сожалению, их у нас немного. Но вы несете ответственность за дисциплину. Мои охранники будут защищать вас от любого, кто захочет убить вас». – «Кто они?» – спросил я. Генерал пожал плечами: «Ваши враги. Встреча закончена».

– Черт побери, – воскликнул Браф. – Может быть, они хотят заставить нас выйти из лагеря, чтобы получить повод перестрелять нас?

– Мы не можем выпустить людей из лагеря, – запротестовал Смедли-Тейлор, – они взбунтуются. Но нам надо что-то делать. Может быть, приказать охране сдать нам оружие?

Комендант лагеря поднял руку.

– Думаю, нам остается только ждать. Мне кажется, кто-нибудь приедет. А до тех пор нам надо поддерживать порядок в лагере. Да, да. Нам разрешено отправлять пленных группами для купанья в море. Пять человек от каждой хижины. По очереди. О, мой Бог, – продолжил он, и это прозвучало как молитва. – Я надеюсь, что никто не наделает глупостей. Нет никакой гарантии, что японцы подчинятся капитуляции. Они могут продолжать воевать. Мы должны надеяться на лучшее, но готовиться к самому худшему.

Он сделал паузу и посмотрел на Ларкина.

– Считаю, приемник следует оставить здесь. – Он кивнул Смедли-Тейлору. – Вы организуете постоянную охрану.

– Есть, сэр.

– Конечно, – обратился комендант лагеря к Ларкину, Питеру Марлоу и Маку, – вы по-прежнему можете слушать радио.

– Если вы не возражаете, сэр, – сказал Мак, – пусть кто-нибудь другой делает это. Я починю приемник, если что-то сломается. Но, как я полагаю, вы хотите, чтобы приемник работал круглые сутки. Мы не можем этого обеспечить... и так или иначе... ну, говоря от себя лично, раз уж приемник разрешен, пусть люди сами слушают передачи.

– Позаботьтесь об этом, полковник! – приказал комендант.

– Слушаюсь, сэр, – ответил Смедли-Тейлор.

– Теперь давайте обсудим план предстоящих действий.

Около кабинета коменданта начала собираться толпа зевак, желающих узнать, о чем идет речь, что произошло и почему убрали японского часового.

Макс стоял в этой толпе, затем бегом бросился к хижине американцев.

– Эй, парни! – крикнул он.

– Идут япошки? – Кинг уже был готов выпрыгнуть в окно и бежать к проволоке.

– Нет! Господи, – отдувался Макс.

– Ну, в чем тогда дело, черт побери? – спросил Кинг.

– Они убрали японского часового от Пита и от радио! – К Максу вернулось дыхание. – Потом комендант лагеря увел Пита, Ларкина и шотландца вместе с приемником к себе в кабинет. Там прямо сейчас идет большое обсуждение! Там все старшие полковники, даже Браф там!

– Ты уверен? – спросил Кинг.

– Я видел все собственными глазами, но мне тоже не верится.

В напряженной тишине Кинг вытащил сигарету, и тогда Текс сказал то, что ему уже стало понятным.

– Все кончилось. Действительно кончилось. Вот, что это должно означать, если они убрали часового от приемника! – Текс оглянулся. – Разве не так?

Макс тяжело опустился на койку и вытер потное лицо.

– Вот что я думаю. Если они убрали часового, это означает, что они собираются сдаваться, а не сражаться. – Он беспомощно посмотрел на Текса. – Разве нет?

Текс сам находился в замешательстве. Наконец он невозмутимо изрек:

– Все кончилось.

Кинг хладнокровно пыхтел сигаретой.

– Я поверю в это, когда увижу сам. – Воцарилась зловещая тишина, ему вдруг стало страшно.

Дино автоматически бил мух. Байрон Джонс III рассеянно передвинул слона. Миллер взял его и оставил королеву без защиты. Макс смотрел себе под ноги. Текс почесывался.

– Я тоже так думаю, – заявил Дино и встал. – Надо пойти отлить, – и вышел.

– Не знаю, плакать мне или смеяться, – сказал Макс. – Я просто чувствую себя так, как будто меня вышибли из игры.

– Бессмысленно, – пробормотал Текс, обращаясь к самому себе. Он даже не понял, что говорит вслух. – Просто бессмысленно.

– Эй, Макс, – сказал Кинг. – Не сваришь ли кофейку?

Макс автоматически вышел, наполнил кастрюлю водой. Вернувшись, включил плитку и поставил на нее кастрюлю. Потом уже было пошел к своей койке, когда неожиданно повернулся и уставился на Кинга.

– В чем дело. Макс? – неловко спросил Кинг.

Макс продолжал молча смотреть на него, губы его судорожно и беззвучно дергались.

– Какого черта ты уставился на меня?

Макс вдруг схватил кастрюлю и вышвырнул ее в окно.

– Ты спятил? – взорвался Кинг. – Ты меня всего облил!

– Это замечательно, – крикнул Макс, глядя на Кинга вытаращенными глазами.

– А не выпустить ли из тебя кишки? Ты спятил?

– Война кончилась. Сам вари себе твой чертов кофе, – заорал Макс; в уголках губ выступила пена.

Кинг вскочил и двинулся на Макса, лицо его пошло пятнами от ярости.

– Убирайся отсюда, пока я не врезал тебе ногой по морде!

– Сделай это, только сделай это, но не забывай, что я старший сержант! Тебя отдадут под трибунал.

Макс начал истерически смеяться, потом разрыдался, водопад слез полился у него из глаз. Он выскочил из хижины, оставив за собой страшную тишину.

– Сумасшедший, сукин сын, – пробормотал Кинг. – Вскипяти-ка воды, Текс, – и сел в свой угол.

Текс стоял в дверях, глядя вслед Максу. Он медленно оглянулся.

– Я занят, – он мучительно старался перебороть нерешительность.

У Кинга в душе все оборвалось. Он с усилием подавил приступ тошноты и сохранил обычное выражение лица.

– Да, – он мрачно улыбнулся. – Это я приметил, – Он чувствовал эту напряженную тишину. Вынув бумажник, он вытащил банкноту. – Вот десять монет. Давай освобождайся поскорее и вскипяти водички, будь так добр. – Он заставил себя подавить боль в животе и серьезно глядел на Текса.

Но Текс промолчал, нервно вздрогнул и отвернулся.

– Вам все равно надо есть, до тех пор, пока она действительно не кончится, – презрительно сказал Кинг, оглядывая хижину. – Кто хочет кофе?

– Я хочу, – вызывающе сказал Дино. Он сходил за кастрюлей, налил ее водой и поставил на плитку.

Кинг бросил на стол десятидолларовую бумажку. Дино посмотрел на нее.

– Нет, спасибо, – поблагодарил хрипло, тряся головой, – только кофе. – Неуверенными шагами он прошел в конец хижины.

Люди стыдливо отворачивались от затаенного презрения Кинга.

– Я буду очень рад, ради вашего же блага, сукины вы дети, что война действительно кончилась, – тихо проговорил Кинг.



* * * | Король крыс | * * *