home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Разве дело в Эйнштейне?

Мне неприятно, что я должен впоследствии объяснять, что именно я написал в предыдущих статьях, хотя я в этом и виноват. Разве в статье «Гений еврейской сотни» я утверждал, что Эйнштейна нужно забыть, а его теорией (гипотезой) не пользоваться?

Я пытался провести мысль, что в нашей науке авторитеты всецело зависят от пропаганды, их раздувает пресса. Поскольку у этих авторитетов появляются тысячи последователей, то для последних любая критика идей их авторитета равносильна признанию их собственной глупости (во-первых) с угрозой отстранения от кормушки (во-вторых). И они жестоко подавляют критику именно поэтому. Именно поэтому они боятся дискуссий и охотно идут на доносы.

Ведь смотрите, аналогичное положение у меня с Марксом. Представьте, что утверждение его о том, что «государство — это продукт классовых противоречий», является своеобразной «теорией относительности». Я не отрицаю, что в государстве могут быть классовые противоречия, но сами по себе они не являются тем, что государство образовывает. То есть Марксова «теория относительности» — это не картина мира, а лишь ее фрагмент, да еще и не обязательный, действительный только для определенных условий.

Но вы посмотрите на марксистов — ведь они никакие доводы принимать не хотят. Жизнь показала бредовость этой идеи, а они и на жизнь смотреть не хотят! Маркс велик — и все тут! А сколько доносов «куда надо» на меня последовало бы всего лишь 10 лет назад? Маркс-то велик, но вы-то, марксисты, тут при чем?

Как я, не физик, могу узнать, что теория Эйнштейна — это истина, а не фрагмент ее? Ведь вы, эйнштейни-сты, не рассматриваете доводы против, не вникаете в то, что говорят оппоненты. Ответы В.И. Сикерину в прошлой статье — точь-в-точь как письма от марксистов, заваливших мою почту. Все то же чванство знанием некоей «великой истины» и тупое незнание элементарных вещей.

Заставить ученых служить своему народу можно только делократизацией науки. Но ведь Сталин-то этого не знал. И для него оставался единственный путь проверки ученых на вшивость — путь дискуссий между ними. Это не решение вопроса, развитию биологии это не сильно помогло, но это хотя бы что-то. Вавиловщина убедила Хрущева, такого же, как и она, не знающего дела и боящегося критики, задушить и дискуссии. И страна пришла под ее «научным» руководством к своему развалу.

Глупый «чайник»

В вышеприведенном тексте этой главы я допустил глупость: рассматривая деятельность Т.Д. Лысенко только как управленца и не пытаясь вникнуть в саму генетику, я счел ее наукой, то есть объективной истиной, а Т.Д. Лысенко отказал в том, что он ученый. Это оказалось, повторю, моей глупостью, на которую мне указали специалисты: биологи, сыновья Т.Д. Лысенко братья О.Т. и Ю.Т. Лысенко, и доктор биологических наук, профессор М.В. Алексеева. Их статьи я даю отдельными главками, не выделяя их курсивом. Поясню, что я даю статью братьев Лысенко, написанную ими в ответ на помои в адрес отца, которые выплеснулись в статье Ф.Х. Бахтерева «Уроки Вавилова» в журнале «Коммунист», № 14, 1987 г. Журнал статью братьев, разумеется, не напечатал.

Сделаю пояснения для таких же «чайников», как и сам.

Все живое состоит из клеток — мельчайших частиц тела. Внутри клетки расположено ЯДРО, все остальные ее части — ЦИТОПЛАЗМА.

В ядре клеток расположены ХРОМОСОМЫ — длиннющие молекулы дезоксирибонуклеиновой кислоты (это слово можно сразу забыть), которая в тексте называется сокращенно — ДНК.

Суть спора

Стремясь показать «невежество» Т.Д. Лысенко и «бре-довость» его идей, автор статьи Ф.Х. Бахтерев пишет: «существование генов, мутаций, хромосом отрицалось».

Но вот что еще тогда говорил сам Т.Д. Лысенко: «Не прав акад. Серебровский, утверждая, что Лысенко отрицает гены. Ни Лысенко, ни Презент никогда существования генов не отрицали. Мы отрицаем то понятие, которое вы вкладываете в слово «ген», подразумевая под последним кусочки, корпускулы наследственности. Но ведь если человек отрицает «кусочки температуры», отрицает существование «специфического вещества температуры», так разве это значит, что он отрицает существование температуры как одного из свойств состояния материи». (Т.Д. Лысенко, «Агробиология», Сельхозгиз, 1952 г., стр. 195).

В дискуссиях 30-х годов «классическая» генетика и, в частности, Н.И. Вавилов отстаивали идею неизменяемости гена, его независимости от внешних условий жизни организма.

Напротив, Лысенко и мичуринцы, исходя из своей концепции наследственности, говорили, что изменения наследственных признаков («мутации генов»), прежде всего происходят под влиянием внешних факторов! И так называемая современная генетика — молекулярная генетика — ПРИЗНАЛА, что в этом вопросе «классическая» генетика (и Н.И. Вавилов) были НЕ ПРАВЫ. И по «современной» молекулярной генетике изменения наследственности могут быть обусловлены внедрением в гены внешнего мобильного «контролирующего» элемента — полностью по Лысенко.

Во-вторых, Лысенко и мичуринцы говорили, что изменения наследственных признаков у животных и растений, порождаемые измененными условиями жизни, происходят не один раз на 10—100 тыс. поколений у единичных особей, как утверждала «классическая генетика», а во много раз чаще. «Современная» молекулярная-генетика и в этом вопросе отказалась от позиции, которая защищалась «классической» генетикой и Вавиловым: молекулярная генетика признала, что наследственные изменения, связанные с внедрением мобильных «контролирующих» элементов, происходят в десятки, сотни, а порою, и в тысячи раз чаще, чем это считала «классическая» генетика.

В-третьих, Лысенко и мичуринцы говорили, что изменения наследственных признаков под влиянием измененных условий жизни НЕ случайны, а НАПРАВЛЕННЫ. «Современная» молекулярная генетика и здесь сдала позиции, которые защищали Н.И. Вавилов и «классическая» генетика: с точки зрения «современной» молекулярной генетики, мутации не случайны, а зависят от типа подвижного элемента, внедряющегося в ген.

В-четвертых, «классическая» генетика утверждала, что гены сосредоточены ТОЛЬКО в хромосомах, а потому передавать наследственные признаки при гибридизации можно, ЛИШЬ передавая хромосомы. Лысенко и мичуринцы, исходя из своей концепции наследственности, утверждали (и показывали это экспериментально), что передавать и создавать наследственные признаки можно и без передачи хромосом..«Современная» молекулярная генетика признала, что и в этом вопросе «классическая» генетика не права: молекулярная генетика признала, что цитоплазма также является носителем генетических свойств клетки.

В-пятых, Лысенко и мичуринцы утверждали, что изменения наследственных признаков НАПРАВЛЕННЫ и соответственны измененным условиям жизни организмов. И вот ТОЛЬКО в этом пункте «современная» молекулярная генетика осталась солидарна с «классической» генетикой (с менделизмом) — она это напрочь отрицает. Тем более у нас есть основание сослаться на описанный выше эксперимент по превращению яровых в озимые, в котором, по сути дела, были получены (и уже не в первый раз) МАССОВЫЕ, 100% (!), направленные мутации превращения ярового в озимое, где в качестве «контролирующего» процесс изменения наследственности «элемента» выступил СРОК осеннего посева изменяемых растений. Это достижение было отражено еще в научном отчете академика Т.Д. Лысенко за 1937 г., который был представлен им в Академию наук СССР. Есть факты, что и по этому пункту можно ждать сдачи позиции «молекулярной» генетикой. Оказывается, что под влиянием «стресса» (подзимний посев яровой пшеницы — чем не «стресс»?) мобильный контролирующий аппарат генома так перестраивается, что начинается процесс унаследования нового свойства. Причем этот процесс идет ступенчато — в 3, 5 поколений («по Лысенко»!). И возникающие при этом наследственные изменения носят явно приспособительный характер. За подобные исследования американке Барбаре Макклинток в 1983 г. была присуждена Нобелевская премия, а русского Лысенко продолжают считать невежей.

Итак, даже с точки зрения «современной» молекулярной генетики практически все, что отстаивал Н.И. Вавилов в дискуссиях с Т.Д. Лысенко, оказалось неверным. Почти по всем пунктам современная «молекулярная» генетика оказалась вынуждена признать правоту мичуринской генетики. Не.Лысенко, а Вавилов уже ПРОИГРАЛ свой спор с Лысенко! То, что сегодня выдается за «успехи» молекулярной генетики, за ее продвижение ВПЕРЕД, в действительности есть ОТСТУПЛЕНИЕ теории неизменяемого гена — ВЫНУЖДЕННОЕ отступление под напором фактического материала, на который указывал Лысенко.

Если вернуться к 30—40-м годам, то надо отметить, что и тогда такие «успехи» «классической» генетики, как открытие радиационного и химического мутагенеза, в действительности никакого отношения к теории гена не имели, из нее НЕ вытекали и уже тогда были отступлением теории неизменяемого гена от идеи абсолютной независимости от внешних условий.

Согласно менделизму, Вавилову и молекулярной генетике ничего действительно нового создать нельзя. ИДЕОЛОГИЯ здесь такова: новые свойства лишь проявляются, а не создаются. Новое лишь кажется новым. Развития живой природы нет, а происходящие в ней качественные изменения если и имеют место, то как случайность, которой могло бы и не быть.

Концепция мичуринской генетики иная: наследственная основа не является каким-то ОСОБЫМ от тела, саморазмножающимся веществом. Процесс жизни и развития есть проявление единства жизнеспособного организма (клетки, бактерии, вируса) с условиями жизни. Этот процесс осуществляется путем обмена веществом с внешней средой. Изменить наследственность организма можно, изменив процесс питания клеток, изменив условия внешней среды, которые служат источником качественных изменений живых тел. ИДЕОЛОГИЯ здесь такова: живое РАЗВИВАЕТСЯ, строит себя и свои свойства из пищи, из условий внешней среды, соответственно этим условиям.

Из концепции мичуринской генетики следует, в частности, что менять наследственность можно путем передачи цитоплазматических веществ от клетки к клетке без передачи хромосом (вегетативная гибридизация). На этой концепции в сочетании с учением о стадийности строились и такие экспериментальные и теоретические работы Т.Д. Лысенко, как превращение яровых культур в озимые; как превращение одних видов растений и животных в другие. Концепция отрицала наличие в природе внутривидовой борьбы, над чем по сей день так любят потешаться «грамотные ученые», в то время как известный австрийский зоолог Конрад Лоренц, выискивавший «зоологические» корни такого социального явления, как война, признал, что даже у хищных зверей существует «тормозной механизм», запрещающий убивать себе подобных (опять-таки «по Лысенко!»).

Как именно в биологии объективная правда науки связана с идеологией, видно на примере признания цитоплазматической генетики. До тех пор пока факты, подтверждающие роль цитоплазмы в передаче наследственных признаков, не укладывались в идеологию менделизма и молекулярной генетики, эти факты рассматривались «грамотными» генетиками как «компрометирующие» «истинную» науку и не признавались: признать эти факты в то время означало признать и концепцию мичуринской генетики.

Но как только в цитоплазме были обнаружены молекулы ДНК — эти факты, которые много лет отрицались как «компрометирующие» науку, тут же были признаны молекулярной генетикой. Как уже упоминалось, построенные на признании генетических свойств цитоплазмы работы Барбары Макклинток были удостоены Нобелевской премии. Такова роль ИДЕОЛОГИИ в признании ОБЪЕКТИВНОЙ научной истины. Все происходит в соответствии с известным положением доклада Т.Д. Лысенко на августовской сессии ВАСХНИЛ в 1948 г.: ИСТОРИЯ БИОЛОГИИ - ЭТО АРЕНА ИДЕОЛОГИЧЕСКОЙ БОРЬБЫ!

Ф.Х. Бахтерев, автор статьи «Уроки Вавилова» в журнале «Коммунист», № 14, 1987 год, пишет: «В 20-х годах страна была охвачена индустриализацией и добилась здесь невиданных успехов. Повсюдустахановское движение, ударничество, энтузиазм. А сельскохозяйственная наука, как назло, отставала! Вавилова торопили — давай новые сорта, новые породы, новую агротехнику, давай, давай, быстрее, быстрее! Но генетика была еще слишком молода... Стране требовался хлебего остро не хватало... То-гда-mo и появился Лысенко... Лысенко атаковал генетику, обвинив ее в «отрыве от практики». Свои нападки на генетику Лысенко «обосновывал» «демагогическими спекуляциями на объективных проблемах бурно развивающейся молодой науки».

Здесь автор верно подметил: мичуринское направление в генетике и «появление» Т.Д. Лысенко действительно были вызваны к жизни новой формой сельскохозяйственного производства. А менделизм и Н.И. Вавилов дискредитировали себя неспособностью обеспечить нужды страны.

Но далее автор, мягко выражаясь, неверно утверждает, что констатация отрыва менделизма от практики — это «демагогия» Лысенко, и что пройти эта «демагогия» в 20—30-х годах могла лишь потому, что «генетика была еще слишком молода»! Дело в том, что и менделизм, и сменившая менделизм молекулярная генетика БЕСПЛОДНЫ по самому своему существу! Они не отражают объективной истины. Менделизм, а ныне молекулярная генетика НИЧЕГО НЕ ДАЛИ ни сельскому хозяйству, ни медицине, НИ в 20-х годах, НИ в 40-х, НИ в нынешних 80-х!

Хотя сколько обещаний, сколько заверений в величайших успехах молекулярной генетики пришлось услышать. Или генетика по сей день «молода»? Наиболее квалифицированные, знающие свое дело «молекулярные» биологи за рубежом откровенно признают, что достижения селекции НИКОГДА НЕ ИМЕЛИ и НЕ ИМЕЮТ НИКАКОГО отношения ни к менделизму, ни к «молекулярной биологии». Вот их книга «Рекомбинантные молекулы: значение для науки и практики» (М., «Мир», 1980 г.):

«Превращение дикорастущих видов растений в сельскохозяйственные произошло без всякого применения достижений современной науки и каких-либо представлений менделевской генетики.

Современные селекционеры растений с успехом применяют в основном эту же стратегию» (стр. 270).

«Никакой существенной корреляции между конечной урожайностью и эффективностью какого-либо определенного биохимического пути не обнаружено» (стр. 275).

«Мой опыт общения с хорошими селекционерами растений говорит о том, что их не интересует молекулярная биология. Крупные успехи, достигнутые селекционерами за последние 10—20 лет, позволяют им полагать, что мы играем в игрушки, и, я думаю, они правы. Им это не интересно. Они... считают, что мы говорим чушь» (стр. 283-284).

«Предполагаемые выгоды, которые может дать продолжение работ по пересадке генов, не являются реальными выгодами. Эти исследования не решат сельскохозяйственных или медицинских проблем» (стр. 592).

Сказано все это не «догматиком» Лысенко, а самими «молекулярными» биологами.

Тупик нынешнего положения генетики не в том, что в нашей стране когда-то десятилетия тому назад процветала мичуринская генетика (как это пытаются представить авторы указанных выше статей и бесед), а в том, что мичуринская генетика была административно изгнана из АН СССР и ВАСХНИЛ! Как было показано выше, объективный ход развития науки таков, что биологическая наука развивается в направлении признания мичуринской генетики, а потому и выйти из тупика генетика сможет, лишь вернувшись к мичуринскому направлению.

Как о чем-то плохом автор статьи «Уроки Вавилова» пишет: «Деятельность Лысенко одобрялась И. В. Сталиным». Деятельность Т.Д. Лысенко действительно одобрялась И.В. Сталиным, хотя сам автор верно подметил, что Лысенко «появился» тогда, когда стране потребовался хлеб.

Такой широко известный ныне прием, как чеканка хлопчатника, позволяющий резко поднимать его урожайность, был предложен и внедрен в производство Т.Д. Лысенко.

Именно Т.Д. Лысенко в предвоенные годы много сил и труда вложил в обеспечение страны большими урожаями проса, так что этого проса хватило и на военные годы (армию кормили этим,просом, за что Т.Д. Лысенко и было присвоено звание ГЕРОЯ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО ТРУДА).

Именно Т.Д. Лысенко в военные годы, когда многие хозяйства остались без качественного посевного материала, указал, как невсхожие семена сделать всхожими.

Именно благодаря предложению Т.Д. Лысенко миллионы людей в трудное для них время снабдили сами себя посадочным материалом картофеля (верхушки продовольственных клубней), что позволило расширить площади посевов картофеля и увеличить продовольственные ресурсы страны.

Можно вспомнить работы Т.Д. Лысенко по почвенному питанию растений.

Можно зспомнить и такое его предложение, как летние посадки картофеля на юге страны, о которых можно было слышать добрые слова даже от недоброжелателей Т.Д. Лысенко.

Можно вспомнить гнездовые посадки дуба: там, где их в свое время не потравили скотом, а ныне не пустили под топор, эти посадки выглядят великолепно.

Можно вспомнить посевы по стерне. Сталин в свое время осадил одного очень высокопоставленного критика таких посевов: «Оставьте этостерневые посевы в годы войны дали нам немало дополнительных миллионов пудов хлеба».

Вот за все это И.В. Сталин как заинтересованное лицо — как ответственный руководитель государства — и поддерживал Т.Д. Лысенко.

И Т.С. Мальцев не откажется подтвердить, что в своих работах он широко опирался на советы и рекомендации именно Т.Д. Лысенко.

А по методу «несуществующего» превращения яровых форм в озимые был получен не один сорт зимостойкой урожайной пшеницы, в том числе «мироновская 808» академика В.Н. Ремесло.

* * *

И сегодня любой селекционер-практик, для которого верная теория — это не игра в слова, а НЕОБХОДИМОСТЬ в работе, будет неизбежно приходить к концепции мичуринской генетики, какими бы административными мерами ни пытались вытравить ее из памяти людей и как бы ни пытались оболгать ее создателей.


Результаты триумфа вавиловщины | Продажная девка Генетика | Академик