home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 22



Я выпила горячий чай, и приняла душ - словом, сделала всё, что пообещала. Но спать не легла, засиделась допоздна с конспектами. Я пыталась найти точки опоры для новых разработок.

Как итог - утром проспала и прибежала в преподавательскую уже перед самым звонком. Там никого не оказалось, и я уже успела обрадоваться, когда из-за шкафа выглянула Ниана.

Заметив брезгливую улыбку, что скользнула по её губам, мысленно усмехнулась и, вопреки ожиданиям, дежурно поприветствовала девушку:

- Светлого утра, профессор Хрит.

Такого она явно не ожидала, а потому открыла рот от удивления, впрочем, быстро взяла себя в руки и язвительно бросила:

- У вас в столице всегда так?

Теперь пришёл мой черёд удивляться:

- Как?

- Стоит увидеть красивого мужчину, сразу прыгаете к нему в койку, пытаясь удержать возле себя?

Я не сразу поняла, о чём она и к чему клонит, но когда в голове сложились вчерашние события и выводы, что она сделала из этого, то почувствовала, как лицо вспыхнуло от смущения.

- Хотя, что это я такое спрашиваю, конечно, так и есть. Вот только, знаешь ли, Аделия, - девушка намеренно выделила моё имя, - не такая это хитрая задача - раздвигать ноги. Когда ты надоешь, у него появится другая.

Я понимала, что она говорит чушь, понимала, но всё равно казалось, что на меня вылили ведро с помоями. Да и вокруг будто бы запахло гнилью.

- Уж не на себя ли ты намекаешь, милочка? - за спиной раздался скрипучий женский голос и я резко обернулась.

На пороге кабинета, держась отстранённо и холодно, стояла профессор Диам. Волосы, как всегда убранные в пучок, блузка с накрахмаленным воротником, строгая чёрная юбка. Только при столкновении наших взглядов, успела заметить в глубине её глаз теплоту. Это оказалось настолько неожиданным, что я даже на мгновение забыла о гадких словах Нианы.

Профессор сделала несколько шагов, и, смотря мне за спину, припечатала:

- Поверь, если уж за столько лет Райт не посмотрел на вас с сестрой, то хоть раздвигай ноги, хоть нет - на вас он не обратит внимание.

От хлёстких фраз пожилой женщины моё лицо стало пунцовым, а вот Ниана злобно прошипела:

- А вас это никак не касается!

По губам профессора скользнула холодная улыбка, вот только отвечать она не стала. Да и профессор Хрит в кабинете не задержалась - цокая каблуками, вылетела в коридор, и с грохотом захлопнула дверь.

На несколько минут повисла неловкая пауза, которую я прервала первой:

- Как вы себя чувствуете?

Женщина вздёрнула тонкие брови и улыбнулась уголками губ:

- Благодарю, Аделия, если бы не ты, вряд ли бы мы сейчас разговаривали.

Не зная, что на это ответить, неловко кивнула.

- А слова Нианы даже не бери в голову, - она прошла к своему столу и открыла ящик, доставая какие-то бумаги. - Зависть - ужасное чувство, - с намёком произнесла, прежде чем академию огласил звонок.

Тут я вспомнила, что опаздываю, и вообще...

- Простите, - пролепетала, и тоже прошла к столу и оттуда к шкафу с журналами. Но прежде чем уйти, услышала тихие слова:

- Если у тебя найдётся время, я бы хотела поговорить с тобой после лекций.

Обернулась, столкнувшись с женщиной взглядом и растерянно замерла. Поговорить? О чём? Потом поспешно согласилась, вновь кивнув, и вышла за дверь.

Несмотря на скомканную встречу, я на самом деле была рада видеть профессора. Всё же, приятно знать, что жертвы, на которые идёшь, принесены не зря.

***

Если Ниана и распустила слухи, я об этом так и не узнала. Лекции прошли спокойно, и у целителей, и у начальных курсов, никто из ребят не поднимал темы о моей личной жизни. Даже Мика, смотря на меня исподлобья, была как никогда молчалива и равнодушна. И её верная свита - тоже.

Слова, брошенные профессором Хрит, хоть и не забылись вовсе, но уже не казались такими гадкими и обидными. Да и Диам права - не стоит обращать внимание на такое. Это слишком глупо.

Во время обеда успела увидеться с Винсентом, и переброситься парой фраз. Казалось, каждый взгляд мужчины, говорит больше, чем дежурные приветствия и обращение «по форме». Мы с ним словно два шпиона - пытались отыскать тайный смысл между строк. Но до чего это было волнительным и приятным, что две следующие лекции я с трудом подавляла мечтательную улыбку.

Но разговор с деканом правового факультета вернул меня с небес на землю.

Профессора я нашла в преподавательской. Она сидела над конспектами, а в вазе на столе стоял свежий букет из благоухающих цветов.

- Освободилась? - мельком мазнула по мне взглядом. Сразу стало неуютно - словно температура в комнате упала на несколько градусов. Или это моё внутреннее чутьё заприметило неладное?

- Аделия, - начала Диам, оторвавшись от листов, - ты же не против, что я тебя так называю?

Простив я не была, поэтому отрицательно качнула головой.

- Замечательно, - она поправила и без того идеальную причёску. - Так вот, Аделия, у меня не получается долго расшаркиваться. Ты должна знать, что я, действительно, благодарна тебе за спасение. В моём возрасте, уже должно быть не страшно умирать, но... Моя внучка ждёт первенца, и...

Какой бы чёрствой и равнодушной она ни хотела казаться, на самом деле это не так. Это всего лишь маска, притворство, или просто привычка. Не знаю. Во всяком случае, сейчас я видела её настоящую: как сквозь безразличие проступают любовь и страх; как нервно вздрагивают пальцы, которые она сцепила перед собой; как горит в глазах благодарность.

При нашем знакомстве и последующем общении, если таковым его можно назвать, я допустила оплошность. Совсем не подумала о том, что декан правового факультета попросту не может быть другим. Она образец для студентов, кому, как не ей, быть идеальным примером для студентов?

Женщина закашлялась, пытаясь прочистить горло и продолжила:

- Я хочу сказать, что теперь я перед тобой в долгу, и ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь.

Вот тут едва не вскликнула возмущённо. Пришлось одёрнуть себя, и спокойно ответить:

- Профессор Диам, я помогала вам не ради собственной выгоды, так что не стоит считать себя моей должницей.

Мне не хотелось, чтобы она была мне хоть чем-то обязана. Я же поступила так, не ради собственной выгоды. Неужели этого не было видно?

- Ах, Аделия, прекрати, - отмахнулась, припечатав к стулу словами. - Я прекрасно знаю, что моё спасение не было хитрым продуманным планом, но суть от этого не меняется. Ты спасла мне жизнь - я хочу отблагодарить тебя за это.

Хотела возразить, но она опередила меня:

- И никакие возражения не принимаются.

Открыла рот, потом вновь закрыла его. Что тут сказать? Придётся подчиниться.

- Хорошо, - вымолвила тихо, и тут же попала в хорошо подготовленную ловушку:

- Вот и молодец. А теперь рассказывай, что произошло в столичной академии и почему тебя сослали сюда. Я постараюсь в этом помочь.

Сказать, что этими словами она поразила меня в самое сердце, это значит, ничего не сказать.

- Не нужно, - прошелестела едва слышно и встала со стула, чтобы уйти.

- Аделия, - тяжёлый вздох женщины заставил остановиться. - Гордость - это хорошо, даже замечательно. Но не в данном случае.

- Зачем вам это? - всё же спросила, не торопясь садиться обратно.

Повила недолгая пауза.

- Это нужно не мне, а тебе.

Несколько минут я дала себе на то, чтобы принять правильное решение. Решение, от которого сейчас зависит очень многое. И я его приняла - медленно кивнула и так же медленно опустилась на стул.

Разговор занял много времени, и ещё больше отнял сил. Профессор не скупилась на вопросы, подробно расспросила о кураторе, об отношениях, что нас связывали, о самом открытии, о наработках, о том, смогу ли предоставить черновой вариант конспектов. А в конце, записав всё к себе в блокнот, недовольно поджала губы и подвела итог:

- Получается, ректор заодно с профессором Шинару.

В это я поверила не сразу. Когда всё произошло, мне было не до размышлений о причастности ректора. Если быть честной, в тот момент я думала, что попросту не вынесу такого унижения, и, как бы глупо это ни звучало, умру. Но нет, выжила, даже вот улыбаться научилась.

А о ректоре и профессоре я догадалась по пути сюда, в Северную академию. Ведь, несмотря на то, что к защите меня не допустили, диплом с десятой степенью мне вручили, отговорившись, будто это компенсация за прилежное обучение на протяжении всех семи лет.

Вообще, передо мной попросту разыграли хорошо отрепетированный спектакль, а я поверила. Но пойми я это ещё в столице, ничего бы изменить не смогла. Кто я и кто они. Что значит слово какой-то там студентки против заслуженного профессора? Меня бы и слушать никто не стал.

- Получается, - согласилась с тяжёлым вздохом.

На пару минут в кабинете воцарилась тишина. Каждый из нас думал о своём.

- Я попробую кое-что узнать, потом сообщу тебе, - больше не задерживая меня, женщина поднялась со своего места, и я вслед за ней.

- Мне кажется, что время уже упущено.

- Вот ещё, - скептически хмыкнула профессор, - никогда не поздно доказать правду.

«Если бы это было так просто», - хмыкнула мысленно в ответ, но вслух так ничего и не сказала.

***

Оставшуюся часть дня и вечер я посвятила подготовке к лекциям и началу новых исследований. К доктору Аттэ заглянула всего на минутку, но на месте его не застала. Поэтому узнать, есть ли какие-то новости, так и не смогла.

Да и с Винсентом мы больше не виделись. Впрочем, возвращаясь из учебного корпуса к себе в комнату, слышала его строгий голос на полигоне. Студенты силового факультета тренировались под чутким руководством своего декана.

А на следующий день я запланировала очень важную поездку, которая, возможно, даст мне ответы на многие вопросы. Только если я сумею убедить Аниту дать мне их...

Ещё прощаясь с профессором Диам, подсмотрела расписание Райта на следующий день. Мои лекции заканчивались гораздо раньше, так что мне удастся незамеченной выскользнуть из академии и нанести ещё один незапланированный визит родителям Винса. Только бы всё прошло так, как я запланировала.

 Впрочем, удача была на моей стороне, и до особняка Райтов я добралась довольно быстро. На этот раз я не робела перед дверью - постучала уверенно и громко. Правда, дверь мне открыл невысокий худощавый мужчина преклонного возраста. Он окинул меня внимательным взглядом, и посторонился:

- Проходите, леди.

И ни одного лишнего вопроса - кто я такая, и зачем пожаловала. Видимо, удивление слишком отчётливо виднелось в моих глазах, так что мужчина прокашлялся и пояснил:

- В нашем маленьком городке новые люди сразу запоминаются.

Ах, ну да. Как я могла об этом забыть.

Меня проводили в малую гостиную. Но ожидание хозяйки надолго не затянулось - по коридору послышались торопливые шаги, и на пороге появилась Анита.

- Аделия, - с теплом отозвалась она. - Как же я рада тебя видеть!

Кажется, женщина улыбалась загадочнее, чем вчера во время нашего прощания, но сегодня меня её улыбка и тайные планы совсем не смущали. Я была благодарна ей за понимание и за вечер, который она подарила нам с Винсентом.

- Взаимно... - запнулась, вспомнив о её просьбе называть по имени, - Анита.

Матушка Райта довольно кивнула, усаживаясь напротив меня в глубокое кресло.

- Сейчас прикажу подать обед, - она только потянулась к колокольчику, что стоял на столе, как я её остановила.

- Анита, - подалась вперёд, - можно я сначала задам вам несколько вопросов?

Женщина озадаченно нахмурилась, но соглашаться не торопилась.

- Оставь, Аделия, какие разговоры на пустой желудок? - было видно, как в её глазах загорается тревога.

И я подтвердила её опасения:

- Я бы хотела поговорить о... - запнулась, подбирая слова, - ранение Винсента.

Анита в ужасе округлила рот, и тут же шумно выдохнула. Судя по рукам, сжавшимся в кулаки, я ждала отказа. Ждала того, что сейчас меня выставят за дверь особняка и посоветуют забыть сюда дорогу, но ошиблась. Госпожа Райт откинулась на спинку кресла, словно силы покинули её, и, пытливо всматриваясь в моё лицо, спросила:

- Что ты хочешь знать?

То есть, вот так? Никаких вопросов, зачем мне это нужно, и почему я лезу не в своё дело? На самом деле, я ждала совершенно другой реакции.

- Всё, - выдохнула, упрямо подняв подбородок. - Я хочу помочь ему, но он не рассказывает ничего, что могло бы дать мне необходимый толчок.

Анита прикрыла глаза, зажмурилась, словно пыталась справиться с подступившими слезами. И голос её дрожал, когда она заговорила:

- Что именно произошло с ним, ты знаешь?

Кивнула и пояснила:

- Он сказал, что был у многих целителей. Мне бы хотелось взглянуть на выписки из его истории болезни, если это возможно.

Да, идея посетить его мать, пришла ко мне вчера. Если он не хочет говорить, то я сама найду нужную информацию.

Женщина резко села, впиваясь в меня взглядом:

- Он знает, что ты здесь?

- Нет, - ответила честно.

- Хорошо, - выдохнула спокойнее, потом покачала головой и тихо, скорее для себя, прошептала: - Ох, и попадёт нам, если узнает.

А он узнает, этого никак не избежать, но об этом я ей говорить не стала. И так на ней лица нет.

Анита несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться, и поднялась с кресла:

- Идём, все записи в кабинете Леона.

***

Когда Винсент говорил о том, что прошёл много целителей, я не предала этому такого значения. Много - это совсем не то слово, которое применимо к кипе бумаг, выписок и назначений. Их было просто гигантское количество.

Записи занимали полностью один из шкафов, что стоял в кабинете, и ещё один ящик в письменном столе. Бесчисленное количество анализов и процедур, бесконечный список отваров и зелий, и затерявшаяся среди этого беспорядка надежда. Судя по последнему заключению - безвозвратно.

- Он верил, как только может верить отчаявшийся человек. И каждый раз его веру убивали, втаптывали в грязь. Пока не появлялась новая зацепка. И так по кругу, два года подряд.

Анита говорила тихим надломленным голосом. Она стояла у окна, спиной ко мне и по ссутулившейся фигуре было видно, насколько тяжело ей даётся эта откровенность.

- Леон поднял все свои связи, даже вышел на целителя из соседнего государства, но никто не смог ему помочь.

Картинки сменяли передо мной, и я отчётливо выдела Винсента на приёмах у почтенных старцев, повидавших за свою жизнь многих пациентов. Тех, кто порой совершает чудеса, а с ним, с Винсентом, это чудо так и не совершившие.

- Потом он просто опустил руки, и я безумно боялась, что ему не хватит сил смириться с такой участью. Он всегда твердил, что это не жизнь - это лишь существование, никчёмное и бесполезное.

Это невыносимо тяжело - в одно мгновение лишиться всего, к чему ты стремился. Когда ты не знаешь, что будешь делать сегодня, завтра или через год. Когда не понимаешь, зачем просыпаться по утрам и вставать с кровати. Мне знакомы его чувства, но я бы никому из злейших врагов не пожелала бы такой участи.

- Аделия, милая, не пойми меня неправильно, - Анита обернулась, и подошла ко мне, - я очень хочу помочь сыну, но... Ты уверена, что тоже хочешь этого?

В её вопросе прозвучали слова, которые она вряд ли бы решилась сказать прямо. Впрочем, я с лёгкостью могу на них ответить:

- Уверена.

Осталось только убедить в этом Винсента.

***

За обеденный стол мы так и не сели - если честно, мне было вовсе не до еды. Впрочем, Анита настаивать не стала. А вот забрать некоторые бумаги позволила.

В академию я вернулась уже не очень поздно. Как раз в то время, когда день нехотя передавал свои права вечерней мгле. Оглянулась по сторонам, страшась, что Винс меня заметить, и быстрым шагом направилась к преподавательскому корпусу.

Территория академии пустовала - на расчищенных дорожках кроме пушистого снега и молчаливых деревьев не было никого. Хотя нет, лгу, по склонившимся к земле веткам туда сюда перелетали розовогрудые птицы. Они внимательно наклоняли голову, пытаясь отыскать хоть что-то съестное, и каждый раз их ждало разочарование. Хотелось бы мне накормить этих страдальцев, но, к несчастью, в сумке ничего не нашлось, даже самого чёрствого сухарика.

- Что же такого интересного ты там рассмотрела?

За спиной раздался вкрадчивый голос Винсента и в буквальном смысле слова, подпрыгнула на месте. Ведь у меня в руках были выписки из его истории болезни, завёрнутые лишь в бумажный пакет, который я теперь со всей силы прижала к груди.

Нужно обернуться, так? И что-то сказать... Обязательно нужно. Вот только сил я в себе не нашла, искоса бросила на него взгляд и натужно усмехнулась:

- Пыталась придумать, чем покормить птиц.

Голос звучал неестественно натянуто и испуганно. Я чувствовала, как по пальцам катится дрожь, и ничего не могла с этим поделать.

- И как? Не придумалось? - мужчина сделал шаг ко мне, отчего я почувствовала, что расстояние между нами стало минимально допустимым по общественным меркам.

В ответ отрицательно покачала головой, не найдя ув себе сил сказать хоть что-то.

- Даже не посмотришь на меня, - Винс склонился ниже, отчего его влажное дыхание коснулось полоски шеи поверх шарфа.

Повернула голову и натянуто улыбнулась.

- Посмотрю, почему нет? - старалась говорить спокойно, хотя сама понимала, насколько из меня плохая актриса.

- Что случилось? - небесно-голубой взгляд потемнел от беспокойства. - Я попытался найти тебя после лекций, но мне сказали, что ты куда-то уехала. Так куда?

В горле встал ком - горький и не приятный. Врать Винсенту мне хотелось меньше всего, но и сказать правду... Как он на неё отреагирует?

- По делам? - получился, почему-то, вопрос.

Мужчина заломил бровь и скептически усмехнулся:

- Это ты у меня спрашиваешь?

Нет, конечно, не у него, это я себя проклинаю за медлительность. Можно ведь было положить свёрток в комнате, а потом вернуться и покормить птиц. Только вот правильные мысли решили покинуть меня.

Отрицательно покачала головой, и твёрже повторила:

- По делам.

На этот раз усмешка с его губ пропала. Догадался - мелькнула запоздалая мысль, но я ошиблась:

- Аделия, неужели я не заслужил правды?

А это уже запрещённый приём. Как можно так искусно давить на меня? Тяжело вздохнув, медленно развернулась к нему и призналась:

- Ездила к твоей матушке.

Говорить - зачем именно я туда наведывалась, - не стала. Да и наивно полагала, что уточнять он не станет. Но в очередной раз ошиблась.

- Зачем? - вместе с этим вопросом, в глазах полыхнуло раздражение и недовольство.

- Взяла твою историю болезни, - ответила, как есть. Расправила плечи и вздёрнула подбородок - пусть знает, что за свой поступок я извиняться не стану. Да и не за что здесь извиняться.

Винс отступил на шаг, посмотрел куда-то поверх моей головы и разочарованно выдохнул:

- Не отступишь?

- Нет!

Пауза затянула - он за это время спрятал руки в карманах пальто, и перевёл взгляд себе под ноги.

- Жаль, - только и промолвил. Потом развернулся, и размашистым шагом пошёл к академии.

Хотелось броситься за ним, непременно остановить, но я только стояла и смотрела вслед. Вопреки тому, что я понимала его чувства, и терзания, такая реакция болью отозвалась внутри.

Он же сам просил помощи, готов был стать учебным пособием зелёной выпускницы, доверился мне и сейчас пошёл на попятную? Что изменилось за эти несколько дней?

Ответа на этот вопрос я не знала, как и не знала, что теперь делать с ним, с нами, со всем этим.

К себе в комнату вернулась в растрёпанных чувствах. Положила на стол свёрток, и бесцельно мерила шагами расстояние от одной стены до другой. Боевой настрой и готовность идти вперёд несмотря ни на что, таял, оставляя после себя неприятную пустоту. Словно меня вышвырнули из привычного мира куда-то на обочину дороги - чужую и пыльную.

Не так должен был закончиться сегодняшний день, совсем не так. И Винс не должен был уходить, не должен был отворачиваться. Он мог бы по-другому отреагировать, мог бы... Если бы захотел этого.

А что, если я себе всё придумала? И случайные поцелуи, прогулки, и, брошенные вскользь слова, ничего не значат? Что если мы просто встретились в то время, когда каждому из нас нужна была поддержка, которую получили? Что, если нас связывает лишь желание победить одиночество?

Чем больше думала, тем сильнее ныло сердце, и тем страшнее становился окружающий мир, полный пустых иллюзий.

Сделав очередной шаг, замерла. Обвела взглядом, вдруг показавшуюся незнакомой комнату, и тяжело вздохнула. Не хочу! Я не хочу возвращаться в серые беспросветные будни, где кроме меня самой нет никого...

Стук в дверь заставил вздрогнуть, а потом сорваться с места и рывком открыть, чтобы лицом к лицу столкнуться...

Нет, не с Винсентом. А с доктором Аттэ.

Неловкая заминка длинною в пару ударов сердца была оценена по достоинству:

- Чую, не меня ты думала увидеть, - как всегда добродушно отозвался мужчина, прищурив водянистые глаза. - Могу зайти немного позже, если ты кого-то ждёшь.

Я, наконец, обрела голос и, отрицательно качнув головой, произнесла:

- Что вы! Ни в коем случае. Проходите, - потом подумала и преувеличенно бодро бросила: - И никого я не жду, честное слово.

Судя по ухмылке, доктор моим словам не поверил, впрочем, настаивать не стал и сразу же принял приглашение. Правда, перед тем как переступить порог, оглянулся, будто пытался кого-то рассмотреть в темноте коридора.

Уж не Ниана ли ищет новый повод для сплетен? Хотя, это совсем не важно. Пусть злословит, сколько её душе угодно, мне всё равно.

- Мрачновато, - окинув беглым взглядом комнату, озвучил свои мысли мужчина.

- Было ещё хуже, - улыбнулась, вспоминая поход по магазинам и зелёнь штор, что теперь разбавляла безликую обстановку.

- Хех, - крякнул старик, недовольно поджимая губы. - Охотно верю.

Только сейчас я заметила в его руках небольшой свёрток - упакованный в чёрную плотную бумагу и перевязанный толстым жгутом, в углу которого виднелась расплавленная печать.

- Я к тебе, собственно, пришёл по делу, - засуетился доктор, поймав мой взгляд на свёртке. - Это всё, что про магические ловушки смог найти профессор Даурэ.

Он протянул мне ношу, но я брать из его рук её не торопилась. Я попросту не могла поверить услышанному, потому севшим голосом переспросила:

- Что это значит?

Старик показательно покачал головой:

- Всё очень просто - как только ты заговорила о ловушках, я вспомнил, что, как никак, прихожусь именитому профессору кузеном, и пришла пора воспользоваться связями!

Его секрет, который он так усердно скрывал, оказался... Самым настоящим спасением! Я хотела расспросить о ловушках отца Винсента, может у него остались знакомые целители, которые не понаслышке были знакомы с ними, но не была уверена, что это принесёт хоть что-то. А тут... Профессор Даурэ! Про него я даже не подумала.

Отбросив церемонии, шагнула вперёд и повисла на шее доктора.

- Спасибо, - прошептала, пытаясь вздохнуть полной грудь.

Сердце билось рывками, буквально захлёбываясь от свалившегося счастья.

- Вы сделали невозможное, - вдыхая полюбившийся запах настоев и зелий, которым было пропитано пальто доктора, я широко улыбалась.

А ещё поняла, что мужчина, несмотря на кажущуюся хрупкость и старческую сухость, был вовсе не хилым. Ещё и выше меня на пол головы точно.

- Да брось, милая, - он неловко обнял в ответ одной рукой, во второй удерживая свёрток. - Я всего лишь сделал то, что смог.

Не правда. И он об этом знает. Достать такого рода материал - это самое настоящее чудо. Такое, которое не под силу сотворить никому. Кроме доктора Аттэ и его кузена.

Я отступила на шаг, не в силах скрыть сияющую улыбку и протянула дрожащую ладонь. Старик усмехнулся, и отдал мне свёрток, при этом пытаясь скрыть скопившиеся слёзы в уголках глаз.

- Аделия, я верю, что у тебя всё получится, - отбросив шутливость, произнёс серьёзно.

А мне... Мне были безумно нужны именно эти слова.

- Получится, - согласилась, точно зная, что теперь никто и ничто не заставит меня бросить начатое. Пусть Винсент хоть возненавидит за это - не важно. Если он хочет умереть раньше времени, то я ему не позволю.

Я нетерпеливо переступила с ноги на ногу, с трудом сдерживая желание сорвать жгут и развернуть бумагу. Но сделать этого не посмела - по отношению к доктору это верх бесцеремонности. Впрочем, он всё понял сам.

Усмехнулся, так, как умеет только он - открыто и в то же время с искрящимся хитростью взглядом.

- Вижу-вижу, уже ухожу.

- Нет, - улыбка пропала, и я отрицательно покачала головой. - Останьтесь, я вас угощу чаем.

В самом деле, что это со мной? Материалы, вот они, в моей комнате, в моих руках, и они никуда не денутся. Так почему я не могу уделить время близкому человеку? Могу и хочу!

- О, нет, - доктор отрицательно покачал головой, и улыбка тут же пропала с его губ. - Я, действительно, забежал к тебе на секунду. У меня ещё остались очень важные дела.

Только собралась отговаривать его, как он шагнул к двери и торопливо открыл её.

- Обещай, что ночью будешь спать, а не сидеть за книгами?

Если честно, обещать я ему такое не могла. Просто, когда я сажусь за книги, то не успеваю следить за временем, оно будто утекает, как вода сквозь пальцы.

Но в ответ кивнула и уже через мгновение осталась одна. Хотя лгу, не совсем одна, теперь у меня был свёрток, в котором лежало самое настоящее сокровище.

Перед тем, как открыть драгоценную посылку, я освободила стол и вооружилась всем необходимым для заметок. Но разорвав бумагу, как и мечтала, замерла.

Под упаковкой обнаружилась стопка пожелтевших листков, исписанных мелким почерком и изрисованных такими же мелкими рисунками. Как я и предполагала - книги о магических ловушках так просто на руки не выдают. Выходит, профессор Даурэ достал незаконно сохранённый вариант.

За что я просто безумно ему благодарна. И, надеюсь, когда-нибудь мне удастся лично поблагодарить его за это.

На первых же страницах были изображены разновидности ловушек, их особенности и влияние на организм жертвы. В основном везде значилось, что от соприкосновения с ними неудачливых солдат ждёт смерть, но были исключения. Такие, как Винс. Об этом мне и нужно узнать.

***

Доктор Аттэ в своём предостережении оказался прав - спать я легла уже под утро. Слишком много было затронуто в записях и одно тянуло за собой другое.

Совсем скоро из-за стола я перебралась на пол, раскладывая листы, перемежая их выписками из своих собственных наработок, и заключениями из истории болезни Винсента. Пространство вокруг меня превратилось в бело-жёлтое море знаний.

Нужно было разложить всё по полочкам, понять принцип работы ловушек, хоть я вовсе не имею никакого отношения к силовикам и слабо представляю военные действия. Впрочем, материал позволил взглянуть на это с внутренней стороны. И ужаснуться.

Таких изощрённых способов убийства мне не доводилось видеть. Такого сухого описания и в то же время чудовищного - тоже.

Лишний раз убедилась, что война превращает людей в животных - озлобленных и диких, для которых морали попросту не существует. Как не существует и человечности.

Мгновенные ловушки - те, когда жертва умирает сразу, не испытывая никаких мучений. Это даже гуманно, если сравнивать с остальными...

Ловушка «сюрприз» - она так и называлась. В этом случае, пленённая магия действовала не сразу. Пострадавшие некоторое время, после взрыва ловушки, чувствовали себя как обычно, а потом... Здесь был самый разнообразный спектр действий. И подчиняющая магия - когда солдаты ночью вырезали своих же, повинуясь чарам. И измывательства над собой, и магическое выгорание, волны колебания которого на несколько дней лишали магии тех, кто находился рядом с раненым.

И ловушка-пазит. Магия из неё вливалась в тело жертвы закупоривая потоки его силы.

Именно последнее, и было тем, что мне нужно.

Утром глаза щипало от усталости и вовсе не хотелось никуда идти, но лекции, к сожалению, ради меня никто отменять не станет. Можно было бы сказаться больной, хотя на такое я вряд ли когда-нибудь осмелюсь.

Но ребята к моему состоянию отнеслись спокойно. Вели себя тихо, записывали всё, что я диктовала им, и даже вопросы задавали каким-то тихими размеренными голосами, так что едва не задремала, уткнувшись лицом в стол. Хорошо, что покашливание одного из студентов предотвратило эту катастрофу.

Я была несказанно рада, когда рабочий день, наконец-то, подошёл к концу. И стоило уйти в комнату, как я вновь села за чтение.

Бодрящий отвар придал сил, а поздно ночью я пришла к тому, что мне нужно, просто необходимо посмотреть ещё раз на рану Винсента. Прямо сейчас.


Глава 21 | Стажировка в Северной Академии | Глава 23







Loading...