home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


3 глава. Знакомство с кораблем

Эстер и Сильвии предоставили одну каюту на двоих. Она была маленькой и тесной.

Сильвия огляделась по сторонам и презрительно скривилась.

— Какое убожество! У них тут нет никаких условий для похищенных. Грязная, тесная, окошко маленькое да еще и одна на двоих. Отвратительно. Можно ведь было и предоставить нам что-нибудь получше.

Эстер покачала головой.

— Сили, ну зачем ты так? Во власти этого человека сделать с нами все, что угодно. Не нужно его сердить.

— Чушь какая. За двадцать тысяч он вытерпит все, что угодно. И пусть терпит, сам напросился. Его ведь никто не заставлял нас похищать.

— О Господи, — женщина села на стул, — ох, Сили! Не знаю, достаточно ли двадцати тысяч для того, чтобы терпеть все твои выходки. Особенно, если учесть, что у мистера де ла Круа почти нет терпения.

— Никакой он не де ла Круа, — отозвалась Сильвия, — еще назови его «месье».

Эстер пожала плечами.

— Но надо же как-то его называть.

Окинув взглядом убранство каюты, она признала, что Сильвия была права. За время, прожитое с мужем в роскоши, женщина настолько отвыкла от неудобств, что даже отсутствие большого зеркала превращалось в огромную проблему. А уж то, что предстало их глазам и вовсе вызывало недоуменное изумление. Эстер наткнулась взглядом на несколько чемоданов, как попало сваленных в углу. Судя по всему, Сильвия тоже обратила на это внимание, потому что проговорила:

— Вот болваны, не могли поставить как полагается. И горничной нет. Интересно, тут можно принять горячую ванну?

Миссис Планкетт усмехнулась:

— Сдается мне, что нам придется на время забыть о том, что на свете существуют горничные. Нужно разобрать вещи. Неизвестно, сколько мы здесь еще пробудем.

— Ужасно, — Сильвия скорчила гримасу, — уж за десять-то тысяч фунтов стерлингов я имею право на минимальные удобства. И я еще должна сама заниматься вещами! Ненавижу это место, — она полулегла на койку, свесив ноги вниз.

Эстер фыркнула:

— Ты ведь так не хотела ехать домой, Сили. Вот, твое желание и исполнилось.

Сильвия скривилась:

— Здесь ничем не лучше, чем дома.

— Давай займемся вещами. Разберем их, развесим, — предложила Эстер, — я понимаю, как это неприятно, но делать нам все равно нечего. Надо как-то выходить из ситуации. Я, например, не хочу ходить в мятом платье.

— Нужно отдать их этому типу, пусть займется, — съязвила девушка напоследок, но все же встала.

В допущение, что де ла Круа будет заниматься глажением их вещей, ей не верилось ни на йоту, так что Эстер, конечно, была права. Нужно было развесить одежду и разгладить складки, чтобы не выглядеть так, будто ее корова жевала. Но Сильвия не могла допустить, чтобы последнее слово осталось не за ней.

Некоторое время обе женщины сосредоточенно занимались делом. А потом Эстер расхохоталась на всю каюту, уткнувшись лицом в ворох одежды. Ее плечи тряслись.

— Боже мой, — простонала она сквозь смех.

Смешливая Сильвия засмеялась тоже, хотя не понимала, что именно так развеселило женщину. Через некоторое время она спросила:

— Что тебя так насмешило, Эстер?

— Я вспомнила… вспомнила, как ты писала письмо дядюшке, — простонала та, покатываясь от хохота, — ой, не могу! Ха-ха-ха! «Дорогой дядюшка, не пойдет, он не поверит, что это я». Ой, ха-ха-ха! Ты довела его до трясучки, моя милая. Если ты так ведешь себя и дома, то неудивительно, что твой дядя так редко там бывает.

— Можешь мне поверить, я не иду ни в какое сравнение с тетей Беллиндой, — внушительно заметила Сильвия, — она бы справилась с этой задачей куда быстрее меня. Так что, я немного приноровилась к ее манере вести разговор. Если не давать ей отпора, она тебя просто проглотит.

— Понятно, — Эстер вздохнула, приходя в себя после бурного веселья, — Господи, надеюсь, мы не задержимся здесь.

— Я тоже на это надеюсь, — кивнула девушка, продолжив раскладывать вещи, — боюсь, я не вынесу этой убогой обстановки слишком долго.

— Сили, что ты делаешь? Кто же кладет обувь вместе с нижним бельем? — всплеснула руками ее подруга по несчастью.

— А куда ее класть? — та пожала плечами.

Эстер подошла ближе и окинула взглядом место, где Сильвия пыталась расправиться со своими вещами. Она лишь головой качала, поняв с первого взгляда, что у нее было не слишком много опыта в таких делах.

— Ты что, никогда раньше этого не делала? — поинтересовалась она для проформы.

— А для чего тогда существуют горничные? — вопросом на вопрос отозвалась девушка.

— Ясно, — женщина принялась за разборку наваленного как попало добра.

Если ей не делать этого, вскоре Сильвия будет погребена под грудой своих вещей.

— Странно, что ты не взяла с собой горничную, — говорила она за работой.

— В школе не разрешают держать горничных, — пояснила та.

Эстер посмотрела на нее искоса и нерешительно проговорила:

— Могу я задать тебе нескромный вопрос?

— Какой? — тут же полюбопытствовала Сильвия.

— Ты можешь назвать размер своего годового дохода? Или это страшная тайна?

— Я не очень хорошо в этом разбираюсь, — пожала плечами девушка, — но точно знаю, что размер моего состояния превышает полмиллиона.

Эстер вытаращила глаза:

— Полмиллиона?! Ты не шутишь?

— Ну, может быть и больше. Я в последнее время не интересовалась делами.

— В эту сумму входит и недвижимость?

— Нет, чистыми, — спокойно пояснила Сильвия.

— С ума сойти. Теперь понятно желание твоих родственников не отпускать тебя от себя подольше.

— Им этого мало. Им подавай все и как можно скорее.

Пока миссис Планкетт разбирала вещи девушки, та с удобствами расположилась на стуле и продолжала болтать, словно так и надо.

— Нужно осмотреться. Вдруг представится возможность сбежать. Я вовсе не хочу дарить этому гадкому типу десять тысяч.

— Не думаю, что у нас что-нибудь получится. Мистер де ла Круа не похож на идиота.

— А по-моему, одно лицо, — ехидно отозвалась Сильвия.

— Перестань. Он симпатичный, ведь правда?

— Мне это все равно. Он негодяй. Какая разница, симпатичный он или нет?

— Большая. Я предпочла бы иметь дело с симпатичным негодяем, чем с уродом, — лукаво улыбнулась Эстер, — у меня есть опыт. К тому же, у некрасивых людей полно самых различных комплексов.

— А по мне, мерзавец и есть мерзавец, — упрямилась девушка, — тем более, что на виселице все равны.

Эстер рассмеялась.

— Ну что ты. Мне, например, вовсе не хочется отправлять его на виселицу. Он этого не заслужил.

— Тогда на каторжные работы.

— Маленькое, кровожадное создание, — фыркнула женщина, — полагаю, я смогу с ним договориться. Ведь до сих пор он ничего плохого не сделал.

— Как это, ничего? — возмущенно вытаращила глаза Сильвия, — он нас похитил!

— Это такой пустяк, — легкомысленно отмахнулась Эстер, — даже если он и попадет в лапы закона, ему не смогут предъявить никаких обвинений, если он заявит, что стал жертвой страсти.

— Вот как? Что, воспылал страстью сразу ко всем троим?

Эстер расхохоталась, упав на стул.

— Сили, ты редкостная язва, — заявила она сквозь смех.

— Мне все так говорят, — с важностью заключила девушка и встала, — ты закончила? Может, поднимемся на палубу? Надоело здесь сидеть.

Миссис Планкетт приподняла брови, но этим и ограничилась. Она уже поняла, что спорить и что-то доказывать Сильвии бесполезно. Она настолько уверена в непогрешимости собственных суждений, что будет упорствовать до Страшного суда. И дело не только в воспитании среди алчных родственников, с нетерпением ожидающих ее смерти, но и в какой-никакой наследственности. Все же, женщину поразил тот факт, что Сильвия заявила ей такое между тем, как она, между прочим, занимается ее вещами.

— Представляю, как вытянутся лица у моих дражайших родственничков, — злорадно произнесла Сильвия, — когда они узнают, что платить им все же придется. Они так берегут мои денежки в том случае, когда их нужно тратить на меня.

— Ты все же решила, что они заплатят?

— Я вспомнила о миссис Эллистон, — пояснила та, — она непременно примчится к тете и выложит ей все подробности. Той ничего не останется, как выполнять требования похитителя.

— Причешись, — велела ей Эстер, окинув ее критическим взглядом, — тебе это не помешает.

Сильвия взяла в руки гребень и, не глядя в зеркало, провела им по волосам.

— О Господи, — вздохнула женщина, — ты и этого не умеешь делать?

— Причесываться я могу, а укладывать волосы — нет. Зачем, ведь…

— … для этого есть горничная, — закончила за нее Эстер, — все ясно.

— Правильно, — подтвердила девушка.

— Ладно, давай сюда гребень. У меня не было такого тяжелого детства, как у тебя и я умею не только укладывать волосы, но и одеваться самостоятельно.

— Ты тоже язва, — хмыкнула Сильвия.

Женщина усмехнулась и взялась за гребень. Причесывая девушку, она чувствовала себя лет на двадцать старше. Хотя на самом деле ей было всего лишь двадцать два. Пять лет между ними, а кажется, что целая пропасть.

Приведя себя в порядок, они покинули каюту и вышли на палубу. Эстер с любопытством оглядывалась по сторонам, надеясь увидеть мистера де ла Круа. Несмотря на то, что он поступил с ними не слишком деликатно, похитив и требуя выкуп, он произвел на женщину сильное впечатление. Неожиданно ей стало казаться, что именно о таком мужчине она и мечтала всю жизнь. Но коварная судьба распорядилась иначе. Она подсунула ей отвратительного Карла, который делает все, чтобы испортить ей существование. Как хорошо, что она оказалась на этом корабле и оказалась похищенной! Судьба наконец сжалилась над ней и предоставила ей шанс. Точнее, не шанс, небольшую отсрочку, но это все же лучше, чем совсем ничего.

Сильвия направилась прямиком к борту и облокотилась на него, рассматривая горизонт с самым внимательным видом.

— Мы довольно далеко отошли от берега, — заметила она, — они слишком торопятся. Наверное, не хотят, чтобы их обнаружили.

— Сили, ты ни о чем другом думать не можешь? — спросила Эстер, — посмотри, какая замечательная погода!

— Мне все равно, что там за погода, я хочу сбежать отсюда.

Чьи-то шаги заставили их обоих обернуться. Эстер рассчитывала увидеть де ла Круа и испытала легкую досаду, обнаружив позади всего лишь Рэнфилда.

— Вы тоже здесь? — осведомился он, подходя ближе, — хорошая погода, не правда ли?

— Прекрасная, — подтвердила Эстер.

— А мне жарко, — упрямилась Сильвия.

— Мисс Эверетт, — Рэнфилд слегка поклонился, — позвольте вашу руку.

— Зачем? — спросила девушка, но руку все же подала.

Он галантно поцеловал ее.

— Мисс Эверетт, я просто в восторге. Выражаю вам свою глубочайшую признательность. Вы так лихо отделали капитана! Браво, мисс Эверетт!

Он засмеялся. Сильвия прыснула и присоединилась к нему.

— Вы были великолепны, — продолжал Рэнфилд, — надеюсь, мы хоть немного отомщены. Хотя я бы все отдал, чтобы очутиться в каком-нибудь другом месте.

Эстер недовольно поморщилась. Ей поведение Сильвии казалось ужасным и неприличным. Сейчас — особенно.

— Я тоже, — тем временем сказала Сильвия, — здесь просто ужасно. Представьте, сэр, нам дали всего лишь одну каюту на двоих. Она очень тесная. Вряд ли, там согласилась бы жить хоть одна уважающая себя собака.

— Но что же делать, — вмешалась Эстер, останавливая ее сетования, — если нам не повезло тут очутиться.

— Везение здесь не причем, — возразила девушка, — во всем виноват этот тип, который называет себя де ла Круа.

— Может быть, он и есть де ла Круа, — предположила женщина.

— Тогда я Жанна д'Арк.

Рэнфилд захихикал:

— Вот это вряд ли. Хотя в чем-то вы правы. Я тоже не верю в то, что он — француз. Во всяком случае, вся его команда — англичане.

— Естественно, — фыркнула Сильвия презрительно, — глупая и неправдоподобная ложь. Лучше бы назвался мистером Смитом, это было бы куда ближе к правде.

— Капитан Смит как-то не звучит, — веселился Рэнфилд.

— Что вы здесь делаете? — прозвучал грозный голос в двух шагах от них.

Все трое обернулись. Немного поодаль стоял Лео, хмурясь и всем своим видом выражая недовольство. На его мальчишеском лице это смотрелось даже забавно.

— Мы дышим свежим воздухом, сударь, — пояснила Эстер дружелюбно.

— Можете дышать им и в каюте.

— Нет, там мы не можем этого делать.

— Почему?

— Потому, что она похожа на собачью конуру, — внесла ясность Сильвия.

Рэнфилд оскалабился.

— В таком случае, раз вы уже надышались, возвращайтесь на место, — упорствовал Лео, игнорируя выпад девушки.

— Полагаете, мы убежим? — ехидно осведомилась Сильвия, — могу вас успокоить. Мы не умеем ходить по воде, как Иисус Христос.

Лео перевел на нее сердитый взгляд, осмотрел с ног до головы, пытаясь копировать манеру капитана и припомнив пощечину, еще больше разозлился.

— Немедленно возвращайтесь в каюту!

Рэнфилд захохотал. Парень обернулся к нему резко, как на пружине.

— А вы… вы…! Вам велели сидеть тихо и не высовывать сюда своего носа!

— Вот еще. Стану я слушать такого сопляка, как ты.

Лео стиснул кулаки и шагнул к нему:

— Я заставлю тебя это сделать!

— Руки коротки. Ты ими только и умеешь, что в чужих вещах рыться. Ворюга!

— Что-о?!

— Что слышал. Мерзкий грабитель, любитель чужого добра. В тебе напрочь отсутствуют любые моральные качества. Беспринципный, бессовестный…

— Я не рылся в твоих вещах, черт побери! — взревел Лео, — твой чертов сундук упал и раскрылся, ясно? А вещи сами рассыпались, ты это видел!

— Все равно — ворюга!

Не миновать драки, но тут в яростный спор вмешалась Эстер:

— Прекратите же! Вы забыли, что капитан запретил вам ругаться! Как не стыдно! Говорить такие ужасные слова! А здесь молодая девушка.

— Я была бы рада, если б мистер Рэнфилд поколотил его, — припечатала молодая девушка, — будет знать, как протягивать руки куда не следует.

— О Боже, — женщина покачала головой, не зная, как еще можно на это возразить.

Рэнфилд с изумлением уставился на Сильвию, а потом весело рассмеялся. Лео скрипнул зубами.

— Или вы возвращаетесь к себе добровольно или я позову людей, которые силой уведут вас.

— Смотрите, как бы вас не отшлепали за излишнюю старательность, — съехидничала Сильвия.

— Смита с Андерсеном позовешь? — Рэнфилд сузил глаза, сверкнувшие недобрым огнем, — конечно, как это я сразу не догадался! Сам-то ты только и умеешь, что чужие карты таскать из…

Он не договорил. Размахнувшись, Лео врезал ему от души кулаком в челюсть. Эстер ахнула. Рэнфилд покачнулся, но устоял на ногах.

— Вот негодяй, — заметила Сильвия, — сразу видать прирожденного головореза. Может быть, теперь вы и нас поколотите?

Лео с шумом втянул в себя воздух, в самом деле чувствуя в себе непреодолимое желание отколотить мисс Эверетт.

Рэнфилд медленно вытер кровь, бегущую из разбитой губы. А потом без перехода налетел на Лео и повалил его на палубу.

Эстер отступила на шаг назад.

— Ну вот, — сказала она, — добрались-таки друг до друга. Господи, как это утомительно!

— Надеюсь, мистер Рэнфилд покажет ему, где раки зимуют, — мстительно фыркнула Сильвия.

— Так, — протянул капитан, оказываясь рядом и окидывая взглядом катающихся по палубе людей.

— Явился, — прошипела девушка себе под нос и с неприязнью посмотрев на него, отошла в сторону.

— А ну, встать, — коротко приказал де ла Круа, — прекратить!

Лео, привыкший подчиняться приказам, попытался было прекратить, но у него ничего не вышло. Рэнфилд, которому было наплевать на чьи бы то ни было приказы, вцепился в него мертвой хваткой. Тогда капитан шагнул, наклонился и, подхватив Рэнфилда за шиворот, словно щенка, встряхнул и поставил на ноги, оторвав от своего помощника.

— Я сказал: хватит.

Оба противника тяжело дышали и бросали друг на друга яростные взгляды из-под насупленных бровей. Оба были встрепаны, со следами повреждений на лицах. В частности, у Лео был подбит глаз.

Эстер оглядела их по очереди и покачала головой.

— Итак, что на сей раз? — поинтересовался де ла Круа.

— Отличный фонарь, — злорадно заметила Сильвия, — сами виноваты, вы первый его ударили.

— По заслугам! — рявкнул тот, окатывая девушку гневным взглядом, — он вынудил меня!

— Чушь. Он сказал правду. Вы и вправду вор. И все на этом судне воры, грабители, негодяи, похитители и вымогатели. А быть может, даже и убийцы. Ничего удивительного.

— Все сказали? — повернулся к ней капитан.

— Нет, не все! — вспыхнула девушка.

— Тогда говорите побыстрей, у меня мало времени. Мне нужно заниматься делами, а не выслушивать ваши вопли.

— За десять тысяч вы должны внимать моим воплям с благоговением.

— О Боже, — не выдержала Эстер.

Рэнфилд, позабыв на мгновение о своих повреждениях, фыркнул.

Де ла Круа безучастно отвернулся и взглянул на Лео.

— Я был бы тебе очень признателен, если бы ты впредь не выяснял отношения с этим пассажиром. Он нам еще пригодится.

— Если он еще раз посмеет сказать…

— Достаточно. Иди к себе и приведи в порядок одежду.

Лео, сдерживая рвущиеся наружу чувства, проистекающие отнюдь не из христианского милосердия, удалился. Де ла Круа взглянул на Рэнфилда.

— А вы… Кажется, я велел вам не покидать каюты.

— Кажется, нет, — тот пожал плечами, — но в любом случае, мне все равно некуда деваться. Куда ни глянь — море. Думаете, я сбегу?

— Думаю, нет. Ведь у меня ваша бесценная карта.

Рэнфилд скорчил гримасу злости и бессилия.

Эстер, терпеливо ожидая окончания спора, решила, что ей этого долго дожидаться придется и вмешалась:

— Признаю, сэр, нечасто мне доводилось видеть человека, так хорошо справляющимся с ситуацией. Вы были на высоте.

— Конечно, — пробурчала Сильвия, — будь я тоже ростом с колокольню, так же смотрела бы на всех свысока.

Она отвернулась и скривилась. Эстер вела себя странно. Она почему-то восхищалась этим отвратительным типом. А девушка не видела в нем ни единой положительной черты. Она поймала взгляд товарища по несчастью, на его лице были написаны те же чувства. Он подмигнул ей.

— У вас кровь течет, — сообщила ему девушка, — вы знаете об этом?

— Да уж знаю, — хмыкнул Рэнфилд.

— Тогда ее нужно вытереть. У вас есть платок?

— Где-то был, — кивнул он, залезая в карман, — да, вот он.

Между тем, Эстер и капитан обменивались любезностями. Капитан, разумеется, оценил ее неприкрытую лесть. И к тому же, вдвойне приятно было услышать ее из уст такой очаровательной особы. Тем более, что до сих пор похищенные не говорили ему ничего приятного. А самое главное, Эстер была единственной, кто пока не доставлял ему никаких хлопот.

— Вы хорошо его стукнули, — похвалила Сильвия Рэнфилда, — мне понравилось. Поделом ему, раз он такой негодяй. Может быть, вы побьете кого-нибудь еще?

Рэнфилд фыркнул в платок.

— Не сегодня, — наконец отозвался он, — сперва мне стоит залечить свои раны, вы так не считаете, мисс Эверетт?

— Да, пожалуй, — кивнула она, — поднимите подбородок, тогда кровь перестанет идти. И еще, нужно приложить что-нибудь холодное. Нужно поискать, где тут может быть лед.

— Лед? — он приподнял брови, — мы ведь не в Арктике, мисс Эверетт.

— Оставь его, Сили, — вмешалась в их беседу довольная Эстер, — ты слышала, капитан де ла Круа приглашает нас на обед в салон.

— Не слышала, — отозвалась та строптиво, — и почему у лже ла Круа возникла такая странная идея?

— Потому, что вы — ценные пассажиры, которые в скором времени принесут мне доход в двадцать тысяч фунтов стерлингов, — спокойно ответил капитан, игнорируя более чем вольную интерпретацию своего имени.

— Лучше бы вы позаботились о том, где мы будем спать, — не оценила Сильвия его заботливости, — если уж вы похищаете людей, то должны предоставить им условия для проживания. А то, каюта просто отвратительная. И потом, у вас нет больше кают? Почему мы должны находиться там вдвоем? Ужасно. Там тесно, душно и грязно. И вообще, это просто убожество. Там нет нормального шкафа, а про кровати я просто молчу. На таких даже бродяжка побрезгует спать.

Рэнфилд на протяжение этой обличительной речи корчился от сдерживаемого смеха, а Эстер вытаращила глаза, поражаясь такой наглости. Де ла Круа все больше мрачнел, ему уже не хотелось улыбаться, даже в беседе с Эстер.

— Это все? — спросил он, когда Сильвия сделала паузу.

— Конечно, нет, — девушка слегка удивилась, — еще, у меня нет горничной.

— А личного повара вам не нужно?

— Где уж дождаться от вас повара, — презрительно отозвалась она, — если вы даже элементарных удобств не предусмотрели. Неужели, вам еще никто не говорил, что вы плохо подготовились к похищению людей?

— Вы хотите меня поучить?

— Сили, ты перестанешь или нет? — взмолилась Эстер, — это утомительно. Пожалуйста, хватит. Может быть, не будем ссориться?

— Кто ссорится? Я всего лишь говорю, как здесь отвратительно.

— Достаточно, — де ла Круа развернулся и ушел.

— Господи, — Эстер, кажется, очень расстроилась, — для чего ты постоянно его злишь? Мы будем находиться здесь достаточно долго. Почему бы не сосуществовать мирно?

— Мирно? Да он ведь нас похитил и требует выкуп! Может быть, ты еще предложишь с ним побрататься?

Рэнфилд прыснул.

— Вы абсолютно правы, мисс Эверетт, все это возмутительно. Но не стоит постоянно сердиться. Лучше сохранять ясную голову.

— Это вы мне говорите? — она бросила выразительный взгляд на его разбитый нос.

— Сдаюсь, — рассмеялся он, подняв вверх руки, — но этот тип меня ужасно злит. В его присутствии мне так и хочется набить ему морду. Прошу прощения у дам.

— Я вас прекрасно понимаю, — успокоила его Сильвия.

— Ну конечно, вы друг друга понимаете, — съязвила Эстер, — ни на что другое у вас не хватает ни терпения, ни соображения.

— О, неужели? — отозвался Рэнфилд, — насчет соображения вы нас всех давно оставили за бортом.

— Ах, значит ты хочешь сказать, что я — дура? — вскипела Сильвия.

Она, как обычно, думала только о себе и восприняла оскорбление лишь на свой счет. Правда, нельзя было отнять у нее наличие воображения.

— Я ничего не хочу сказать, — пошла на попятный женщина, — все это совершенно разные вещи. Впрочем… а, что тут говорить! — она махнула рукой, развернулась и ушла.

— Ну вот, всех врагов мы уже разогнали, — резюмировал Рэнфилд, посмеиваясь.

— Она почему-то считает, что с нами не произошло ничего плохого, — пожаловалась ему девушка.

— Ничего особенного, хотела она сказать. Нас всего лишь похитили. И даже не причинили особого вреда. До сих пор. Правда, я не знаю, как будут развиваться события дальше.

— Кстати, — вспомнила Сильвия, — скажите, если это не секрет, мистер Рэнфилд, — что это за предмет такой, из-за которого вы так рассердились? И почему они его у вас забрали?

— Чепуха, — отмахнулся он, — полнейшая чепуха. Когда умирал мой дед, он кое-что мне сообщил и для наглядности нарисовал план. Правда, на нем ничего нельзя разобрать, поскольку художник из него, как из нашего капитана благородный спаситель. Непосвященному человеку ни за что не понять, что же там такое изображено.

— А что он вам сообщил? — сгорая от любопытства, поинтересовалась девушка.

— Дело в том, — вздохнул Рэнфилд, — что лет пятьдесят назад ему пришлось покинуть Англию и отправиться на поиски другого места жительства. Не знаю точно, что именно подтолкнуло его на это. А сам дед мне этого никогда не рассказывал. Но перед отъездом он кое-что забыл там.

— А перед смертью вспомнил?

— Да, наверное. И поручил мне это достать.

— А кто теперь живет в этом доме? — задала резонный вопрос Сильвия.

— Никто, — он пожал плечами, — говорят, он совершенно заброшен.

— В таком случае, там наверняка ничего не сохранилось.

— Нет. Дед сказал, что место надежное. Там нечто вроде тайника.

— О-о, — глаза у Сильвии загорелись, — это клад? Потрясающе, мне никогда еще не приходилось разыскивать ни одного клада. Должно быть, это просто захватывающе.

— Да нет, — поморщился Рэнфилд, — это не клад. Это что-то вроде забытых семейных реликвий.

— Там, наверное, золото и драгоценности.

— О, Боже, — закатил глаза он, — вы рассуждаете точно так же, как Лео. Тот тоже сделал стойку при виде карты и сразу же решил, что там сокровища. Впрочем, я сам не знаю, что конкретно там лежит.

— Но хотите посмотреть, так?

— Именно для этого я и еду в Англию. И эта досадная задержка меня совсем не вдохновляет.

— А я была бы рада любой задержке, — призналась Сильвия, — лишь бы подольше не возвращаться домой. Но, конечно, не такой, как эта. Всю дорогу я мечтала, чтоб у нашего экипажа сломалась ось или отвалилось колесо. И ничего не происходило. Совсем ничего! А стоило мне только подумать, что еще немного — и я избавлюсь от этой ужасной, нудной особы, нас тут же похитили, — девушка задумчиво заправила прядь волос за ухо, — но от нее я все-таки избавилась.

— От кого? — непонимающе полюбопытствовал Рэнфилд, пряча улыбку.

— От миссис Эллистон, — пояснила она, — это школьная учительница. Она сопровождала меня домой.

— А, та самая, что умоляла капитана похитить кого-нибудь другого вместо вас.

Рэнфилд расхохотался. Сильвия тоже, припомнив некоторые подробности.

— Вы, помнится, тогда заявили, что никогда не видели живого грабителя, — напомнил пассажир, — вы его серьезно озадачили.

— Я думала, что нас просто ограбят. И совсем не хотела, чтоб нас еще и похитили. Все бы отдала за возможность сбежать отсюда.

— Тогда у нас сходные желания, — Рэнфилд придвинулся к ней поближе, — я тоже хочу этого. И сбегу, как только представится возможность. Если хотите, могу взять вас с собой.

— Конечно, хочу! — с энтузиазмом воскликнула Сильвия.

— Тише, — прошипел он, оглянувшись по сторонам в поисках посторонних ушей.

К счастью, таковых не оказалось поблизости.

— Ни к чему сообщать о своем желании всем желающим, — уже спокойнее продолжал Рэнфилд, — никто из них всерьез не верит в то, что мы способны отсюда сбежать.

— Почему?

— Да вы оглянитесь. На много миль кругом только море.

— Но как же вы тогда думаете сбежать? — резонно спросила Сильвия, — я думала, что когда-нибудь они все же куда-нибудь пристанут.

— Вы — очень разумная молодая леди, — признал пассажир, — я тоже думал об этом. Им ведь придется пристать к берегу для того, чтобы отправить наши письма родным.

— Верно. И тогда мы сбежим. Правда?

— Совершенно верно. Но до тех пор никому ни слова.

— Хорошо, — согласилась Сильвия, — да я и не собиралась посвящать в план побега этого отвратительного капитана или его помощников.

— Есть еще миссис Планкетт, — напомнил ей Рэнфилд.

— Ей тоже ничего не говорить? Но почему? Она наверняка тоже хочет сбежать отсюда.

— Мне почему-то кажется, что сейчас она этого не так уж хочет. Но… не знаю. Пока ничего ей говорить не надо. До тех пор, пока не представится подходящий случай. Тогда и подумаем. Договорились, мисс Эверетт?

— Договорились, — она кивнула.

В это время вернувшаяся Эстер недовольно произнесла:

— Ты идешь, Сили? Сколько можно тебя ждать? Нам надо поговорить.

— Хорошо, — вздохнула девушка, — сейчас, — она повернулась к Рэнфилду, — мне надо идти. А вы пока обдумывайте возможности побега.

— Непременно, — пообещал он, усмехнувшись.

Сильвия кивнула ему головой в знак прощания и направилась к женщине. Эстер ожидала ее у трапа, ведущего вниз.

— Пойдем, — сказала она, первой начиная спускаться, — отвратительные лестницы. Никак не научусь по ним ходить.

У Сильвии, судя по всему, таких проблем не возникало. Она с легкостью сбежала по трапу, словно всю жизнь только тем и занималась, что бегала по ним вверх-вниз.

— Главное — приноровиться, — сообщила она на ходу.

Эстер смотрела на нее со смешанными чувствами. Девушка вызывала их массу, никто не мог остаться равнодушным, пообщавшись с ней. В одних она вызывала негодование, в других — изумление, третьи ею просто восхищались, а четвертые покатывались со смеху. Сейчас Эстер казалось, что она испытывает все эти чувства вместе взятые. Но помимо прочего, к ним примешивалась зависть. Зависть тому, что Сильвии все так легко дается. Она никогда не испытывала никаких проблем, исключая общение с ненавистными родственниками. Но судя по острому язычку девушки, это она являлась для родственников проблемой. Она обладала большим состоянием и, вот смех-то, считала это своим несчастьем. Ее очень тяготили собственные деньги. Хорошо говорить, как тебе надоели деньги, если у тебя их много! У Эстер их никогда не было, так что она даже при большом желании не могла бы понять, что именно так тяготит Сильвию. Надо же, больше всего ее возмутило то, что их каюта слишком тесная и предоставлена на двоих! Ей и в голову не пришло, что капитан проявляет поистине ангельское терпение, снося все ее выходки. Впрочем, вряд ли Сильвия сумеет понять это когда-либо. Она уверена в том, что все люди должны исполнять ее прихоти и не просто так, а с огромным удовольствием.

— О чем ты хотела со мной поговорить? — поинтересовалась Сильвия, когда они оказались в каюте.

— Только не говори, что я оторвала тебя от важных дел, — хмыкнула женщина, — ты ничего не делала, только строила глазки этому вспыльчивому молодому человеку. Ну и как, что-нибудь выходит?

— Я вовсе не строила ему глазки, — запротестовала Сильвия, которой и вправду такое не приходило в голову, — мы просто разговаривали.

— Ладно-ладно, это не мое дело. А поговорить я хотела вот о чем. Почему ты постоянно все портишь?

Сильвия вытаращила глаза и уставилась на нее, словно Эстер сказала нечто неописуемое. Впрочем, именно так она и думала.

— Что я порчу? — спросила она едва ли не шепотом.

— Мне таких трудов стоило уломать капитана сменить гнев на милость, а тут вламываешься ты всеми четырьмя лапами и все мои труды насмарку!

— Да что я испортила?

— Он уже пригласил нас на обед в салон!

— Ну и что? Тебе так хочется пойти в салон?

— Да не в этом дело! Мне хочется установить с ним нормальные дружелюбные отношения. Может быть, тогда он изменит свое мнение и не станет требовать с нас выкуп.

— Ты и в самом деле в это веришь? — осведомилась Сильвия с самой скептической усмешкой, на которую только была способна.

Эстер вовсе не была в этом уверена. Но главное, ее это как-то не особенно интересовало. Ее совсем не возмущал сам факт выкупа. Пусть Карл за нее платит, это его деньги. А ей всего лишь хотелось воспользоваться шансом, предоставленным судьбой и провести время с как можно большим удовольствием. Но Сильвии она об этом говорить, конечно, не стала. Эстер прекрасно понимала, какую вызовет реакцию на свои откровения. Да Сильвии и необязательно было об этом знать.

— Мистер де ла Круа — такой же мужчина, как и остальные, — заключила женщина.

— Но другие мужчины почему-то не занимаются похищением людей, — со свойственной ей логикой возразила девушка, — не знаю, почему ты постоянно его оправдываешь.

— У него могли быть причины для такого поступка.

— Какие? Какие такие причины могли у него быть? Да ни одна из причин не способна оправдать такое безобразие! Десять тысяч! Это же уму непостижимо!

— Но подумай, Сили, неужели тебе не приятно, что тебя оценили так дорого?

Сильвия посмотрела на нее как на опасную сумасшедшую.

— По-твоему, десять тысяч — это именно та сумма, в которую меня бы стоило оценить? Ну знаешь ли! Да моя цена — полмиллиона! И это только при поверхностной оценке. А на самом деле, гораздо больше! Десять тысяч! Сказать, что я стою всего десять тысяч!

Эстер только покачала головой, пораженная сверх меры. Кто только что утверждал, что с нее берут несусветную сумму? А теперь выясняется, что ее оскорбляет тот факт, что ее оценили так дешево! Ну и ну!


2 глава. Похищение | Из пустого в порожнее | 4 глава. Взаимность







Loading...