Book: Бойся тьмы



Бойся тьмы

Александра Айви

Бойся тьмы

Глава 1

Заброшенный рудник по добыванию серебра в пустыне Мохаве[1] — совсем не то место, где ожидаешь встретить Стикса — действующего Анассо — не только Короля вампиров, но и самого могущественного демона в мире высотой в шесть футов и пять дюймов[2], с безупречной мускулатурой и суровой красотой предков-Ацтеков. Стикс мог получить в своё расположение самое роскошное логово с множеством слуг, жаждущих исполнить его приказы. Но он хотел, чтобы его поездка в Неваду была короткой и не привлекала внимания, поэтому проигнорировал протесты спутника и решил провести день в ожидании встречи с главой местного клана в заброшенных пещерах. И, если уж быть честным перед самим собой, отказ от формальностей, которых требовало его положение, стал настоящим облегчением. Стикс — яростный хищник, но вынужден был стать долбаным политиком. А из-за необходимости играть по-хорошему, он покрывался сыпью. Кроме того, ему нравилось доставать Вайпера.

Стикс бегло осмотрел окружавшую их безлюдную пустыню и рассеяно стряхнул пыль с кожаных штанов, заправленных в тяжелые высокие ботинки. Черная футболка обтягивала его широкую грудь, а с мускулистой шеи свисал амулет на кожаном ремешке. Единственное украшение, не считая отполированных бирюзовых камней, вплетенных в длинные, до колен, черные волосы. В сгущающихся сумерках его темные глаза светились золотистым светом. Стикс, наконец, повернулся к своему напарнику, едва скрывая улыбку. В отличии от него, Вайпер — вождь чикагского клана — не любил «тяжелые условия жизни». Одетый в черное бархатное пальто до колен, белую атласную рубашку с оборками и черные брюки, Вайпер выглядел так, будто направлялся на бал. А его длинные, серебристо-белые волосы, ниспадающие свободным потоком на спину и глаза потрясающего цвета полуночи лишь подчеркивали это впечатление. Если Стикс представлял собой грубую, дикую силу, то Вайпер казался прелестным падшим ангел, но не менее опасным.

Окинув резким взглядом очертания Лас-Вегаса, пылающего вдали, словно драгоценный камень, Вайпер, с кислой миной, встретил взгляд Стикса.

— В следующий раз, когда у тебя появится желание взять меня с собой в поездку, Стикс, без колебаний забудь мой номер.

Стикс выгнул темную бровь.

— А я думал все любят Вегас.

— Поэтому я и согласился на эту небольшую экскурсию. — Вайпер дернул кружевной манжет, умудряясь безупречно выглядеть, несмотря на часы, проведенные в пыльной пещере. — Ты забыл упомянуть, что мы остановимся в проклятом руднике, а не в пентхаусе «Белладжио»[3].

— Мы останавливались в местах и похуже.

— Похуже? — Вайпер указал на гниющие, кое-как сбитые доски, закрывающие вход в пещеру. — Здесь грязно, воняет дерьмом летучих мышей, и на несколько градусов холоднее, чем на поверхности солнца. Я побывал в измерениях Ада, от посещения которых получил больше удовольствия, нежели от пребывания в этой Богом забытой преисподней.

Стикс фыркнул. Уже многие века двое вампиров дружили — огромное достижение, учитывая, что они оба — альфы. Но за последние месяцы их связь лишь окрепла, они стали ближе, так как вынуждены были противостоять все более опасному миру.

Давным-давно Феникс — могущественный дух, охраняемый вампирами, благополучно изгнал из этого измерения и заточил в темницу Темного Властелина или Князя Тьмы, или Господина (как бы его не называли, используя любое из сотен имен, данных ему за века). Но тот не захотел по-хорошему принять своё заключение. Последние несколько месяцев он стал более неутомимо искать способ прорваться сквозь завесу, разделяющую миры. Способ, который позволил бы вернуться не только ему, но и дал бы возможность свободно проходить любым существам, населяющим бесчисленные измерения ада. И всего пару дней назад этот ублюдок почти преуспел.

Он использовал одного из младенцев-близнецов, которых создал как сосуды для своего великого воскресения, и превратился из бесформенного тумана в молодую, человеческую девушку. Это было чертовски жуткое зрелище — вселенское зло в образе симпатичной черлидерши. К счастью, Джелин успела осушить Темного Властелина прежде, чем он смог пройти сквозь завесу, но Стикс понимал, что это лишь временная отсрочка. Не будет мира, пока не уничтожен Темный Властелин. И именно поэтому Стикс сейчас находился посреди пустыни с взбешенным Вайпером, а не в объятьях своей прекрасной возлюбленной.

— С возрастом ты становишься изнеженнее, чем феи росы, — поддел он Вайпера.

— Я стал вождем клана не для того, чтобы, словно какое-то животное, прозябать в грязи.

— Ты безнадёжен.

Вайпер перевел взгляд на далекое зарево огней.

— По крайней мере, ты можешь мне объяснить, почему мы не могли остановиться в одном из сотен отелей всего в нескольких милях отсюда?

Стикс повернулся, чтобы осмотреть пейзаж, который казался пустынным. Не то, чтобы вокруг совсем нечего не было. У его ног по скале ползла ящерица, не обращая внимания на охотящуюся над ее головой сову, а в нескольких футах от него свернулась змея. А чуть дальше койот напал на след зайца. Привычные виды и звуки пустыни. Но Стикса интересовало лишь одно. Он хотел убедиться, что тьма не скрывает никаких северных сюрпризов.

— Предпочитаю не привлекать нежелательное внимание к нашему присутствию в Неваде, — пояснил он. — Чего невозможно добиться с тобой в казино.

— Я лишь хочу теплого душа, чистой одежды и билеты на шоу Донни и Мэри[4].

— Разве у меня на лбу написано «идиот»? — Стикс повернулся и впился в друга многозначительным взглядом. — В прошлый свой визит в Вегас ты почти разорил «Фламинго», заполучив в итоге запрет на посещение города от главы клана.

Вайпер улыбнулся воспоминаниям.

— Что я мог поделать, если мне сопутствовала удача за игрой в кости? Или с тем, что Рок — педант без чувства юмора?

Отдаленный рев мотора мотоцикла разрезал густой ночной воздух.

— К слову о Роке, — проговорил Стикс.

Пробормотав проклятье, Вайпер встал рядом со Стиксом.

— С ним мы встречаемся?

— Да. — Стикс прищурился. — Обещаешь вести себя должным образом?

— Нет, но обещаю не убивать его, пока он…

— Вайпер.

— Дерьмо. — Вайпер скрестили руки на груди. — Лучше, чтобы это было важная встреча.

— Оставил бы я Дарси, будь иначе? — спросил Стикс, и лишь от одного упоминания имени своей пары в сердце проникла тоска. За последние месяцы прекрасная женщина-вер стала смыслом его существования.

В последний раз взревев турбиной, Рок заглушил двигатель, соскользнул с сиденья и, обогнув мотоцикл, встал перед ними. Из одежды на нём красовались тёмные джинсы, чёрная кожаная куртка и сапоги-мокасины до колен. Хоть ростом он был меньше Стикса, но обладал кожей такого же бронзового оттенка и тёмными волосами, которые слегка касались широких плеч. Худощавые черты лица, высокие скулы, сильно выступающий нос, а также широкий лоб и довольно полные губы говорили о принадлежности к коренным американцам. Но именно глаза Рока привлекали и удерживали внимание. Серебристые, настолько светлые, что почти сливались с белком. Поражающую бледность радужки подчеркивал ободок абсолютно черного цвета. Казалось, эти глаза видели тебя насквозь, заставляя обнажить душу. Не самое приятное ощущение. Особенно для тех, кто не желает обнажать душу. И это касалось… ну в общем-то всех.

— Стикс. — Рок низко поклонился и очень плавно и медленно выпрямился, а затем с удивительной скоростью метнул кинжал, который вонзился в почву у ног Вайпера, почти задев его дорогие кожаные ботинки. — Вайпер.

Зарычав, Вайпер махнул рукой, передвигая землю у ног Рока. Все вампиры могли управлять почвой — необходимый навык, чтобы защититься от солнца или скрыть трупы, но Вайпер был самым искусным. И за мгновение ока Рок оказался погребен до талии.

— Вы закончили играть? — потребовал Стикс, в воздухе ощущалось покалывание его ледяной силы.

Вождь клана Невады выбрался из песка и отряхнул джинсы. Выражение его лица, как всегда, было непроницаемым.

— Пока что.

Вайпер нетерпеливо фыркнул.

— Зачем мы здесь?

Стикс кивнул в сторону Рока.

— У Рока есть что-то, что, по его мнению, мы обязаны увидеть.

— Его коллекцию надувных кукол?

— Господи, хватит. — Стикс предупреждающе обнажил клыки. Он не знал, что произошло в прошлом между двумя вождями кланов, но сейчас его это мало заботило. Времени на эту ерунду не было. — Рок, покажи.

— Сюда.

В полной тишине трое вампиров незаметно двигались во тьме с такой скоростью, что практически были невидимы. Они уже приблизились к линии скал, когда Вайпер нетерпеливо пробормотал:

— Как бы мне не нравилось бегать по безлюдной пустыне, далеко ли нам до конечного пункта?

После этой реплики Рок остановился, указав на грунт перед ними.

— Там.

Вайпер закатил глаза.

— Ты немногословен.

— Намного лучше того, кто не знает, когда заткнуться.

— Согласен, — сухо бросил Стикс, сместившись так, чтобы лучше рассмотреть почву в том месте, куда указал Рок. На осознание того, что линии, начерченные на сухой грязи, не просто чьи-то каракули ушло долгое время. — Вот… дерьмо.

— Какого черта? — Вайпер запрокинул голову, уловив в воздухе какой-то запах. — Я чувствую чистокровного Вера.

— Кассандра, — произнес Стикс, без труда различив запах близнеца своей пары, которую недавно признали сильной пророчицей.

— И Кейн, — добавил Вайпер. — Что они забыли посреди пустыни Мохаве?

Чертовски хороший вопрос. Стикс уже несколько недель не мог отыскать эту парочку чистокровных Веров, хоть и делал всё возможное, чтобы определить их местонахождение. Исчезновение Кассандры и Кейна можно было назвать поистине невероятным подвигом, учитывая, что в распоряжении Стикса находились лучшие ищейки в мире. Конечно, если слухи не врали, то эти двое были уже за пределами его досягаемости. Но это совсем не объясняло того, как Кассандру смогли похитить или как освободить её от нового заключения.

— Меня больше беспокоит то, что они оставили после себя, — признался он, обходя вокруг начертанных символов.

Вайпер нахмурился.

— Глифы?

Стикс покачал головой.

— Больше похоже на иероглифы.

— Пророчество, — со спокойной уверенностью произнес Рок

Стикс повернулся к вождю клана и изучающе посмотрел на него.

— Можешь расшифровать?

— Да, это предупреждение.

Вайпер продолжал хмуриться.

— Ты провидец?

Рок отрицательно покачал головой, не сводя пристального взгляда с линий на земле.

— Существует лишь один провидец. Но меня родила колдунья, научившая читать знаки, которые оставили нам предки.

Конечно. До Стикса тотчас дошло, почему он стоял посреди пустыни.

— Теперь мы знаем, почему Кассандра решила путешествовать по Неваде, — саркастически заметил он.

— Почему? — потребовал Вайпер

Стикс ткнул пальцем в Рока.

— Потому что только здесь могли бы понять ее послание.

Вайпер фыркнул.

— Она могла бы просто написать нам сообщение и избавить от этой поездки.

Стикс пристально наблюдал за Роком. Невозможно было узнать отношение вампира к тому, что его втягивают в битву с Тёмным властелином. Но, с другой стороны, Рок, без сомнения, понимал, что выбора как такового не существовало. Стикс не был главой чертового демократического общества. Он правил своими подчинёнными с помощью сообразительности и, при необходимости, грубой силы.

— Как ты это обнаружил?

— Две ночи назад один из дворняг нашел надписи, — быстро ответил Рок. — В округе нет стай, так что он пришел прямиком ко мне.

— Скольким он еще рассказал?

Рок понимал беспокойство Стикса.

— Никому, но пророчество было написано недели две-три назад. — Он скривился. — Невозможно даже предположить, сколько еще людей видели надписи.

Жаль, но уже ничего не поделаешь, про себя признал Стикс.

— Кто-нибудь еще мог расшифровать их?

Рок помедлил, но отрицательно мотнул головой.

— Сомневаюсь.

Вайпер присел на корточки и хмуро изучал надпись на земле.

— Что здесь написано?

Рок подошел ближе, стараясь не наступать на надпись, и указал на странный иероглиф ближний к ним.

— Это символ Альфы и Омеги.

Стикс застыл, услышав знакомые слова.

— Дети, — пробормотал он, говоря о близнецах, которых нашла джинн-полукровка Лейла. Она не знала, что эти дети упомянуты в пророчестве. Или что их создал Темный Властелин, чтобы при помощи них возродится. — Что о них говорится?

Рок повторил очертания символа в воздухе.

— Здесь они соединены.

Стикс кивнул. Когда Лейла нашла детей, они были окутаны одним заклинанием покоя, и она подумала, что там лишь один ребенок.

— Да.

— А затем их разделяют. — Рок указал на второй иероглиф. — Омега потерян в тумане.

Вайпер тихо выругался. Стикс не винил его за это. Они изо всех сил пытались защитить детей, но Лейле и Тейну удалось спасти мальчика, которого назвали Малухия, а девочку забрал за завесу Теный Властелин, чтобы попытаться вернуться в этот мир. Стикс перевел внимание на последний символ.

— Что он значит?

— Дети воссоединились.

Зашипев в неверии, Стикс встретился со взглядом бледно-серебристых глаз Рока, которые сейчас казались более зловещими, чем обычно.

— Воссоединились?

— Альфа и Омега должны быть разделены и воссоединиться через туман, — пробормотал глава клана Невады, цитируя пророчество сильвермистов.

— Малухия, — выдохнул Вайпер, с хмурым видом. — Кассандра предупредила нас, что ребенок в опасности.

— Дерьмо, — Стикс вытащил из кармана телефон и чувство неистовой безотлагательности, которое испытывал вампир, сразу сошло на нет, когда он понял, что находился вне зоны действия сети. Ему нужно было вернуться к цивилизации и немедленно. Схватив испуганного Рока за предплечье, Стикс с невероятной скоростью помчался через пустыню. — Ты идёшь с нами.


***


Тремя неделями ранее

Лас-Вегас


«Форум Шоп» в «Цезар Пэлас»[5] — сказочное место для любой женщины, не говоря уже о той, которая провела последние тридцать лет в изоляции от мира. Расписные потолки напоминали синие небеса, а под ними простирались ряды первоклассных бутиков, которые петляли вокруг фонтанов, предназначенных для того, чтобы напоминать покупателям о временах древнего Рима. Стеклянные витрины были заполнены всякого рода искушениями, от которых у женщин текли слюнки.

С ироничной улыбкой, Кейн встал позади своей ошарашенной спутницы, обнял ее за талию и прижал к своей груди. Он с сожалением признал, что ему остается лишь мечтать, чтобы Касси смотрела на него с той же мечтательностью и страстным желанием. Или нет, поправился он быстро, когда его тело напряглось от знакомого, первобытного желания.

После того, как нашел Касси в пещере Повелителя демонов недели назад, Кейн лез из кожи вон, чтобы сыграть роль рыцаря в сияющих доспехах. Хоть Касси и обладала врожденной силой чистокровного Вера, она не могла перекидываться, поскольку её изменили ещё в утробе матери. Кроме того, из-за невинности, её уязвимость увеличивалась вдвойне. А если добавить ко всему тот факт, что она — первая, рождённая за много веков, истинная пророчица, за которой в настоящее время охотится каждый демон, верный Темному Властелину, то можно с уверенностью сказать, что Касси — ходячее бедствие. Ей позарез нужен защитник. И так как Кейн — в прошлом безродная дворняга, умер и возродился чистокровным Вером в ее руках, он решил, что защита Касси — причина, по которой богини судьбы вернули его в этот мир вместо того, чтобы оставить гнить в заслуженным аду. К несчастью, его чудесное воскрешение не включало святость, и он по-прежнему оставался полностью функционирующим мужчиной с присущими слабостями. Включая неистовое желание к крошечной женщине, в данный момент находящейся в его объятьях.

Как всегда, абсолютно не ведая о его муках, Касси изумленно выдохнула.

— О-о-ох…

— Касси, — наклонившись, прошептал ей прямо в ухо Кейн. — Касси, послушай меня.

Она повернула голову и встретила взгляд его прищуренных глаз. В этот момент Кейн забыл, как дышать. Черт подери, она прекрасна. Её светлые волосы, скорее серебристые, нежели золотые, были затянуты в хвост, достающий ей до талии. Гладкая, шелковистая, идеальная кожа напоминала алебастр. А глаза были удивительного зеленого оттенка — цвета весенней травы, покрытой золотыми каплями. Лицо в форме сердца и утонченные черты придавали ей особенно хрупкий вид, а стройная фигурка только подчёркивала это впечатление. Конечно, под джинсами и обыкновенным свитером скрывалось крепкое тело, как у любого чистокровного вера.

— Что? — спросила она, когда он просто продолжил таращиться на нее, восхищенно любуясь.

Он глубоко вздохнул, втягивая теплый аромат лаванды, исходящий от кожи Касси.

— Ты говорила, что хочешь одежду, не отличающую тебя от остальных.



Она освободилась от его объятий и кинулась к ближайшей витрине, прижавшись лицом к стеклу.

— М-м-м-м.

Кейн возвел глаза к небу.

— Я знал, это было ошибкой.

— Но их так много, — проговорила она, когда он встал позади нее. — Как выбрать?

— Мы зайдем в магазин, выберем вещи, какие тебе понравятся и ты примеришь их…

— Ладно.

Не дожидаясь, когда он закончит, Касси ринулась в открытую дверь. Кейн было поспешил за ней, но полногрудая, темноволосая, кареглазая нимфа выбрала самый неудобный момент, чтобы изобразить, будто споткнулась и упала в его объятья. Кейн инстинктивно схватил ее за плечи, раздраженно прищурив сапфировые глаза. Когда-то были времена, когда ему нравились женщины, вешающиеся ему на шею. Даже при том, что он — дворняга, короткие светлые волосы, которые падали на лоб, и симпатичная внешность загорелого серфера гарантировали ему львиную долю цыпочек. Да и тело, с точеными мышцами под джинсами с низкой посадкой и майкой, совсем не мешало. И, о да, он заработал непристойное состояние, поставив на поток изготовление рецептурных лекарств в собственной лаборатории.

Сейчас же, Кейну потребовалась вся сила воли, чтобы вежливо отодвинуть проклятую нимфу и не кинуть ее в ряд манекенов, демонстрирующих дизайнерские купальники последнего сезона.

— Мы не встречались… — начала она, но Кейн не стал слушать и прошел мимо, направляясь прямиком к крошечной блондинке, которая присматривала белый в черный горошек сарафан.

— Касси.

Он едва успел подойти, когда она схватила края толстовки и начала снимать ее через голову.

— Хочу его примерить.

— Срань Господня. — Кейн схватил ее за руки, опуская на положенное место толстовку. — Погоди.

Она нахмурилась, ничего не понимая.

— Но ты сказал…

— Я знаю, что я сказал, — пробормотал Кейн. Когда он научит ее не воспринимать буквально каждое слово?

— Я что-то делаю не так?

— Никогда. — Он провел пальцем по ее бледной щеке. Христос, она — невероятно невинна. — Почему бы тебе не показать, что понравилось, и я выберу нужный размер?

— Ты можешь так сделать, просто посмотрев на меня?

Он изогнул губы в сдержанной улыбке.

— Это дар.

— Хорошо отпрактикованный дар?

Он замолчал, удивленно на нее посмотрев. Несмотря на то, что они были неразлучны последние несколько недель, Касси, казалось, редко осознавала его присутствие, не говоря уже о том, что он — мужчина в полном расцвете сил. Кейн не принимал это на свой счет, Касси терзали видения будущего, и она часто не замечала окружающей мир.

— Тебе и вправду интересно? — прохрипел он.

Она улыбнулась, от чего на щеках появились ямочки.

— Наверно.

Он подавил рычание — его тело вновь напряглось и заныло. Прежде чем все закончится, он сойдет с ума и Кассандре придётся иметь дело с помешанным.

— Лучше, чем ничего. — Он махнул находящейся поблизости продавщице, указывая, что хочет один из этих сарафанов, а потом направил Касси к шортам цвета хаки и милым топам. — А теперь, давай выберем несколько практичных нарядов, прежде чем двинемся дальше.

Через час у них была куча практичных вещей и чеки, от которых большинство мужчин содрогнулось бы от ужаса. Кейн, однако, едва поморщился, взял пакеты и направился в сторону выхода. Они покинули Миссури после того, как Касси получила предупреждение для Лейлы, взяв лишь самое необходимое. Сегодня, Кейн собирался насладиться горячим душем, чистой одеждой, хорошей пищей и мягкой постелью. Именно в таком порядке.

Они молча шли по широкому проходу, изредка останавливаясь, чтобы Касси могла поглазеть на витрины. Сегодня, Кейн решил позволить ей вести себя, как обычной женщине. Слишком редко она могла отбросить свое бремя видений. И пока он не заметит таящуюся угрозу…

Его мысленный поток оборвался лишь от одного взгляда на кружево, тесьму и женственное искушение, заполнившие витрину магазина перед ним. Инстинкт заставил втолкнуть Касси в дверь эксклюзивного магазина с убаюкивающей атмосферой.

— Что ты делаешь? — в замешательстве спросила Касси.

— Мы покупаем тебе вещи, сейчас мой черед, — сказал он, подходя к прилавку, на котором лежала куча шелковых ультра-коротких сорочек и подходящие к ним стринги. Вот… черт.

Касси с озадаченным выражением лица остановилась рядом с ним.

— Это?

— Точно. — Бросив пакеты, Кейн взял алую ночную рубашку и поднял ее, чтобы Касси рассмотрела. — Что скажешь?

— Крошечное. — На щеках появился намек на ямочки. — Думаю, тебе будет мало.

От яркого образа Касси в этом кружеве, лежащей на его кровати с такой полу-улыбкой, по телу Кейна пронесся поток жара.

— Мы возьмем по одной каждого цвета, — прокряхтел он продавщице.

— Они не практичны, — начала протестовать Касси.

— Меньше всего тебе стоит заботиться о практичности, когда надеваешь красивое нижнее белье.

Ожидая аргументов «против», Кейн весьма удивился, когда Касси провела пальцем по переливающейся материи.

— Думаю, в них будет удобно спать.

Спать? Фантазии Кейна резко лопнули, вернув его в реальность… В реальность, в которой Касси спала, как младенец в одной кровати, пока он вертелся и изнывал в другой. Он серьезно хотел добавить скудный лоскут кружева, чтобы приумножить свои мучения?

— Одному из нас, — с сухой иронией заметил он.

Как и ожидалось, Касси не представляла, почему Кейн вдруг начал сомневаться в своей адекватности.

— Что?

Он направился к скрытой в задней части магазина кассе, на ходу доставая из кармана бумажник.

— Я — идиот.

Глава 2

Касси бродила по казино и наблюдала за людьми, которые стояли, словно загипнотизированные сверкающими огнями и вращающимися барабанами игровых автоматов. Воздух был переполнен их смешанными эмоциями — надеждой, редкими всплесками радости и более частым отчаянием. Она была очарована, хоть и немного огорчена их неистовыми попытками получить…хоть что-нибудь. Деньги? Секс? Счастье? Без задней мысли Касси схватила Кейна за руку, желая сохранить чувство безопасности, которое он ей внушал. Мужчина сжал её пальцы и притянул ближе к своему крепкому телу, когда кучка пьяных гуляк, спотыкаясь, прошла мимо.

— Как бы я не любил цивилизацию, мне всё же интересно, что мы здесь делаем? — пробормотал он. Аромат мыла и шампуня после недавно принятого душа никак не мог скрыть замечательный, тёплый запах его волка. По причинам, которые Касси никак не могла понять, волна возбуждения прокатилась её телом, оставляя покалывания на коже и вызывая желание сбросить с себя новый сарафан и потереться о мужчину рядом, но, конечно же, не поддалась порыву. Она медленно узнавала, что существовало множество глупых правил и норм поведения, коим стоило следовать в окружении смертных. И, скорее всего, обнажение на людях было первым в списке. Вместо этого, Кассандра, тяжело вздохнув, вернулась мыслями к заданному вопросу.

— Скажу, когда узнаю.

— Чертовски неопределённый ответ.

Девушка лишь пожала плечами.

— Какой уж есть.

— Это не значит, что он должен мне нравиться, — пробормотал Кейн скривившись.

— Нет, не значит.

Внезапно она остановилась и, развернувшись, увидела жалобное выражение его лица. Кассандра знала: не взирая на постоянные посторонние мысли, что затуманивали её разум, она не всегда как следует ценила этого мужчину. Кто еще стал бы спасать её от судьбы хуже смерти? А потом остался бы с ней рядом, пока она бродила от одного, выбранного наугад места до другого, подталкиваемая видениями, которые поглощали её и доводили до забвения. Никто — шептал голос на задворках её сознания. Никто кроме Кейна.

Обеспокоенно нахмурившись, Кейн дотронулся ладонью до щеки Кассандры. Это тёплое прикосновение было единственным якорем, удерживающим её связь с внешним миром.

— Касси? — позвал Кейн.

— Прости, — внезапно сказала она, пробежавшись взглядом по его правильных, точёных чертах лица. Он и вправду был красивым мужчиной. Его светлые волосы, освещённые ярким светом, сияли словно золото, а глаза напоминали сверкающие сапфиры. Не удивительно, что Кассси могла уловить аромат вожделения, исходящий от многих женщин, которые так и пожирали его голодными взглядами. — Я не была честна с тобой.

Кейн прикоснулся пальцем к её губам и покачал головой.

— Не стоит.

Она схватила Кейна за запястье, отводя его руку от своего лица. Касси должна была всё рассказать прямо сейчас. Кто знает, как долго продлится её краткое прояснение.

— Я…теряюсь в своих видениях. И я никогда по-настоящему не останавливалась и не задумывалась — чем ты пожертвовал, чтобы обеспечить мне безопасность. — Она рассеяно гладила пальцами кожу на внутренней части его запястья и почувствовала, как от её прикосновений у Кейна участился пульс. — Без тебя…

Его глаза потемнели от жара, который Касси почувствовала до кончиков пальцев.

— Это было необязательно, — прорычал он.

Где-то вдали Кассандра слышала звон аппаратов и оглушающий гул сотен разговоров, но прямо сейчас всё её внимание занимал только лишь мужчина, стоящий напротив, и уверенный взгляд сапфировых глаз, в которых любая женщина могла утонуть.

— Нет, позволь мне высказаться, — умоляла она.

Кейн поджал губы, но он был умнее обычного Вера и знал, что лучше не пробовать останавливать решительно настроенную женщину.

— Ладно.

— Сколько себя помню, я была пленницей, — Касси задрожала, борясь с мрачными воспоминаниями прошлых тридцати лет. — Меня удерживал взаперти не только Повелитель демонов, но и осознание того, что в одиночку мне никогда не выжить.

Кейн не стал спорить. Они оба знали, что без него она бы и дня не продержалась.

— Об этом тебе никогда не придётся беспокоиться, — хрипло пообещал он.

Кассандра подошла ближе. Обжигающая сила волка Кейна взывала к её первобытным инстинктам. Не смотря на то, что она не могла изменяться, зверь метался внутри нее, наслаждаясь восхитительным запахом мужчины, который смог заполучить её доверие. А ведь всего несколько недель она считала такое невозможным.

— Если бы не ты, я бы всё ещё была в той пещере.

— Не делай из меня героя, Касси, — ответил он нахмурившись. — Мы оба знаем, что изначально я был главным злодеем.

Её губы стали подёргиваться. Хоть Касси и не была опытной в таких делах, но понимала, что Кейн гораздо уютнее себя чувствует в образе плохого парня. И судя из его признаний — он заслужил такую репутацию. Но для неё он навсегда останется героем.

— Будь ты злодеем, ты не был бы здесь со мной, — тихо заметила она.

Он фыркнул, вновь пробежавшись опаляющим взглядом по ее изгибам, идеально подчеркнутых платьем.

— Ты в зеркало смотрелась? — спросил он. — Нет ни одного нормального мужчины, который бы отказался жить с тобой в одном номере.

Она проигнорировала нелепые слова Кейна и, склонив голову, с любопытством стала его рассматривать.

— Почему ты остался?

— Я только что назвал причину.

Касси, раздраженная этим легкомыслием, сильнее сжала его запястье.

— Я не знаю мира, Кейн, но не глупа.

Он выгнул золотистые брови.

— Я никогда таковой тебя и не считал.

— Я вижу, как на тебя смотрят женщины.

— Правда? — Что-то порочное и хищное мелькнуло в его глазах. — И как же?

Касси перевела взгляд на группку женщин, которые притворялись, что следят за рулеткой, а сами тайком кидали в направлении Кейна жаждущие взгляды. Без всякой причины, у нее возникло желание оскалиться на них. Или может вырвать у них несколько прядей обесцвеченных волос.

— Они с удовольствием предложили бы тебе свои тела, — произнесла Касси с ноткой в голосе, которая раньше отсутствовала — Если тебе нужен лишь секс, мог бы найти более доступную партнершу в кровать, я уже не говорю об опыте.

Кейн медленно растянул губы в ехидной улыбке, обнимая Касси за талию и крепче прижимая к себе.

— В мире есть секс и есть то, что произойдет между нами.

Она затрепетала, в животе разлился жар удовольствия.

— И что же именно? — выдавила она охрипшим голосом.

Кейн опустил взгляд на ее губы, а в воздухе стал преобладать запах его волка.

— Магия.

Зачарованная ощущениями, переполняющими тело, Касси задрала голову, чтобы взглянуть в его красивое лицо.

— Ты все еще не сказал, почему остаешься.

На какое-то мгновение ей показалось, что Кейн не ответит. А затем он, запутав пальцы в ее волосах, тихо выдохнул:

— Можно сказать, что я пытаюсь уравновесить чаши весов.

— Чаши весов?

Он расчесывал ее волосы пальцами с отстраненным выражением лица, словно впал в транс от гладкости шелковых прядей.

— По вине моего раздутого эго Веры были почти уничтожены, — ответил он, явно сожалея о том времени, когда помогал Бриггсу — обезумевшему перевертышу, который вместе с Повелителем демонов держал Касси в плену. — По-моему, справедливо чем-то пожертвовать ради того, чтобы уберечь их самое дорогое сокровище.

Касси замерла, почувствовав нелепую обиду от его тихих слов.

— Так я — моральный долг?

Кейн опустил голову, спрятав лицо у изгиба её шеи, и втянул аромат кожи.

— Так я твержу себе, чтобы спать по ночам.

Положив руки Кейну на грудь, Касси наклонила голову так, чтобы ему было легче добраться до уязвимой точки ее шеи. Это Кейн, и ему она безоговорочно доверяла.

— Не уверена, что понимаю, что это значит, — выдохнула она.

От молчаливого знака отступления, Кейн замер, впившись пальцами в ее бедро, а затем резко отстранился с румянцем на щеках.

— Я тоже, и пусть так и будет, — пробормотал Кейн, затем развернулся и пошел напрямик по безвкусному напольному покрытию казино.

— Кейн? — Касси поспешила за ним, не понимая, что сделала не так. — В чем дело?

— Ужин. — Он не замедлил шаг, направляясь к ближайшему столику.

— Ты голоден?

— Господи, ты даже не представляешь насколько.


***


Логово Гаюса на болотах Луизианны


Истинные бессмертные были существами из легенд. Несколько веков назад клан вампиров решил отделиться от мира смертных. При помощи медальона Нефри, обладающего огромной силой, они прошли сквозь завесу в другое измерение, где смогли отгородиться от недостатков, которые влияли на менее цивилизованных сородичей. За завесой не существовало голода, похоти, и не нужно было спать. Свои ночи они посвящали бесконечному изучению библиотек или же занимались садоводством, выращивая растения, несмотря на недостаток солнечного света. А дни — медитации.

Но ходили слухи, из-за которых Истинных бессмертных опасались. Поговаривали, что они сохранили древние силы, утерянные вампирами этого мира. Большинство сплетен оказывались преувеличением, но оставались еще несколько забытых способностей, которым можно было обучиться.

Именно поэтому Гаюс и подал прошение с просьбой пересечь завесу после смерти пары. Хотя большинство предполагало, что он надеется обрести мир в другом измерении. Будто бы медитация и цветоводство могли облегчить боль от утраты его возлюбленной Дары. Бестолковые ублюдки.

Вампиры из конкурирующего клана сожгли пару Гаюса на костре и заставили за этим наблюдать. Он бы вышел прямо под солнечные лучи, если бы не Темный Властелин. Пока Дара горела, рядом с Гаюсом возникло могущественное божество в облике неясного тумана. И в обмен на совсем незначительную плату — душу Гаюса — пообещало вернуть его возлюбленную с того света. Гаюс без колебаний принял решение. Возвращение пары? Да, черт побери, ради этого он дюжину раз продаст душу. И об этом решении он ни разу не пожалел, даже несмотря на долгие годы затворничества по ту сторону завесы.

Повинуясь новому властелину, Гаюс старался не привлекать к себе лишнего внимания, пока овладевал умением менять облик и учился использовать медальон, который нашел под фонтаном для туманных переходов. Именно последний навык позволил ему сбежать никем не замеченным, пересечь завесу и вернуться в мир, покинутый им много лет назад.

Слегка дезориентированный неожиданным путешествием, Гаюс прислонился к ближайшему кипарисовому дереву, пытаясь вернуть равновесие. Он чувствовал… Да, вот оно. Почувствовал все, что успел позабыть, пока был в другом измерении. Вес простенькой мантии, скрывающей его худощавое тело. И летний ветерок, развевающий тёмные пряди волос, которые коротко стриг и зачесывал назад. Удивился прохладности кожи, когда прикоснулся к щеке рукой, а затем провёл пальцами по орлиному носу, на котором остался отпечаток надменности ещё со времён, проведённых в роли римского генерала. Гаюс смутно припоминал, что большинство существ считало его привлекательным, но его чёрные глаза оставались все такими же пустыми и безжизненными, как и в тот день, когда он смотрел на гибель Дары.

А затем обрушились менее желанные ощущения. Гайус прикоснулся пальцами к пульсирующим, от доносившегося запаха человеческой крови, клыкам. Голод. И хотел он не только крови. Гаюс со злостью осознал, что его тело напряглось от почти позабытого вожделения. Отбросив прочь неуместные мысли, он обратил хмурый взгляд на дом, одиноко стоящий на окраине болота Луизианны, опорой которому служили кирпичные сваи — большое строение белого цвета с черными ставнями и застеклённой верандой вокруг дома. Передний двор заполняли огромные деревья, с которых свисал Испанский мох.



Он отлично скрывал дом, и его невозможно было увидеть с узкой тропинки, ведущей в небольшой городок. Идеальное место для вампира, желающего скрыться. Именно поэтому Темный Властелин послал его сюда дожидаться следующих приказаний.

Игнорируя влажный, жаркий воздух и мельтешащую мошкару, Гайус прошел через передние ворота и поднялся по широким ступеням крыльца. Оказавшись на веранде, он с облегчением обнаружил потолочный вентилятор, создающий столь необходимый ветерок. Хоть он и оставался по ту сторону завесы, всё же знал об изменениях в мире, и спустя века сосредоточенного обучения, проведённых в спартанских условиях жизни, хотел насладиться всеми преимуществами логова с современными технологиями. Включая электричество и горячий душ. А еще уединением. Прищурившись, он запоздало осознал, что из дома доносился запах человека, который приближался.

Гайус отчитал себя за небрежность, доставая скрытый в сатиновых складках мантии, пугио[6] — небольшой римский кинжал. Бесшумно и быстро двигаясь, вампир открыл дверь и вошел в затененную гостиную.

— Кто здесь? — прорычал он, осматривая бамбуковые стулья и кресла, стоящие то тут, то там на деревянном полу. Последовал слабый шорох, затем загорелись лампочки, вмонтированные в высокий потолок с открытыми балками, и в комнату вошла молодая женщина.

— Я.

Гаюс убрал кинжал. Если он решит убить человека, то сделает это, выпив её сладкую манящую кровь.

— Поточнее, — приказал он жестким официальным тоном, что просочился в его речь, когда гнев взял вверх над месяцами секретных тренировок, проведённых, чтобы смешаться с коренным населением.

— Салли Грейс.

Вампир прищуренными глазами осматривал незваную гостью. Она могла бы выглядеть по-ребячески милой с темными волосами, заплетенными в две косички, обрамляющие ее бледное, прелестное личико. Но ее карие глаза были сильно накрашены, а на полные губы нанесен отвратительный черный оттенок. На нижней губе красовалось золотое колечко, еще одно было на брови, а на ухе около десятка таких же. Но её странная одежда была ещё хуже. Корсет алого цвета едва прикрывал небольшую грудь, а крохотная кожаная юбка облепляла бёдра. Еще леггинсы и сапоги на высоком каблуке, которые лишь сильнее подчеркивали стройность её фигуры. У девушки явно не было мужчины, который бы запретил демонстрировать столько открытой кожи.

— Почему ты в моем доме?

Она прислонилась плечом к дверному косяку, при этом выглядя очень спокойно.

— Наш господин отправил меня убедиться, что у тебя есть все необходимое для возвращения.

Так её послал Темный Властелин. Не то что бы это сделало её присутствие более приятным.

— Ты домработница?

— Домработница? — Женщина выпрямилась и возмущенно уперла руки в бедра. — Я похожа на чертову домработницу?

От её визгливого голоса Гаюс сжал челюсти.

— Не выводи меня из себя, женщина.

Она вздернула подбородок.

— Так уж случилось, что я — могущественная ведьма. Ученица Темного Властелина, к которой он больше всех благосклонен…

— Ведьма. — Его сила пронеслась по воздуху, откидывая женщину к стене столовой. Вампир двинулся вперед, оскалив клыки и готовясь покончить с сучкой. Именно ведьма лишила его силы, пока горела его пара. — Ненавижу ведьм.

Он подошел к ней, схватил за горло и начал сжимать пальцы. Ни за что в жизни он не осквернит свой язык ее мерзкой кровью. Намереваясь удушить ведьму, Гаюс не был готов к тому, что в ее темных глазах внезапно вспыхнет багровое пламя.

— Прекрати, — приказала она низким голосом, в котором было столько силы, что Гаюс в изумлении остановился. Уставившись на отрешенное выражение её лица, он ощутил холодок предостережения, пробежавший по спине.

— Что произошло с твоими глазами?

Салли открыла рот, но заговорила не своим голосом.

— Гаюс.

Он нахмурился, осознав, что сила в воздухе никак не связана с ведьмой, а со странным существом, вселившимся в ее тело.

— Кто ты?

— Мой любимый сын, это я — твой господин.

Гайус прищурился, продолжая сдавливать пальцами шею Салли.

— Это какой-то фокус?

— Нет, — заверил его глубокий голос. — Салли — проводник.

— Проводник?

— Через нее я могу напрямую общаться со своими прислужниками.

Это должно его убедить? Гайус скривился. То, что Темный Властелин шептал ему прямо в голову во время медитаций, уже было достаточно скверно. Но, услышав его голос, слетающий с губ ведьмы, он… как теперь говорят? Чуть в штаны не наложил от страха? Да, именно так. Испугался до полусмерти. Но он не собирался демонстрировать слабость. Темный Властелин — безжалостный ублюдок, который уничтожит Гаюса в ту же секунду, как только поймет, что больше не может его использовать.

— Мне не нравится магия, — проскрежетал он.

Черные губы скривились в насмешливой ухмылке.

— Тогда давай поторопимся.

— Хорошо. — Нехотя ослабив хватку на шее ведьмы, Гаюс спрятал трясущиеся руки в складках мантии. — Я пришел сюда, как ты и хотел.

— Ты научился тому, чему я просил?

Гаюс кивнул.

— Да, я могу поменять облик, но лишь ненадолго.

— А еще?

— При помощи медальона, что ты спрятал в том измерении, я могу проходить через завесу.

— Хорошо. — Багровый огонь продолжал мерцать в темных глазах женщины. — Медальон поможет проникнуть тебе в туман, в котором я пленен.

— Это ты для меня уготовил? — потребовал ответа Гаюс, надеясь, что скрыл под вкрадчивым голосом отвращение. Он готов был сделать что угодно ради возвращения своей дорогой Дары, но одна мысль о том, чтобы присоединиться к Темному Властелину в адском измерении любого бы заставила содрогнуться.

— Пока нет. Я кое-что поручу тебе до того, как ты присоединишься ко мне.

Гайус поклонился.

— Я весь в твоем распоряжении.

— Да, именно так, — промурлыкал он мрачным голосом.

Вампир пропустил насмешку мимо ушей.

— Что я должен сделать?

— Обнаружена пророчица.

У Гаюса от удивления глаза на лоб полезли. Конечно, до него доходили слухи, но он не верил. Прошли столетия со времен, когда последний пророк ходил по земле.

— Рожденная пророчица?

— Приведите ее ко мне, — приказал Темный Властелин. — Живой.

— Конечно. Она человек?

— Вер.

Гаюс продумывал план действий. Хотя он и не помнил свою жизнь в качестве римского полководца, но его редкостный талант к разработке стратегии сохранился. И, к сожалению, именно из-за этого на его клан напали… Нет. Он выдернул себя из болезненных воспоминаний, поскольку больше не мог в них погружаться. Вина — и неважно насколько заслуженная — могла стать непозволительным отвлечением.

— Из-за этого пророчицу будет немного сложнее поймать, но я постараюсь доставить ее с минимальным уроном.

— Ее защищает мужчина-вер, — продолжил Темный Властелин. — Его я тоже хочу.

— Зачем? — Как только вопрос сорвался с губ, Гайус осознал совершенную ошибку. И тут же голову пронзила мучительная агония, заставляя вампира упасть на колени.

— Ты не должен задавать вопросы.

— Да, Господин.

— Я предоставлю тебе необходимого напарника.

Напарника? Это последнее, чего он хотел, или в чём нуждался.

— В этом нет необходимости… — Еще раз агония завладела его разумом, ненадолго ослепляя. — Боги.

— Гаюс. — Ведьма резко направилась к нему, чтобы погладить его по раскалывающейся от боли голове, на её лице всё ещё отсутствовали какие-либо эмоции, а глаза зловеще сияли. — Не заставляй меня жалеть о выборе слуги для этого задания.

Заставив себя встать, Гаюс натянуто улыбнулся.

— Господин, у тебя не будет причин для сожалений.

Последовало долгое молчание. Будто Темный Властелин взвешивал, что же для него важнее: поймать провидицу или получить удовольствие от убийства Гаюса. Наконец, ведьма кивнула.

— Салли поедет с тобой, и будет служить моими глазами и ушами…

Гайус был гордым, упрямым и одержимым смертью своей пары. Но не глупцом.

В этот раз он без колебаний кивнул.

— Хорошо.

— К вам присоединяться еще двое.

Вампир вновь поспешно кивнул. Он заставит своих… напарников ясно понять, кто тут главный, пусть только приедут.

— Где мы найдем пророчицу? — спросил Гаюс.

Багровый свет ярче вспыхнул в глазах ведьмы.

— Если бы я знал ее местонахождение, то не нуждался бы в тебе.

Логичный ответ.


***


Лас-Вегас


После поглощения целой кучи еды, которой можно было накормить армию — или одного голодного Вера — Кейн повел Касси обратно через казино. Он инстинктивно замедлился, подстраиваясь под шаг спутницы, пока девушка изучала пьяную толпу, направляющуюся мимо мигающих аппаратов к сцене на задворках широкого зала, где пела кавер-группа.

У Кейна возникло желание поскорее убраться подальше от вспышек света, громкого звука и эмоций, обрушивающихся на его органы чувств. Из-за превращения в чистокровного, он стал гипер-чувствителен даже к самым слабым раздражителям, а застрять посредине Вегаса для него было сродни подвергать органы чувств пескоструйной чистке. Что еще хуже, самые примитивные инстинкты накалялись до предела из-за всех этих мужиков, бросающих на Касси похотливые взгляды. Тем более Кейн не был мазохистом. С каждой ночью ему ставало все труднее изображать из себя защитника. Провести лишнее время наедине с ней в гостиничном номере… плохая задумка. Особенно с учетом последней бомбы, сброшенной недавно на него.

Украдкой изучая идеальный профиль Касси, Кейн, словно собственник, обнимал ее за талию и вел к переднему выходу. Может если они окажутся на улице, у него получится сбросить пелену с разума и вернуть мысли в нужное русло, чтобы сохранить женщину в безопасности. Только об этом он должен думать. Погрузившись в мысли о том, что не существует демона, который не пошел бы на убийство ради захвата пророчицы, Кейн был застигнут врасплох, когда Касси резко остановилась и уставилась на него с озадаченным выражением лица.

— Я что-то не так сделала?

Кейн сдвинул брови от неожиданного вопроса.

— Почему ты спрашиваешь?

— Ты продолжаешь пялиться на меня.

— И не только я, — пробормотал он, оскаливаясь на компанию одетых в футболки-поло и брюки-хаки мужчин, которые остановились, чтобы поглазеть на подчёркнутые сарафаном изгибы стройного тела Касси. — Тебе нужно больше одежды.

— Не надо переводить тему. Скажи в чем дело.

Кейн тяжело вздохнул. На этот раз в глазах цвета изумруда была поразительная ясность. В этот момент, Кейну пришлось удрученно признать: у него возникло желание, чтобы она перестала его замечать. Типичное поведение женщины.

— В твоих недавних словах, — признался он.

Она поморщилась.

— Прости, но я до сих пор не знаю, откуда это ощущение необходимости прийти сюда, — бросила она, неправильно истолковав его признание. — Думаю, что в итоге я всё пойму.

Кейн отрицательно мотнул головой.

— Не эти слова.

— Тогда какие?

— О тебе…

— Кейн? — подтолкнула она.

Вот же черт. Он должен узнать. Это изводило его последние два часа.

— О том, что ты не такая опытная, как другие женщины.

— Ох. — Касси склонила голову на бок. — Ты хочешь спросить, занималась ли я сексом?

С приглушенным бормотанием, Кейн затащил Касси в неглубокую нишу в стене.

— Ш-ш-ш-ш.

— Почему? — Она махнула на снующую туда-сюда толпу. — Они все говорят о сексе. Много говорят.

Кейн подавил стон. Тело мгновенно отреагировало с предсказуемым энтузиазмом.

— Ты так и не ответила на мой вопрос.

Касси внезапно подняла руку и провела кончиками пальцев по его подбородку.

— Не нужно быть пророком, чтобы понять: женщина, которую держали то в одной тюрьме, то в другой не может обладать большим опытом с мужчинами, — тихо проговорила она. — Конечно, кое-какой есть, но совсем не того рода, которым будет наслаждаться нормальная женщина.

Не отводя взгляда, Кейн прижал ее ладонь к своей щеке.

— Бриггс? — спросил он, вспоминая безумного Вера, помогавшего удерживать Касси.

— Что Бриггс?

— Бриггс… — Кейну даже трудно было произнести это вслух, — никогда не принуждал тебя?

— Конечно, нет. — Она изогнула губы в загадочной улыбке. — Он до смерти боялся меня.

Кейн судорожно выдохнул от облегчения, что ей не вредили, хотя и так подозревал об этом. Невинность в ее глазах говорила о большем, нежели просто об отсутствии опыта пребывания в мире людей.

— Так ты…

— Девственница.

Глава 3

Кейн вздрогнул. Вот… Она сказала его. Слово на буку «Д».

— Девственница, — пробормотал он.

Кассандра моргнула, вырвав свою руку из его ослабевшей хватки.

— Почему ты говоришь так, словно это плохо?

— Не плохо. Просто… — Кейн запустил пальцы в свои волосы. Черт возьми, как ему объяснить, что он хочет ее настолько сильно, что едва дышит, а она доверяет ему свою безопасность? И в довершение всего, она девственница, только животное воспользуется этим. — Господи.

— В книгах, которые я читала, мужчины всегда ценили право лишать девственности свою возлюбленною, — задумчиво ответила она.

Кейн застонал и подумал, уж не намеренно ли она его мучает.

— Дай угадаю, — прервал он грубым голосом, — ты читала любовные романы.

— Когда Бриггс приносил. Мне они нравились. — Касси воинственно подняла подбородок. — По правде говоря, они и сейчас мне нравятся.

Срань Господня, могло ли всё стать ещё хуже?

— Ну конечно же, — пробормотал Кейн, осторожно рассматривая Кассандру. — Но ты ведь понимаешь, что мужчины совсем не похожи на персонажей из твоих книг?

— Ты похож, — ответила она с уверенностью, от которой Кейн лишь мгновенно отрицательно замотал головой.

— Нет.

— Ты спас меня от Повелителя демонов.

— Ты что, шутишь? — Кейн подошел настолько близко, чтобы даже вампир не смог расслышать его слова. — Единственное что я сделал — это стоял напротив ублюдка достаточно долго, чтобы меня убили, а потом таинственным способом воскресили.

— Ты вывел меня из пещер.

— Я спасал собственную шкуру.

— А теперь взял на себя роль моего защитника, — добавила она, несомненно, полная решимости выставить его в свете какого-то спасителя. Жалкая шутка. — Ну и как это назвать, если не героическим поступком?

Кейн схватил её за плечи и разочарованно уставился в её широко распахнутые глаза.

— Черт, Касси, будь я на самом деле героем, то отвел бы тебя к сестрам, где ты бы находилась в настоящей безопасности, и убрался из твоей жизни к чертям собачьим.

Она застыла, явно не желая воссоединяться с близняшками. Понятное дело, ведь одна из них связана со Стиксом — Королем вампиров, другая — с самым верным охранником Стикса — Джагром, ну а третья — с Королем оборотней — Сальваторе. Как только Касси окажется у них, ее запрут для ее же блага. Даже если плен сведет ее с ума.

— Но ты не хочешь? — выдохнула она.

— Нет, — без колебаний подтвердил он. — Но не потому, что я — хороший.

— А почему?

Он скользнул руками выше, нежно касаясь шеи и упиваясь ее доверием. Веры никогда не позволяют кому-либо, кроме членов семьи или близких друзей, прикасаться к своему горлу.

— Потому что я — эгоистичный сукин сын.

Касси приоткрыла рот, словно хотела возразить, но внезапно он ощутил ее напряжение и увидел, как она округлила глаза.

— Кейн.

— Что? — Он передвинулся, чтобы оказаться между Касси и вестибюлем. — Что случилось?

— Что-то произошло.

Все инстинкты Кейна пришли в полную боевую готовность, но за неимением явного врага, ему оставалось лишь рычать в пустоту.

— Я предупреждал, что не разговариваю на языке «неопределенности».

— Э… — Она замолчала, а её удивительные изумрудные глаза заволокло странное белое свечение. — Изменение, — наконец произнесла она.

Кейн нахмурился, ожидая, когда в воздухе появится знакомый символ, открывая очередное пророчество, которое лишь Касси могла расшифровать. Но в этот раз ничего такого не произошло.

— Изменение в чем?

— В игре. Появился новый игрок

Чертовски прекрасно.

— Можно не наедятся, что он или она будет сражаться за нас? — сухо поинтересовался Кейн.

— Нет. В его сердце тьма. — Белое свечение исчезло, открывая неприкрытый ужас в ее глазах. Касси схватила Кейна за руку, чтобы не упасть, когда у нее подогнулись колени. — Боль. Так много боли.

Надежно обняв ее за талию, Кейн разместил руки так, чтобы свободно мог дотянуться до кинжала, скрытого в ножнах на пояснице, как и до пистолета в кобуре под рукой с левой стороны.

— Он в Вегасе?

Она расстроено выдохнула.

— Не знаю.

— Думаю, мы скоро это выясним. — Кейн отступил, осматривая вестибюль на предмет любого намека на опасность. — А пока нам нужно убраться подальше от толпы.


***


Два дня спустя

Логово Гаюса в Луизианне


Гаюс разгладил невидимые морщинки на черном костюме, идеально сидевшем на его стройном теле, а затем убедился, что светлый серебристый галстук расположен ровно по центру воротника белой шелковой рубашки. Несмотря на всю неприязнь к ведьмам, вампир должен был признать, что Салли великолепно постаралась в подготовке к его появлению. Она не только установила на окна тяжелые ставни, предотвращающие проникновение дневного света, и окружила дом заклинаниями, отталкивающие всех, кроме самых сильных демонов, но и заказала полные шкафы одежды, которая соответствовала сдержанному, но элегантному вкусу Гаюса. Странно, что эта вызывающе одетая мелкая чудачка обладала таким хорошим вкусом в мужской одежде. Он мог лишь надеяться, что она будет столь же талантливой в удовлетворении других, его самых насущных потребностей.

В этот момент Гаюс уловил аромат персиков, который, казалось, постоянно сопровождал ведьму, а спустя секунду раздался слабый стук в дверь.

— Командующий? — негромко позвала она.

Гаюс улыбнулся уголками губ. Спустя два дня постоянного контакта с ним, женщина растеряла большую часть своего высокомерия. Чтобы поправить мировосприятие кого-либо, нет ничего лучше, чем запереть его с опасным хищником, ненавидящим ведьм.

— Войди

Он услышал, как ведьма глубоко вдохнула, а затем распахнула дверь и стала изучать его с напускной храбростью, отнюдь не скрывавшей настороженность. Умная ведьмочка.

Стоя в дверях, Салли походила на тряпичную куклу-гота, со своими хвостиками, чёрной, грубо нанесённой на глаза подводкой, и такого же цвета помадой. Она надела майку странного оттенка красного и пышную сетчатую юбку.

— Пришло время церемонии.

Гаюс поправил французские запонки, четко контролируя выражение своего лица. Да он ни за что в жизни не покажет трусливой сучке, насколько обеспокоен тем, что позволил колдовать над собой. Плохо было уже то, что ему пришлось стать на колени и умолять о пощаде, когда Темный Властелин заявил о вынужденном «преображении» Гаюса, дабы тот лучше соответствовал требованиям своего господина.

— Ты достала, что я просил? — потребовал он.

Она поджала губы, но податливо кивнула. Отлично. Ведьма училась. Как хороший генерал, от своих солдат Гаюс ожидал полного подчинения.

— Да.

— И?

— Она в гостевой комнате.

— Покажи.

В темных глазах вспыхнул огонек раздражения от его властного тона, но Салли поступила достаточно мудро, не проронив ни слова и, развернувшись, пошла по коридору. Гаюс не спеша следовал за ней, оставаясь полностью сосредоточенным в, казалось бы, совсем безопасном логове. Ведь в ту ночь, когда уничтожили его клан, он вынес жестокий урок: никогда нельзя терять бдительность. Урок, который ему никогда не забыть.

— Что-нибудь слышно от наших напарников? — спросил Гайус у Салли, пока они поднимались этажом выше.

— Да, они прибудут через несколько часов.

Он стиснул зубы, впиваясь взглядом в ее затылок.

— Ты все еще утверждаешь, что ничего о них не знаешь?

— Знаю столько же, сколько и ты.

— Если твои слова — правда.

Салли вздрогнула от пронесшейся в воздухе леденящей силы Гаюса. Сгорбившись, она остановилась у тяжелой двери и указала на маленькое окошко, сквозь которое можно было увидеть облицованную металлом клетку.

— Женщина здесь. — Она подождала, пока Гаюс не посмотрел в окошко. — Удовлетворяет твои пожелания?

Вампир зашипел, его клыки удлинились в порыве примитивного голода. К стене была прикована стройная женщина с длинными, темными волосами — что входило в перечень его требований, наряду со смуглой кожей и темными, миндалевидными глазами, характерными для уроженцев Ближнего Востока. Но, конечно, она не была точной копией его возлюбленной Дары. Черты ее лица оказались не такими изящными, а одета она была в обрезанные шорты и крошечный топ, которые пара Гаюса посчитала бы безвкусными. Но эта женщина была очень похожа, пробуждая в вампире страсть, о которой он практически забыл на той стороне

— Да, она… удовлетворяет, — признал он, рот наполнился слюной при взгляде на горло женщины. — Где ты ее нашла?

Салли пожала плечами.

— Там, где можно найти практически всё. В Интернете. Тебе повезло, она принимает вызовы на дом. — Салли схватила Гаюса за запястье, когда он потянулся к дверной ручке. — Пока нет.

Вампир напрягся, готовый в любой момент броситься на неё.

— Убери руку, ведьма.

Ощутив в воздухе угрозу смерти, женщина поспешно отдернула руку. Но упорно отказывала уступать.

— Сначала церемония, затем девчонка, — сказала она.

Взгляд Гаюса стал ледяным.

— Ты ведь не настолько глупа, дабы предполагать, что смеешь отдавать приказы?

В темных глазах ведьмы на мгновение вспыхнули багровые искры, а воздух стал горячее от предупреждения.

— Это не мой приказ.

Гаюс вздрогнул. Cristo. Он не знал, что же хуже: страх перед колдовством ведьмы или тяжелый вес удушающей силы Темного Властелина.

— Отлично, — отрезал он. — Давай покончим с нелепой церемонией.

Салли кивнула в дальний конец коридора.

— Я подготовила комнату.

Все еще нервничая, Гаюс последовал за ведьмой в большую комнату, и тут же заметил круг из соли, расположенный в центре деревянного пола.

— Погоди. — Сведя брови, он повернулся к Салли. — Объясни, что именно ты намереваешься со мной сделать.

Она тяжело и обреченно вздохнула.

— Опять?

Гаюс оскалил клыки.

— Ты чрезвычайно неохотно раскрываешь детали.

Салли округлила глаза, но быстро попыталась скрыть страх за маской храбрости.

— При помощи мастера, я наложу заклинание, которое сотрет твой… запах.

— Зачем?

— Во-первых, чтобы враги не смогли проследить за тобой, а еще, как перевертыш, ты сможешь стать кем или чем захочешь, не выдавая свою истинную сущность.

Из её слов получалось, что все чрезвычайно просто. Щелчок пальцев и, абракадабра, его запах испарился. Но ничто не дается так просто. Для каждого действия есть свое противодействие… Особенно, когда дело касается магии. Всё имеет свою цену, и Гаюс не был уверен, что ему захочется расплачиваться.

— То же самое можно сделать и при помощи маскирующего амулета, — резким тоном заметил он.

— Да, ну, это заклинание отберет немного…

— Договаривай.

— Больше.

— Больше?

— Лишит тебя не только запаха.

Гаюс прищурился.

— Хочешь сказать, что я лишусь всякой индивидуальности.

— Лишь в физиологическом смысле.

Услышав столь обыденный пренебрежительный ответ Салли, Гаюсу пришлось сжать кулаки, иначе он сдавил бы ее горло и задушил.

— А если я не желаю, — он скривил губы в насмешке, — чтобы у меня всё отбирали?

— Это тебе стоит обсудить с мастером.

Чертова ведьма. Она прекрасно понимала, что, буквально, загнала его в угол.

— Cristo, — проворчал Гаюс, встав в центр круга. — Давай побыстрее закончим.

Салли не обратила внимания на его приказ, двигаясь по комнате и зажигая свечи с торжественным выражением лица. Затем она положила в чашу несколько длинных перьев и подожгла их, наполняя воздух клубящимся дымом. И лишь убедившись, что закончила надлежащий ритуал, надела черное облачение и встала прямо перед вампиром. Гаюс, совсем не в восторге от тщательно продуманной церемонии, фыркнул с отвращением.

— Мы тут на всю ночь?

Салли подняла руки и медленно растянула губы в улыбке.

— Лучше бы тебе за что-нибудь держаться.

И сразу после этого предупреждения заклинание обрушилось на Гаюса, заставляя упасть на колени. Боги. Он склонил голову под натиском опустошающей боли. Было такое ощущение, что его сжигали изнутри. Словно проклятая ведьма разожгла в его животе костёр, чьё пламя стремилось вырваться наружу сквозь тело. Гаюс застонал и зажмурился, сдерживая мученические стоны. «Сука намеренно это делает», — в ярости сказал он сам себе. Сейчас Гаюс находился в ее власти, и ведьма решила максимально воспользоваться этим кратким моментом. По телу пронеслась еще одна волна ослепляющей боли, и возникло ощущение, что его… Что? Сущность? Да, саму сущность вырвали из глубины души. Он наклонился, прижавшись лбом к деревянному полу. Не такое уж простое заклинание. А вторжение в глубины души, которое могло уничтожить Гаюса.

Внезапно страх зазмеился по позвоночнику. Гаюс вспомнил, как Салли упоминала, что с заклинанием ей помогал Темный Властелин. Неужели мастер решил покончить со своим верным слугой? Не впервой злобному ублюдку убивать одного из приспешников ради простого удовольствия от вида смерти. Но, так же внезапно, как появилась, боль пропала.

Долгое время Гаюс стоял на коленях, медленно приходя в себя. Постыдно, что ведьма видела, как ее заклинание свалило его с ног, словно мягкотелую фею. И Гаюс не собирался ухудшать свое положение, пробуя подняться, пока не будет до конца уверен, что не впечатается лицом в пол.

Когда он, наконец, удостоверился, что может самостоятельно стоять, то поднялся на ноги и впился взглядом в ведьму.

— Ты…сука, — прорычал он, прижав руку к сердцу. — Забрала мою душу?

Она побледнела, когда огонь свечей стал ярче, а затем потух от ледяной ярости Гайуса, но решительно продолжала стоять на своем.

— Ты уже давно ее продал, командующий.

Что же, разве это не ужасающая правда?

Гаюс отбросил мрачные мысли. Что сделано, то сделано. Пути назад не было. Он ткнул пальцем в ведьму, его сила хлынула мощной волной и прижала Салли к стене.

— Выкладывай, что ты со мной сделала.

Она облизала губы, запах ее страха дразнил все его чувства.

— Я…

Он сделал угрожающий шаг вперед.

— Говори.

— Лишила тебя самой сущности, — торопливо и невнятно выдавила она.

Гаюс едва удержался от глупого желания посмотреть на себя и убедиться, что не исчез.

— Поясни.

Она подняла руки в умоляющем жесте.

— Я не знаю как.

— Попытайся, — огрызнулся он. — Очень-очень сильно попытайся.

— Заклинание предназначено для стирания твоей личности, — сбивчиво начала Салли пояснение. — У тебя больше нет запаха, твое присутствие… стало не ощутимым. Посторонние будут знать, что ты рядом, но ничего не смогут понять о тебе, кроме самых могущественных демонов. Даже тот факт, что ты — вампир. останется незамеченным.

Именно этого Гаюс и ожидал. Так почему же у него такое чувство, что над ним надругались? Он зашипел, жалея, что не мог, по крайней мере, насладиться убийством ведьмы, повинной в его внезапном чувстве утраты.

— Боги.

С легкостью ощущая его желание убийства, Салли медленно продвигалась вдоль стены. Как только добралась до двери то, не сводя взгляда с мрачного выражения лица Гайуса, распахнула ее со словами:

— Иди к своей женщине, — прохрипела ведьма. — Она заставит тебя почувствовать себя лучше.

Его ярость резко была позабыта. Дара. Нет. Он покачал головой. Не Дара. Но женщина, которая облегчит его самый насущный голод. Гаюсу ведь конечно станет лучше, как только его желания удовлетворятся? Уходя, он достаточно надолго задержался рядом с Салли, чтобы шепнуть предупреждение ей на ухо:

— Очень скоро, ведьма.

И испытал истинное удовольствие, заметив, как кожа Салли стала болезненно-серой, затем прошел по коридору и вошел в освинцованную клетку. Закрыв за собой дверь, Гаюс остановился, чтобы насладиться моментом.

Существовало ли что-то слаще богатого аромата теплой, женской крови? Или лучше вида добычи, трепыхающейся в беспомощном ужасе? Гаюс изогнул губы в улыбке, когда женщина натянула кандалы. Она завертела головой из стороны в сторону услышав, как он вошел, но, не имея возможности увидеть его — так как в комнате было слишком темно для ее человеческого зрения.

— Кто здесь? Что вам от меня надо? — прохрипела она. Бешеное биение сердца для Гайуса звучало, словно песня сирены. — Говори, извращенец.

Подталкиваемый острым голодом, Гаюс своей силой зажег одинокую свечу, стоящую на тумбочке в дальнем углу комнаты. Мерцающее пламя едва рассеяло густую тьму, но этого хватило, чтобы женщина увидела приблизившего вампира. Она хотела закричать, но Гайус обхватил её лицо ладонями и посмотрел прямо в ее широко распахнутые глаза.

— Ш-ш-ш. Взгляни на меня, — промурлыкал он, поймав ее взгляд и с легкостью пленив разум. Он не был так искусен, как другие вампиры, в управлении сознанием людей, но женщина с готовностью поддалась его силе. В мгновение ока, выражение ее лица стало расслабленным, а мышцы тела вялыми, и она опустила руки по бокам, забыв о тяжелых кандалах.

— Как тебя зовут? — тихо спросил Гаюс.

— Фарра.

Ее голос был слишком высок, с сильным американским акцентом, а не хриплым, мелодичным, как у Дары. Гаюс тут же оттолкнул воспоминания, понимая, что эта женщина никогда не сможет стереть опустошающую боль в сердце.

— Милое имя, но с этого момента тебя будут звать Дара.

— Дара, — послушно повторила женщина.

— Да, а я — Гаюс. Мужчина твоих самых сокровенных фантазий.

Ее глаза тут же потемнели от бездумной привязанности, и она слабо выдохнула.

— Гаюс.

— Очень хорошо, — похвалил он, надавливая руками, чтобы опустить женщину на колени. — А теперь покажи, как ты рада воссоединиться с твоим любимым.

С очевидным профессионализмом женщина расстегнула молнию его брюк и обхватила губами его стержень. Гаюс одобрительно застонал и закрыл глаза, воскрешая воспоминания о своей прекрасной паре. Слишком скоро наступила разрядка… больше в физическом смысле, чем в эмоциональном. Вампир запустил руку в длинные волосы женщины и рывком поднял ее на ноги. Она не сопротивлялась, когда он склонил ее голову на бок и одним плавным движением вонзил клыки в шею. Гаюс услышал, как женщина низко застонала, возбуждаясь от укуса, но он, проигнорировав её извивающееся тело, продолжал жадно пить ее кровь. Вампир поморщился, когда тёплая жидкость начала стекать по гору — в ней, хвала богам, не было ни алкоголя, ни наркотиков, но все же она оказалась безвкусной. Несмотря на это, он продолжал делать глубокие глотки, и остановился лишь тогда, когда услышал предупреждающее трепыхание сердца. Слишком давно он кормился напрямую из вены, и ощущения опьяняли. Позже он найдёт другую Дару, вкус крови которой будет более ярок. Вот тогда он с удовольствием осушит эту.

Заслышав звук приближающихся шагов, Гаюс вытащил клыки и ослабил хватку. Расслабленная от кровопотери и сексуальной реакции на укус, женщина безвольно повисла в кандалах, которые не дали ей рухнуть на пол. Хотя Гаюсу было все равно.

Забыв о женщине, он поправил костюм и повернулся к двери. Он уже почувствовал, почему ведьма его потревожила.

Тихо постучав, Салли открыла дверь и бросила взгляд на потерявшую сознание проститутку, а затем на Гаюса, который язвительно улыбался.

— Наши гости прибыли, — сухо бросила она.

Он втянул воздух носом, уловив собачью вонь, которая уже успела запятнать логово Гайуса.

— Дворняги?

Ведьма выглядела не радостнее Гаюса. Но опять же, чему ей радоваться? Дворняги больше вампиров не любят все, что связано с магией.

— Прямо-таки близнецы.

Гаюс свел брови.

— Извини?

Она закатила глаза.

— Тебе стоит увидеть, чтобы поверить.

Не собираясь гадать, вампир прошел мимо ведьмы и вышел в коридор.

— Приведи их в мой кабинет.

— А как же шлюха?

Он посмотрел на женщину, которая словно сломанная марионетка свисала на кандалах.

— Она останется здесь.

Салли сморщила нос.

— Но…

— Если она умрет, я прослежу, чтобы труп исчез, — нетерпеливо перебил Гаюс. Когда дело доходит до трупов, люди становятся раздражающе брезгливыми.

— Очаровательно, — пробормотала Салли.

Не дожидаясь ответа, Гаюс спустился вниз и направился в библиотеку, которую превратил в личный кабинет. Он бы никогда в жизни не посчитал вытянутую комнату с большими полками, мебелью из орехового дерева и двумя одинаковыми креслами, чем-то большим, чем временным пристанищем для ведения дел. Как только к нему вернется Дара, он заберет ее в их огромное имение, скрытое в горах Италии. В его роскошном доме была библиотека размером с две такие хижины и в ней хранились тысячи драгоценных книг, датированные эпохой создания печатного станка. Не говоря уже о ценнейших свитках, скрытых в надежном хранилище. К сожалению, беднякам не приходится выбирать, и пока Темный Властелин не удостоверится, что Гаюс выполнил свою часть сделки, он застрял в болотной глуши. Что еще хуже, застрял с союзниками, которых не желал и в которых не нуждался.

Облокотившись о стол, Гаюс пригладил волосы и расправил плечи, ощутив, как в воздухе усилился запах дворняг. Раздался стук в дверь, но вампир выждал несколько минут, прежде чем ответить. Он был мастером тактики и знал, что коварство и скрытая сила действовали эффективнее всего. Любой мог стать агрессором. Но лишь хитрый и терпеливый был способен выйти в лидеры.

— Войдите, — наконец приказал он.

Первым вошел молодой человек, выглядящий не старше тридцати человеческих лет. С мускулистым телом, квадратной головой и толстой шеей. Его светлые волосы были пострижены коротко, по военному, и такому стилю соответствовала зеленая футболка и камуфляжной расцветки штаны. А за ним следовала уменьшенная, женская копия, вплоть до военной стрижки и камуфляжных штанов.

Иисусе. Теперь Гаюс понял весь смысл комментария Салли о «близнецах».

Зайдя в кабинет, они встали бок о бок и скрестили руки на груди.

— Вампир, — произнес мужчина с почтительным кивком.

Гаюс медленно оттолкнулся от стола, натянув на лицо выражение ледяного недовольства.

— Будете звать меня Командующий.

В карих глазах дворняги вспыхнул гнев, но он оказался достаточно умен, чтобы держать раздражение в себе.

— Каждому свое, — пожав плечами пробормотал он. — Я — Дольф, моя сестра…

— Плевать мне на тебя и на твою унылую жизнь, — прервал его Гайус, громовым голосом.

От растущего недовольства дворняги воздух начало покалывать.

— И тебе на хрен здрасьте.

— Это не светский раут. — Гаюс окинул обоих презрительным взглядом. — Поясните, почему Темный Властелин считает, что обычные дворняги могут быть мне полезны?

Дольф скрипну зубами.

— У меня есть силы, превосходящие возможности обычной дворняги.

Гаюс проигнорировал нотку сарказма в голосе мужчины.

— И что же это за сила?

— Вот какая. — Подняв руку, дворняга ткнул пальцем в полки с книгами, бормоча что-то себе под нос. На какой-то момент Гайус задумался о здравомыслии мужчины. И внезапно одна из тяжелых книг пролетела по воздуху и с громким стуком упала прямо на стол. Это заставило Гайуса зашипеть от отвращения. Магия. Темный Властелин намеренно окружал его ненавистными созданиями, чтобы проверить преданность?

— Ты колдун? — он сплюнул, прежде чем смог сдержать свою реакцию. — Как такое возможно?

Дворняга пожал плечами, явно выработанная привычка на такой вопрос. Не удивительно. Вполне вероятно, он — единственный дворняга, владеющей магией на земле.

— До обращения я был полностью обученным ведьмаком.

Гаюс сузил глаза.

— Дворняги ненавидят ведьм.

— Верно.

— Как тебя тогда укусили?

Он улыбнулся с самодовольным высокомерием.

— Я могу быть весьма убедительным.

Гаюса это не впечатлило.

— Если у тебя в запасе только это, можешь забирать сестру и…

— Погоди, — прервал его дворняга.

— Что?

— Ингрид. — Дольф посмотрел на молчаливо стоящую женщину рядом с собой. — Покажи ему.

Достав из заднего кармана телефон, женщина вытянула его вперед, чтобы Гаюс осмотрел девайс.

— Вы явились сюда, чтобы продать мне телефон? — с насмешкой спросил он.

Ингрид нажала на кнопку и показала Гаюсу изображение светловолосого мужчины с бледно-голубыми глазами.

— Я работала на Кейна, — сказала она.

— Кейн? — Гаюсу понадобилась секунда, чтобы вспомнить, почему ему знакомо это имя. — Вер, охраняющий пророчицу?

— Угу. — Дворняга улыбнулась. — Это его номер телефона.

Глава 4

Лас-Вегас


Пентхаус в казино — со вкусом отделанный, в приглушенных коричнево-песчаных тонах — занимал практически весь верхний этаж. В гостиной располагались длинные диваны и мягкие кресла, расставленные в разброс вокруг мини-кухни и джакузи. А с обеих сторон размещались одинаковые спальни с личными ваннами, размером с курортное спа. Такая неброская элегантность была глотком свежего воздуха по сравнению с переполненными людьми игровыми залами, но именно великолепный вид, открывающийся сквозь стеклянные стены, привлекал большинство гостей.

«Кейн также не стал исключением», — с иронией подумала Касси, хотя причины на то у него были другие. Этого слишком помешанного на безопасности Вера не волновала ночная красота ослепляющих огней соседних казино, или дневная панорама окружающей пустыни и скалистых гор, от вида на которые перехватывало дыхание. Единственное, что интересовало Кейна — это максимальный обзор территории и возможность убедиться, что к ним никто не подкрадется. И, естественно, высота, на которую не взобраться, не имея крыльев. Касси ценила его заботу, правда. Просто это было немного…

Вышагивая по гостиной, Касси пыталась выяснить причину своего недовольства. Не легкая задачка. Пророчица редко вспоминала, что за пределами своих видений она — обычная женщина, с присущими эмоциями. И никогда не сосредотачивалась на них, чтобы изучить. Пока не встретила Кейна. Так что теперь она зациклилась на разборе противоречий, одолевающих ее. Думала о захватывающей дрожи и волнении, которое возникало, когда Кейн ненароком её касался, и о болезненном разочаровании, если он отстранялся. О беспокоящей неспособности сконцентрироваться, если он находился с ней в одной комнате и глупом страхе, когда он покидал отельный номер без неё. И это обычное для большинства явление всё нарастало, призналась Касси сама себе, прекращая смотреть невидящим взглядом сквозь стекло. Она едва ли замечала плавящиеся под обжигающими лучами летнего солнца улочки или увядающий поток туристов, которые до отказа заполняли автобусы, везущие пассажиров от одного казино к другому.

За последние четыре дня Кейн провел неоправданно много времени в поисках врагов, которые ему мерещились за каждым углом. Касси понимала, что им руководит не простая потребность защищать, но из-за отсутствия опыта в отношениях с другими людьми не могла понять, что же делала неправильно. Или, что важнее, как его остановить. Обернувшись, она посмотрела на часы, висящие над домашним кинотеатром. Минуло три часа, как Кейн ушел. Он оставил ее на дольше, чем обычно. Необъяснимое ощущение, что ее бросили, возросло еще на один пункт. В этот раз Кейн ушел навсегда?

Что легко можно понять. Ни один мужчина не захочет изображать из себя няньку для женщины, которая провела большую часть жизни, разглядывая проблески будущего. Если Кейн устал и решил не тратить время впустую, она не станет его винить. Но храбрые, благородные мысли покинули ее голову, разрушенные подавленным, тихим всхлипом, стоило её обонянию уловить знакомы запах Кейна. Он её не бросил…

Обняв себя за талию, Касси заставила себя остаться на месте, а не прыгнуть и повалить бедолагу, стоило ему появиться в люксе и закрыть дверь. К сожалению, она не смогла сдержать рваный выдох и слова, слетевшиеся с губ, которые не давали ей покоя.

— Ты вернулся.

Кейн выглядел уставшим, на подбородке проглядывала золотистая щетина, а под сапфировыми глазами залегли тени. Светлые волосы были взъерошены, словно он множество раз проводил по ним рукой. Под футболкой и джинсами проглядывали напряженные мышцы. И все же, он мгновенно перешел в режим сосредоточенности, как только увидел бледное лицо Касси. Кейн быстро, словно молния, оказался около нее и крепко сжал плечи.

— В чем дело? — он обвел взглядом ее стройную фигуру, убеждаясь, что она невредима. — Что-то произошло?

— Нет, просто тебя так долго не было. Я подумала… — Касси закусила губу, чтобы не обременять Кейна нелепыми страхами. Но он, конечно же, с легкостью прочитал ее мысли. Этот его трюк она не особо ценила.

— Извини. — Отступив на шаг, он провел ладонями по лицу. — Я не хотел волновать тебя.

— Куда ты ходил?

Он пожал плечами.

— Проверял отель.

Касси нахмурилась. Проверка отеля не могла занять три часа. Разве что он заглядывал в каждый номер.

— Чувствуешь неприятности? — спросила она

— Всегда.

В его голосе она уловила сухость. Его отнюдь не неприятности беспокоили. По крайней мере, не только они.

— Ты ведь знаешь, что не должен придумывать отговорки.

— Отговорки?

— За то, что уходишь. — Она пыталась говорить ровным тоном. — Очевидно, что тебе не нравится находиться здесь со мной.

— Не нравится? — От грубого неверия его глаза потемнели. — Ты так думаешь?

— Я чувствую твоё напряжение.

— Безусловно, это не неприязнь. — Она услышала, как Кейн скрежетал зубами. — Боже, как бы я хотел, чтобы всё было так, как ты говоришь.

Понимая, что вновь ошиблась, Касси нахмурилась.

— Тогда что тебя беспокоит?

— Мне нужно в душ.

Он резко скинул ботинки и направился в свою спальню. Спустя несколько минут Касси услышала шум воды. На какой-то сбивающий с толку момент, Касси было больно оттого, что Кейн ретировался. Что же в этот раз она сделала такого, что заставило его сбежать? Затем она уловила ни с чем несравнимый запах его возбуждения. Ох. Поэтому он в такой спешке ушел от нее? Потому что хотел заняться с ней любовью? Мысль волновала и опьяняла. Касси вздрогнула от вспышки желания, пронзившей её тело. А также от решимости разобраться с терзающей ее страстью. Хоть она и не понимала, почему Кейн предпочел принять душ, а не заключить её в свои объятия (чего она безумно жаждала) но знала: её терпению пришел конец, и ждать, пока он решиться на первый шаг больше не хотела. И прежде чем успела струсить, Касси пересекла гостиную и зашла в спальню Кейна. Да, у нее не было опыта, но можно ведь поддаться примитивным инстинктам. Что ей ещё нужно?

Она остановилась, чтобы скинуть одежду, а затем вошла в ванную, прошла по мозаичному полу и скользнула в душевую кабинку, размером с комнату. На нее, словно нежная ласка, хлынул поток воздуха с влажным паром, запахом мыла и мужской плоти. Касси затрепетала, ее соски напряглись в ожидании, когда Кейн повернулся к ней с настороженным взглядом.

— Касси. — Он выключил воду. — Какого черта?

Улыбнувшись, она подалась вперед, а Кейн прижался к стене. Его смуглое тело блестело от воды, а волосы были зализаны назад, открывая прекрасное лицо,

— Я пришла, чтобы снять твое напряжение.

Он зажмурился, словно от боли.

— Я меньше всего хочу, чтобы мне терли спину, солнце. Может позже.

Встав прямо перед ним, Касси провела ладонями по его широкой груди, упиваясь игрой мышц под ее прикосновением.

— Тогда скажи, что тебе нужно.

Он резко распахнул глаза, схватил ее за запястья, но не попытался убрать с себя ее ладони. Хвала богам.

— Тебе нужно уйти, прежде чем я совершу что-то, о чем мы оба пожалеем, — выдохнул он.

— Ты стал бы сожалеть, что занялся со мной любовью?

В его глазах блестело желание, хотя на лице отражалась невероятная мука.

— Ты специально пытаешься довести меня до безумия?

Она склонилась вперед и прикоснулась губами к шелковистой, гладкой коже его груди. Вкус Кейна напоминал жар и дикое животное. Восхитительно.

— Я лишь хочу помочь.

— Помочь? — еле слышно спросил он. Сердце Кейна бешено колотилось от затянувшегося поцелуя девушки, и запах волка внезапно наполнил воздух.

Касси почувствовала ответную реакцию своей волчицы. Несмотря на неспособность перекидываться, она все же оставалась чистокровным вером. Её звериная сущность металась прямо под кожей, беспокойна ища прикосновений этого мужчины.

— Ослабить твое напряжение.

Кейн внезапно застыл и чертыхнулся, очевидно, он был не в восторге от ее пояснения.

— Значит, ты готова отдать свою невинность ради секса из жалости? — прорычал он.

Она, смутившись от внезапной вспышки ярости, немного попятилась.

— Я не понимаю, что ты имеешь в виду.

Моментально пожалев о грубости своих слов, Кейн скривился.

— Я хотел сказать, что не опустился до такого отчаяния, что ради секса готов забрать твою девственность.

Ах вот в чём дело. Касси расслабилась. Он просто защищал ее. Опять. Она провела губами по упрямо выпяченной челюсти Кейна.

— А что если я…

Касси почувствовала, как Кейн задрожал. Его мышцы напряглись так сильно, что удивительно, как его ещё не схватила судорога.

— Ты что? — хрипло потребовал он.

— В отчаянии, — с готовностью призналась она, прикусывая мочку его уха. — Переспишь ли ты со мной из жалости?

Кейн склонил голову и оборвал ее на полуслове поцелуем, от которого по телу Касси пронеслась обжигающая вспышка наслаждения. Кассандра ахнула, ухватившись за печи Кейна, когда пальцы на ногах поджались от удовольствия.

— Не говори так, — приказал он, не прерывая поцелуй.

Касси языком проследила точеную линию губ Кейна, наслаждаясь его стоном неприкрытого желания.

— Но ты ведь сказал то же самое, — мягко напомнила ему Кассандра.

— Я много всяких глупостей говорю, когда…

— Напряжен? — подсказала она, когда он замолчал, а на щеках заиграл румянец.

— Да, — хрипло ответил Кейн, и в наполненной паром ванной можно было увидеть, как его глаза засияли от пробудившейся волчьей сущности. — Касси, тебе действительно лучше уйти.

Но она в ответ лишь теснее прижалась к его обнаженному телу. У неё перехватило дыхание, когда его возбужденная плоть прижалась к ее животу. Оне ожидала таких размеров. Не только в длину, но и ширину. И жара, который обжигал ее кожу, словно раскаленное железо. Или это просто у нее воображение разыгралось. Касси не нервничала и не испытывала неуверенности, она жаждала Кейна. Да, она — девственница, но ни капли не сомневалась, что хотела его. На самом деле, он — единственный мужчина, который вызывал в ней желание, и которого она хотела. Целиком и полностью.

— Ты меня не хочешь? — потребовала она.

Кейн впился пальцами в ее бедра, словно разрывался между желанием прижать ее ближе или оттолкнуть прочь.

— Настолько сильно, что не могу ясно мыслить, — выдохнул он.

Касси осторожно провела пальцами вдоль линии его плеч и по изгибу шеи. Веры крайне избирательно разрешали кому-то прикасаться к своему горлу. И то, что Кейн не остановил её, доказывало одно: на самом примитивном уровне он уже принял Касси.

— Тогда займись со мной любовью.

Он напрягся, а глаза потемнели от боли.

— Нет.

Упрямец. Хорошо, что она не менее упряма. Она запустила пальцы в его влажные волосы, специально потираясь тугими бутонами сосков о его грудь и постанывая от крошечных вспышек чувственности, что пронзали тело и скапливались внизу живота. Боже…

— Почему нет?

Кейн выругался, впиваясь пальцами в нежную плоть ее бедер.

— Я не хочу лишать тебя невинности потому, что ты жалеешь меня.

Она замерла и в замешательстве посмотрела на него.

— То есть ты считаешь, что я тебя жалею?

— Зачем еще тебе быть в моем душе?

— Потому что я хочу…

Он хмурился, пока она изо всех сил пыталась подобрать слово, точно описывающее боль, ноющую глубоко внутри.

— Чего?

— Этого

Она не могла найти слов, но точно знала, чего хотела. Кроме того, значение разговоров явно преувеличивали, и при сложившихся обстоятельствах они явно были лишними. Заключив его лицо в ладони, она поднялась на носочки и прижалась к его губам в поцелуе, выражающем беззастенчивое страстное желание. Кейн замер, и Касси ощутила, как её надежды рухнули. Вот чем заканчиваются неловкие попытки обольщения. И когда Касси уже хотела отпрянуть, Кейн обнял ее и приподнял над полом, чтобы углубить поцелуй с удовлетворяющей поспешностью. В отличии от нее, Кейна обладал нужным опытом и умениями, чтобы превратить неловкое прикосновение их губ в восхитительное действие, наполненное чудом.

По телу Касси пронеслись волны возбуждения, когда Кейн языком ловко раскрыл ее губы и проник внутрь. Девушка задрожала. Святые угодники, это было так же чудесно, как она и представляла. Жадные прикосновения губ, соблазнительные движения языка, крепкие объятия, из-за которых было трудно сделать вдох. Но она нуждалась… В чём? Черт, она не знала. Понимала лишь, что Кейн недостаточно близко.

При помощи врожденной силы оборотня, Касси приподняла ноги и обняла ими Кейна за талию, и они оба застонали когда чувственная точка ее тела коснулась полностью возбужденного ствола Кейна. О, да. Именно это ей и было необходимо. Мысль едва успела появиться в её затуманенном разуме, как Кейн поднял голову и стал рассматривать её раскрасневшееся лицо взглядом, в котором полыхало сапфировое пламя.

— Касси, — простонал он, и его скулы заалели от румянца. — Боже правый. Ты не представляешь, что творишь.

Она провела языком по всей длине его шеи, слизывая капельки воды, задержавшиеся на коже.

— Пока нет, но думаю, ты меня научишь.

Он судорожно выдохнул.

— Я?

Тяжелый мускусный аромат окутал Касси, и она почувствовала, как член Кейна дернулся.

— М-м-м, — протянула она хриплым голосом.

— Нет. — Он провёл ладонью вверх по её спине и обхватил затылок. — Подожди.

Она уткнулась носом в ложбинку, где бился его пульс, и задумалась, что же делает не так. В романах никогда не описывались такие сложности, чтобы заставить мужчину заняться любовью с женщиной. Они всегда были готовы к действию.

— Что теперь? — спросила она.

Кейн застонал, когда она слегка прикусила его кожу.

— Сейчас не время для принятия таких важных решений в твоей жизни.

— Важных решений? — Подняв голову, она посмотрела прямо ему в глаза.

— Не кажется тебе это немного драматичным.

Он скользнул взглядом по ее раскрасневшемуся лицу, а затем по небольшой груди, которая так и молила обратить на нее внимание.

— Солнце, момент, когда я сделаю тебя своей, пошатнет весь твой мир, — проговорил он огрубевшим от возбуждения голосом.

— Я хочу этого сейчас, — пробормотала она, опускаясь до мольбы. — Прошу, Кейн.

Он стиснул челюсть и скользнул взглядом ниже, туда, где красоту ее кожи портила татуировка, прямо под пупком. — Тебя и без того достаточно использовали.

Касси с трудом преодолела желание прикрыть кроваво-красные мерцающие иероглифы, хотя Кейн уже видел метку повелителя демонов и ощущал холод, который исходил от странной тату.

— Но ведь сейчас речь не об использовании, — тихо поправила она. — А о том, чтобы разделить восхитительный момент. Кейн, ты нужен мне.

В это мгновение разлилась напряженная тишина, пока дикая потребность Кейна боролась с совестью. Касси, понимая, что и без того многое сказала, затаила дыхание. Меньше всего она хотела подтолкнуть его к тому, о чем потом он будет сожалеть. Затем, с низким рыком, он переместился в другой конец кабинки и усадил Касси на влажную скамью. Опустившись перед Касси на колени — так, что теперь их глаза были на одном уровне — он снял её ноги со своей талии и нежно их раздвинул. Как ни странно, но в этой новой позиции было больше чувственности, и это ощущение лишь усилилось, когда Кейн пробежался обжигающим взглядом по ее груди, животу, прямиком к женскому естеству, уже влажному от возбуждения.

— Кейн, — выдохнула она, прослеживая пальцами линию гордого лба, затем спускаясь вниз по переносице.

Когда он поднял голову, чтобы встретится с её уверенным взглядом, его глаза больше напоминали волчьи, чем человеческие.

— Господи, ты такая красивая.

Кассандра улыбнулась, отчего появились ямочки на щеках.

— Нет, это ты красивый.

Он сжал ее пальцы, которыми она изучала черты его лица, и прижал их к губам.

— Я — бессмертный ублюдок, у которого нет права изведать блаженство, — поправил он ее жестким тоном. — Но если ты хочешь предложить мне рай, я схвачусь за него обеими руками.

Касси открыла рот, но не смогла произнести ни слова, Кейн лишил её дара речи, когда склонился к основанию шеи и оставил влажный поцелуй. О-о-о. Она инстинктивно обняла его за плечи и запрокинула голову, предоставляя лучший доступ. Кейн спускался ниже, исследуя её губами — по линии шеи, подбородка, а затем коснулся губ в обжигающе-требовательном поцелуе. Ее волчица заворчала от удовольствия, от голода, с каким он сминал её губы, и Касси провела ногтями по спине Кейна.

Все еще окруженные исчезающим паром и тишиной безумно дорогого люкса, они находились в собственном мире. Кроме поцелуя и прикосновений пальцев Кейна, когда он убирал ее волосы, не существовало ничего. Касси застонала. Вода была выключена, но она чувствовала себя, словно тонула в приливной волне ощущений, мчащихся по телу. И словно почувствовав, насколько возросло возбуждение Касси, Кейн оторвался от ее губ и стал покрывать поцелуями ее лицо. Он с нежностью ласкал каждую линию и изгиб, прежде чем переключиться на чувствительную кожу шеи.

— Да, — поддержала Касси, когда Кейн медленно опустил руки и обхватил ноющие груди.

— Прекрасна, — пробормотал он.

Она едва разобрала его слова, выгибаясь от удовольствия и закрывая глаза под легкими ласками его пальцев, дразнящих сжавшиеся бутоны. Кто знал, что ее грудь могла быть настолько чувствительной? Или что его ласки могли доставить столько удовольствия? Которое превратилось из чувственного в разрушающее, когда Кейн склонил голову и втянул в рот одну вершинку. С губ Касси, ёрзавшей по мраморной скамье, сорвался тихий вскрик, и она запустила пальцы в его густые волосы.

«Так это и называли возбуждением?» — подумала про себя Касси, дрожа от действий Кейна языком и зубами, которые сжигали ее. Она ни за что не желала, чтобы он останавливался, но все же… Между ног чувствовалась ноющая пустота, требующая внимания.

— Кейн, — проговорила она, веря, что он поймёт, в чём она нуждается.

— Терпение, крошка, — поддразнил он.

Она хотела воспротивиться, но когда он сконцентрировал внимание на другой груди, решила, что терпение — не так плохо. Особенно чувствуя прикосновение умелых пальцев, когда Кейн скользнул ими по бедру и ниже по ноге. Касси уперлась головой в стену, пока он продолжал с нарастающим упорством ласкать ее грудь, скользя пальцами по внутренней стороне ее бедра. Он почти там, где нужно. Почти. И, наконец, он коснулся её.

— Ох.

Сердце колотилось о ребра, пока Кейн пальцами проникал в ее влажный жар. Ее только что поразила молния? Казалось невозможным, что электрический разряд может пронзать от простого прикосновения. Когда Кейн прикоснулся к жемчужине сладострастия, он доказал теорию Касси.

— Тебе нравится, солнце? — прохрипел Кейн.

Нравится? Она застонала, задумываясь, что могла стать зависимой от его умелых ласк. Но когда от безграничного удовольствия её мышцы начали сжиматься, Касси обхватила лицо Кейна руками.

— Я хочу тебя, Кейн, — прохрипела она. — Хочу ощутить тебя внутри себя.

Сапфировые глаза потемнели от первобытного голода, но, что удивительно, он не стал поднимать ее со скамьи и совершать греховные действа. Вместо этого, Кейн проложил дорожку легких поцелуев по ее груди, спускаясь вниз по плоскому животу. Какого дьявола он делал? Ответ пришел сам, когда он шире развел ноги Касси и наклонился вперед, чтобы заменить свои пальцы языком. Хвала святым небесам

Забыв о ноющей необходимости почувствовать Кейна, лишающего ее невинности, Касси застонала, запутывая пальцы в его волосы, стоило ему провести языком, прикусить и подразнить ее плоть с безошибочным мастерством. И она не была против его очевидного опыта, призналась себе Касси, особенно когда он проник языком в ее тугое лоно, а затем вновь вернулся к напряженному комочку нервов. Конечно, если применял он своё исключительное мастерство только к ней.

Дыхание Касси стало поверхностным, а удовольствие все сильнее наполняло тело, заставляя в предвкушении поджимать пальчики. Ох, Господи, как восхитительно. Так потрясающе. С легкостью осознав, что она приближается к пику, Кейн сильнее ухватил ее за бедра и втянул бутон в рот. И этого хватило, чтобы Касси персекла грань чистейшего экстаза. Вскрикнув, она едва понимала, что сотрясается всем телом, пока Кейн не провел языком по ее лепесткам в последний раз. Затем поднял на ноги и крепко обнял.

— Ш-ш-ш, — успокаивал он ее, прижимая губы к виску.

Она вцепилась в его плечи, пока крошечные отголоски пережитого сотрясали ее тело.

— Это было…

Он улыбнулся от её попыток подобрать нужные слова.

— Да?

— Почти идеально, — выдохнула она.

Она почувствовала, как Кейн напрягся, затем поднял голову и внимательно на нее посмотрел.

— Почти?

Касси улыбнулась от его недовольства. Вполне очевидно, он был огорчен тем, что она не посчитала только что произошедшее самым ярким событием жизни. А затем, не отводя взгляда, провела рукой по его груди. Кейн задержал дыхание, когда она скользнула по его животу.

— Касси?

— Я хочу разделить с тобой удовольствие.

Застонав, он схватил ее за запястье.

— Так и будет.

— Когда?

Стиснув зубы, он с шумом выдохнул.

— Когда минует опасность, и ты сможешь ясно мыслить.

Хотя Касси и была меньше Кейна, но оставалась чистокровным Вером и ее сила многих удивляла. Она выкрутила руку из его захвата и, наконец, смогла добраться до цели.

— Ты можешь быть моим защитником, но не смеешь говорить, что я не в состоянии решить, чего хочу. — Она обхватила ладонью его налитый ствол. — Или когда.

Он чертыхнулся, но ему хватило ума не играть в перетягивание каната. Не в тот момент, когда в ее руке такой нежный «канат».

— Я не лишу тебя невинности, — прорычал Кейн.

— Хорошо. — Она уже была готова к его упрямству, и поцеловала его грудь, прямо там, где под кожей билось сердце. — Тогда, я найду другой способ разделить удовольствие.

— Господи, — выдохнул Кейн, когда Касси приблизила губы к его соску.

Она не представляла, что для него это будет также приятно, как когда он проворачивал такое с ней, но надеялась, что он даст ей наводку. В идеальный момент, Кейн слабо застонал и впутал руку в ее волосы, прижимая к своему телу. Именно такое поощрение и нужно было Касси. Позволяя волчице присоединиться к игре, Касси лизнула сосок Кейна, двигая рукой по его жесткой длине. Его плоть была удивительно гладкой и теплой. Потрясающе теплой. Из чистого любопытства, Касси скользнула рукой к основанию его члена и нашла тяжелый мешочек. Кейн дернулся и запрокинул голову, она встретилась с ним взглядом.

— Прости, я сделал больно? — прошипела она.

— Я… — Он пытался сглотнуть. — Нет, мне не было больно.

— Ах.

Он наслаждался ее ласками. И сильно. С ехидно улыбкой, она вернулась пальчиками к кончику его ствола, на котором выступили капельки наслаждения. Он легко растерла их, кружа у основания головки, а затем вновь скользнула рукой по всей длине. Она дважды повторила такую ласку, затем Кейн тяжело выдохнул.

— Ради Бога, Касси не мучай меня.

Хотя мысль помучить Кейна, заставив молить об освобождении, была довольно соблазнительной, Касси сострадала его отчаянному желанию. Несколько недель они мчались к этому моменту. Позже, она станет наслаждаться своей властью над ним, заставляя несколько часов ждать, прежде чем доставит удовольствие. Встав на носочки, она прижалась к его губам в нежном поцелуе.

— Покажи мне.

Сдавленно застонав, Кейн положил свою руку на ее, сильнее сжимая свою длину. Затем медленно направил ее руку вперед и назад, двигая навстречу бедрами и с шипением выдыхая сквозь стиснутые зубы. Касси чувствовала, как под бархатной кожей, по венам несется кровь, а в воздухе сгущается мускусный аромат. Она инстинктивно увеличила скорость, наслаждаясь низким ободряющим стоном Кейна.

— Да… вот так, — прорычал он, положил руку на затылок Касси и притянул ее к своей шее.

Ее волчица точно знала, чего он хотел и без раздумий, Касси впилась зубами в основание шеи Кейна. От взорвавшегося на языке чисто мужского вкуса, по ее телу прокатилась еще одна волна оргазма. В этот же момент, Кейн вскрикнул, толкнулся еще раз в ее руку и теплая струя семени ударила Касси в живот.

— М-м-м. Прекрасно. — Она слизнула капельки крови, выступившие от ее укуса. — Можем повторить?

Спустя несколько часов, Кейн лежал на широкой кровати, обнимая Касси. Как и следовало ожидать, стоило голове коснуться подушки, она провалилась в глубокий сон, а он остался лежать без сна, наблюдая за ней с ошеломляющим изумлением. Он — дурак. Что, конечно, не новость. Он так усердно старался не прикасаться к этой прекрасной, слишком уязвимой волчице. Ледяной душ, долгая пробежка по пустыне, часы патрулирования шестидесяти этажного отеля на предмет опасности. Но одно нежное прикосновение Касси — и все благие намерения вылетели в окно. Вернее, в трубу слива душа. Кейн подавил стон, воскресив в памяти полуденные события. Каждый поцелуй, пробное движение руки, каждый стон. И утешением служило лишь то, что хоть он и забрал ее невинность, девственность осталась нетронутой.

А так ли это важно? Кейн скривился, не желая сосредотачиваться на таком опасном вопросе. Проще назвать себя благородным, признать, что хотел отвести от Касси опасность и дать возможность ясно размыслить над последствиями столь важного решения. Он не хотел прислушиваться к тоненькому голоску, который напевал, что если Кейн лишит девственности Касси, то привяжет себя к этой красавице-перевертыше. И если однажды сделает своей, уже никогда не сможет отпустить. И не важно, чего она хотела. Пара….

С низким рыком, он отогнал мысли об этом пугающем слове. Нет, даже не думай. И без того ситуация плоха. И словно в подтверждении догадки, Касси перевернулась во сне и прижалась к нему с немым доверием, заставляя сердце Кейна трепетать. Черт. Нельзя было позволять ей ложиться с ним в одну постель. Не только потому что он — полноценный, далеко не святой мужчина, и что ощущение ее теплого тела, едва прикрытого ночнушкой, которую он ей по глупости купил, заставляло его плоть до боли напрягаться от желания. А всё потому, что прямая близость затрагивала скрытые точки, которые Кейн не желал оголять. Ну да, у него не было выбора. Один умоляющий взгляд этих изумрудных глаз и он был повержен. Жалок. С печальной улыбкой, Кейн зарылся в шелковистую мягкость ее волос. Что оставалось бедному мужчине?

Рассеянно погладив спину Касси, Кейн приблизился к моменту, когда практически уснул, но внезапно ощутил, как напряжены мышцы Касси. Нахмурившись, он поднял голову. Спит ли она или он ее нечаянно разбудил? Ответом послужили ее распахнувшиеся глаза, прекрасный изумрудный цвет которых заволокло тревожной белой пеленой.

— Касси. — Он встряхнул ее в нелепой попытке разбудить. — Касси.

Не обращая на него никакого внимания, Касси стряхнула его руки и встала с кровати. Затем, словно робот, направилась прочь из спальни.

— Черт. — Вскочив с кровати, Кейн быстро натянул джинсы и свитер, брошенные на кресло. За пояс засунул глок и, схватив халат, висящий на ручке ванной, поспешил за Касси.

Бесполезно ее останавливать. Затерявшись в видении, Касси не остановится, пока не достигнет цели. Была ли целью гостиная, где Касси сплетет очередной странный, мерцающий иероглиф — предсказание, или придется пересечь пол страны? Всё, что мог сделать Кейн — не дать ей себе навредить. В гостиной оказалось пусто, а входная дверь только что захлопнулась. Чертыхаясь, Кейн поспешил в коридор, догнав, наконец, Касси, заходящую в пустой лифт.

— Подожди, детка, я с тобой, — проговорил он, заходя в маленькую кабинку, в момент, когда Касси нажала кнопку вестибюля.

Она смотрела прямо перед собой, на лице никаких эмоций, даже когда Кейн накинул на нее халат и завязал пояс. Он скривился, по крайней мере, в отеле было тихо. Если не брать в расчет отвратительную музыку, доносящуюся из динамиков в лифте.

Странная пора — часы перед рассветом. Промежуток времени, когда даже самые заядлые игроки возвращаются в постели, а те, у кого начинается смена, потягивают первую кружку кофе. Они с Касси избегут случайных зевак и, что еще важнее, толп народа, в которых может скрываться враг.

Лифт немного вздрогнул и остановился, металлические двери разъехались, открывая перед ними вестибюль, в который Касси незамедлительно вошла. Она двигалась размеренным темпом, шагая по кафельному полу прямиком к стеклянным дверям, ведущим на улицу.

Кейн всё время оставался рядом. Отрицательно мотнув головой водителю, который лениво прислонился к лимузину в ожидании клиентов, вер схватил Касси, которая практически вышла навстречу мчащемуся по дороге такси, за руку.

— Подожди, — скомандовал он, отказываясь отпускать ее, пока не убедиться, что горизонт чист.

Она смирно стояла, в безмолвии ожидая, когда же Кейн ее отпустит, чтобы продолжить путь и, быстро перебежав через дорогу, направиться на другой конец города. Вздыхая, Кейн брел позади. Если у него не сложиться на поприще рыцаря-защитника, сможет сделать карьеру, как регулировщик транспорта у школ. Надо это рассмотреть.

Сфокусировавшись на этой абсурдной мысли, а не на растущей панике за Касси, погруженной в свои видения, Кейн все же был на стороже, пока они обходили аэропорт и направлялись в пустыню. Хотя, остерегаться здесь особо не было чего. Пара койотов, ящерицы, змеи… Никто из них не сможет навредить чистокровному Веру. Слава Богу.

В итоге, яркий свет фонарей города остался далеко позади, и все признаки цивилизации были скрыты бесплодными просторами пустыни. Касси все так же шла вперед, не обращая внимания на прохладный ветерок и тишину. Куда, черт подери, они идут?

Через полчаса он получил ответ на этот вопрос, хотя смысла так и не увидел. Касси остановилась посреди впадины с плоским дном, ветер развевал ее светлые волосы. Затем, словно внезапно обезумев, она упала на колени. Кейн выругался, отпрыгивая в сторону, когда она схватила острый камень и начала лихорадочно рисовать символы на высохшей земле. Кейн стиснул зубы, сопротивляясь природному инстинкту поднять Касси из грязи и утащить в безопасность гостиничного номера. И даже несколько мучительных минут ему это удавалось, но когда его обоняния достиг запах крови Касси, благие намерения разбились вдребезги. Коленки Касси были разодраны, а ладони исцарапаны о камень. Достаточно.

— Касси. — Он хотел сделать шаг к ней, но его остановил чей-то тихий голос.

— Не вмешивайся, Вер.

Этот звук, в сочетании с запахом серы, заставил Кейна развернуться, вытаскивая из-за пояса пистолет.

Он прищурился, рассматривая маленькое создание прямо позади него. Дерьмо. Как ей удалось так близко подкрасться? Хотя она совсем не выглядела угрожающе. Её рост едва ли составлял три фута (91 см), крохотная фигурка была скрытая белым одеянием, сияющим под светом луны. А личико в форме сердечка казалось совсем уж детским, и его хрупкие черты создавали иллюзию невинности. Пока не заметишь острые, словно бритвы, зубы и огромную силу, скрытую в глубинах темных, миндалевидных глаз. Это существо было столь же беспомощным, как ходячая граната. Или ядерная бомба.

Его волк пришел в боевую готовность, рука Кейна не дрогнула, когда он направил дуло пистолета прямо в грудь существа.

— Кто ты? — прорычал он.

Она подняла крошечные ручки, словно пытаясь убедить его доверять ей.

— Янна.

Он положил палец на спусковой крючок.

— Назови хоть одну причину, чтобы не всадить пулю в твое сердце.

Она склонила голову на бок.

— Человеческим оружием ты меня не убьешь.

Не удивленный этим, Кейн пожал плечами.

— Значит, разорву тебе глотку.

— Нет надобности в угрозах. Я здесь не для того, чтобы причинить вред твоей паре.

— Она не… — Он оборвал свое смехотворное оправдание на полуслове. — Тогда зачем?

— Предупредить. — Она прищурила темные глаза, когда ясно услышала щелчок взведения курка. — Черт подери, что с тобой? Я сказала предупредить, а не угрожать.

— И почему я должен поверить созданию, появившемуся из воздуха, чтобы просто передать загадочное предупреждение? — съязвил он, передвигаясь так, чтобы прикрыть своим телом Касси, все еще неистово копающуюся в грязи.

Крошечная демоница не отводила глаз от Кейна, что было очень разумно. Один взгляд на уязвимую Касси — и Кейн оторвёт ей голову. По крайней мере, попытается, про себя поправился он, содрогнувшись, когда Янна позволила крохотной части своей силы отразиться в глубинах глаз.

— Предупреждение не загадочно, — заверила Янна. — На самом деле, яснее просто некуда.

— Отлично, я в игре. — Словно у него был выбор. — Что за предупреждение?

— В ближайшем будущем Касси будет настаивать, чтобы ты ее оставил.

Оставил? Кейн тут же разозлился.

— Нет

Янна тяжело выдохнула.

— Почему мужчины так всё усложняют?

— Ты пророчица? — выдавил он сквозь стиснутые зубы.

— Нет. — Демоница покачала головой, от чего длинные косы скользнули по спине. — Лишь у Касси есть этот дар.

— Дар? — Кейн чертыхнулся. — Чертово проклятье.

— Вероятно.

Он опустил пистолет, опасаясь, что в своем теперешнем состоянии мог натворить глупостей. Это его привычный принцип действия. Кроме того, вряд ли от этого будет хоть какая-то польза.

— Если ты не пророчица, откуда тебе знать, на чем Касси будет настаивать в будущем?

— Моя мать — Силджар, Оракул.

— Дерьмо. — Последнее, что было нужно Кейну, так это вмешательство комиссии, или как он их называл заноз-в-заднице-правящих-миром-демонов. — Откуда она узнала?

— У нее талант ощущать первоисточник.

Кейн скорчился, узнавая термин. Который означает, что Касси важна для будущего мира, а ее судьба написана на звездном небосклоне.

— Нить судьбы, — пробормотал он.

— А ты не просто милашка. — Янна блеснула острыми зубами. Жуть. — Необычно.

— Стараюсь, — сухо ответил он. — Но все еще не вполне понимаю, зачем ты здесь.

— Судьба всех нас лежит на плечах юной Касси.

— Что ж, лично я считаю, судьба может идти туда, откуда пришла, — отрезал Кейн, понимая, что говорит, как ребенок. Но, проклятье, он стоял посреди пустыни не в состоянии помочь женщине, защитой которой одержим, которая писала что-то в грязи, содрав руки до крови. И имел полное право думать, что судьба или рок, или как бы там еще это ни называлось — абсолютный отстой.

Что-то отдаленно напоминающее сочувствие промелькнуло на лице в форме сердца.

— Такова ее судьба, — тихо проговорила Янна, — но она не должна идти этим путём в одиночку.

— Она не одна. — Кейн нахмурился. — Или ты о ее сестрах говоришь? Касси отказывается связываться с ними.

— Нет, я говорю о тебе. Ты никогда не должен сомневаться.

Сомневаться? Она шутит? Злость вернулась, наряду с интересом.

— Ты сомневаешься в моей преданности?

— Нет, но как у большинства альфа-самцов, в тебе больше гордости, чем здравого смысла.

— Что это, черт возьми, значит?

— Я уже сказала. — Янна посмотрела на него, словно задумавшись: всегда ли он так глуп. — Касси окажется на перепутье и тогда попросит тебя уйти. Ты не должен позволить ей оставить тебя.

— Она никуда не пойдет без меня, — отрезал Кейн. — Никогда.

Эхо его яростных слов все еще летало в воздухе, когда из-за спины Кейна раздался слабый стон. Он обернулся, его сердце остановилось при виде Касси, упавшей на землю.

— Черт. — Он опустился на колено рядом с ней, но, перед тем как прижать к груди стройное тело, вытащил из её ладони камень. Поскольку не желал получить им в голову — ведь Касси все еще могла быть под воздействием видения. Он прижался губами к ее лбу, а когда ее ресницы дрогнули, отстранился. Ее глаза вновь стали изумрудными. Слава Богам.

— Кейн? — прохрипел она.

— Я рядом.

Она моргнула, ошеломленно замечая звездный небосвод над их головами, затем привстала и окинула взглядом бесплодную пустыню.

— Где мы?

Он скорчил гримасу.

— Посреди чертова нигде.

Она в недоумении свела брови.

— Я думала…

— О чем?

— Мне показалось, что я слышала голоса.

Вот черт. Кейн повернул голову. Он напрочь забыл о странной гостье. Ушла. Хвала Господу. Ему плевать, зачем приходила Янна, или как ей удалось бесследно появиться и исчезнуть. Главное, что могущественной демоницы не было рядом с Касси. Он вновь посмотрел на женщину в своих объятьях.

— Мы одни, — тихо заверил он ее. — С тобой все хорошо?

— Думаю, да. — Она аккуратно вырвала руку из его безжалостной хватки, озадаченно всматриваясь в заживающие царапины. А затем, словно в поиске причины появления этих ран, обратила внимание на глифы, которые нарисовала на почве посреди пустыни. — Это я сделала?

— Практически Пикассо, — пошутил Кейн с дразнящей улыбкой на лице, помогая Касси подняться. Он не собирался вываливать на нее свой самый страшный кошмар, что настанет день, когда Касси потеряется в видении и больше не вернется. И без того у нее предостаточно проблем. — Ты случайно не знаешь, зачем ты это сделала?

— Нет, но полагаю, что именно поэтому мы здесь.

Отличные новости. По крайней мере, стоило надеяться, что это так. Он устал от попыток защитить Касси в столь перенаселенном районе. Конечно, гарнатий, что их не забросит в место похуже не было. И на этой счастливой мысли, Кейн указал на глифы.

— Что тут написано?

— Предупреждение. — Касси нахмурилась, вертя головой. — По крайней мере, я думаю, что это оно.

Он приподнял ее лицо за подбородок, чтобы всмотреться в бледные черты. У него ёкнуло сердце. Боже, она была так прекрасна, освещенная лунным светом.

— Как так получается, что ты пишешь пророчество, но не знаешь о чем оно?

— Оно не для меня, — ответила она, словно это все объясняло.

— Для кого же?.. — Когда Касси качнулась от усталости, Кейн резко встряхнул головой. — Не важно, — пробормотал он, беря ее на руки. — Здесь всё?

— Да

Он взглянул в глубину изумрудных глаз.

— Значит, можем вернуться домой?

— Домой?

— Ты предпочла бы направится куда-то еще? — спросил он, молясь, чтобы она ответила нет.

Она нахмурилась.

— Нет.

— Тогда что?

— У меня никогда не было дома.

Опасная, пьянящая теплота пронзила сердце Кейна и разлилась по телу. Кейну было плевать на это. Склонив голову, он коснулся ее губ своими в трепетной клятве.

— Теперь есть.

Глава 5

Несмотря на ранний час, Кейн на рассвете упаковал вещи и выписался из отеля. Касси не горела желанием спорить, у нее навсегда останутся самые теплые воспоминания о Вегасе. Ее губы тронула улыбка. Не просто теплые, самые сказочные. Уже сейчас, закрыв глаза, она могла воспроизвести в памяти каждое прикосновение, поцелуй и умопомрачительный оргазм, все до мельчайших, откровенных деталей. Но Касси более чем радовалась возвращению в логово Кейна в пригороде Чикаго. Что может быть лучше, чем Кейн в полном ее распоряжении, и никакого отвлечения на то, чтобы слиться с толпой? Притворяться нормальной было изнурительно.

Удовлетворенно вздохнув, Касси поерзала на сидении. Ветер трепал её волосы. Кейн опустил крышу джипа, и послеполуденное солнце ласкало кожу, которую оставляли неприкрытой короткие темно-зеленые шорты и топ без бретелек. Касси лениво осматривала кукурузные поля Небраски, наслаждаясь теплым мускусным ароматом волка Кейна. Его запах… дарил ощущение стабильности. По-другому не скажешь. Даже когда Касси терялась в мрачном тумане предсказаний и не видела мира, лишь уловив аромат Кейна, знала: с ней ничего не случиться. Зациклившись на волшебном ощущении, которое Кейн привнес в ее жизнь, Касси не была готова к тревожному чувству, разрушившему кратковременную иллюзию умиротворенности. Выпрямившись, она коснулась плеча Кейна.

— Остановись

Он обвел хмурым взглядом бесконечные мили кукурузных полей.

— Здесь?

— Да.

Неохотно, он притормозил и остановился на обочине, а затем обратил все свое внимание на Касси.

— Тебе плохо?

Озадаченная его вопросом, Касси тряхнула головой.

— Нет.

— Хочешь в туалет?

— Нет.

— Тогда, какого черта мы остановились?

— Телефон.

Кейн свел брови.

— Что… — его прервал звонок мобильного. — Дерьмо, — пробубнил он, доставая из кармана телефон. — Никогда к этому не привыкну. — Он посмотрел на монитор и нахмурился ещё сильнее. — Ингрид.

— Подруга? — заставила себя спросить Касси, подавив странное отвращение к неизвестной женщине.

Этот звонок был важен, даже если Касси не знала почему.

— Была ею целую жизнь назад, — признался Кейн. — Зачем ей сейчас звонить?

Касси положила голову на мускулистое плечо Кейна.

— Я не могу знать всего. — И указала на телефон. — Может, если ты ответишь и поговоришь с ней, узнаешь.

Повернув голову, он чмокнул ее в кончик носа.

— Язва.

Она не повелась на игривое поведение Кейна, ведь что-то его тревожило.

— Почему ты не отвечаешь?

Он скривился.

— Она — часть прошлого, которое я пытаюсь забыть.

Телефон умолк, переключая звонившего на голосовую почту, но через пару секунд звонок повторился.

— Думаю, она не согласна быть в твоем прошлом. — Касси смотрела на напряженное выражение лица Кейна, ощущая его неловкость, как свое. — Она была твоей любовницей?

— Нет, но… — В потрясающе голубых глазах промелькнуло сожаление, когда Кейн провел пальцем по контуру губ Касси. — В прошлом у меня были женщины, Касси. Я не невинен, как ты.

Она замялась от осознания, что неприятное ощущение, возникшее из-за звонка Кейну, ни что иное, как ревность. Как… поразительно.

— И сейчас у тебя есть любовница?

Кейн скривил губы, легко ощущая ее внутреннюю сумятицу.

— Лишь одна, — заверил он и оставил на ее губах собственнический поцелуй. — Остальные — в прошлом, которое я стремлюсь забыть.

Касси кивнула, в груди ослабло напряжение, хотя телефон продолжал настырно трезвонить.

— А она настойчива, — проговорила Касси и указала на мигающий значок в верхнем углу экрана. — Что это значит?

— Она прислала видео.

Касси напряглась, дар предупреждения подавил ее эмоции.

— Думаю, тебе нужно его посмотреть.

Он хмуро на нее посмотрел.

— Ты сейчас говоришь, как ревнующая любовница или как пророчица?

Какое-то время она колебалась.

— И то и другое.

Он с шипением выдохнул сквозь стиснутые зубы.

— Не обязательно быть провидцем, чтобы понять, что оно мне не понравится.

— Включи его, Кейн, — тихо приказала она.

Пробормотав что-то себе под нос, он повернул телефон так, чтобы им обоим было видно, и нажал на мигающий значок. Через секунду, на экране появилась молодая кареглазая девушка с коротко стриженными светлыми волосами. Когда она дерзко улыбнулась, ее лицо стало не столько симпатичнее, сколько интереснее.

— Давно не виделись, либлинг[7], - произнесла она низким, хриплым голосом. — Теперь, когда ты стал большим и страшным Вером, у тебя не осталось времени на старых друзей? — Она в презрении скривила губы. — Ах, ходят слухи, что ты предал Псов. Слушай внимательно. Ты получил, что хотел, теперь того же хочу я. Если ты смог стать Вером, значит и я могу. И чтобы ты не надул меня, покажу тебе небольшой… стимул.

На мониторе все поплыло, когда Ингрид повернула камеру на что-то сбоку. С минуту было видно лишь размытый силует, пока камера снова не сфокусировалась, от чего Касси ахнула. Крошечная женщина на экране была почти полной ее копией. Лишь волосы короче, и в цвете больше золота, чем платины. А стройное тело, одетое в обычные джинсы и голубую футболку, казалось более мускулистым, очевидно благодаря часам, проведенным в зале. Но лицо в форме сердца определенно схожее с ее, и если бы у девушки были открыты глаза, Касси поклялась бы, что они зеленого оттенка. Одна из ее трех сестер. Их ещё не представили друг другу официально, но сходство было слишком грандиозным, чтобы отрицать очевидное.

— Харли, — Ответил Кейн на ее немой вопрос и нажал на паузу.

Касси в ужасе вцепилась в руку Кейна, судорожно изучая изображение сестры в серебряном ошейнике, привязанной к стулу серебряной цепью. Казалось, что она без сознания — голова склонена на бок, а по щеке стекает тонкая струйка крови из раны на виске.

— Боже мой, она ранена, — выдохнула Касси, повернув голову, она встретилась с внимательным взглядом Кейна. — Дальше ничего нет?

— Есть, но давай лучше я…

— Включи, — взмолилась она. — Прошу.

Касси почувствовала, как под ее пальцами напряглись мускулы, но все же Кейн нажал на экран, чтобы возобновить проигрывание видео, где к Харли присоединилась Ингрид, опустившаяся на колени рядом со стулом.

— Если хочешь освободить ее невредимой… — женщина ухмыльнулась. — Ну, практически невредимой, позвони мне, назначим встречу и договоримся. У тебя сутки. А, и если думаешь отправить это видео своим новым союзникам… лучше не делай этого. — Дворняга наклонила камеру, чтобы было видно, как она поглаживает живот Харли. — Если я почувствую хотя бы намек на преследование, первыми умрут маленькие, невинные щенки. — Она послала в камеру воздушный поцелуй. — Позвони, либлинг.

Экран потемнел, Кейн сильно стиснул телефон, едва не разломав его на кусочки.

— Я убью эту суку.

Касси кивнула, полностью соглашаясь с планом «убить суку», но только после того, как убедятся, что с Харли все хорошо.

— Она и вправду может навредить детям?

На его челюсти дергался нерв. Видимо, Кейн хотел защитить ее ложью

— Да.

— Нам нужно ее спасти. — Касси нахмурилась, когда он вновь включил видео. — Кейн, ты меня слышал?

— Это ловушка, — проговорил он.

— Какая?

Он остановил видео, нахмурился и стал изучать изображение Ингрид в темной комнате, на заднем фоне которой виднелись полки с винными бутылками.

— Возможно, это уловка, придуманная твоими сестрами, чтобы вернуть тебя к ним.

Касси фыркнула. Не секрет, что сестры жаждут вернуть ее в лоно семьи, но, и на мимолетное мгновение Касси не подумала бы, что они способны на такие радикальные меры.

— Они не стали бы.

— Я тоже так думаю, — согласился Кейн, — но нужно и этот вариант учитывать.

— Есть еще теории?

— Есть вероятность, что Ингрид говорила правду. — Он вновь посмотрел на экран, где женщина улыбалась с самодовольным высокомерием. — Она может на самом деле предполагать о наличии у меня какого-то волшебного заклинания, способного сделать из нее чистокровного Вера, и хочет его заполучить.

Касси изучала его точеный профиль.

— Но ты в это не веришь?

Кейн скривил губы.

— Было время, когда я наивно полагал, будто мир вертится вокруг меня, но я не полный идиот.

Она склонила на бок голову.

— Я не знаю, что это значит.

Он слегка дернул ее за хвост.

— Я еду с самым востребованным во всей вселенной существом. Если кто-то хочет схватить нас, то только из-за тебя, малыш.

Касси состроила мину. Самое востребованное существо во вселенной — смешно, но, тем не менее, горькая правда.

— Даже если это так, я не оставлю свою сестру в руках той женщины.

— Знаю, — успокоил ее Кейн. — Ты улавливаешь… — Он махнул рукой в неопределенном жесте.

— Что?

— Вибрации.

Она смущенно моргнула и лишь спустя мгновение поняла, что он подразумевает видения.

— Ох. — Касси замерла, ища любой намек на предсказание. — Нет, — наконец произнесла она. — Ничего

Он глубоко вздохнул.

— Значит, ты получила команду просмотреть видео, но ни намека на то, что делать?

— Дар так не работает. — Она пожала плечами, указывая на телефон. — Тебе стоит позвонить.

Опустив взгляд на монитор, на котором все еще было изображении Ингрид, Кейн напрягся.

— Пока еще нет.

— Кейн… — начала она, но остановила поток мольбы, уловив рассеяность Кейна. — У тебя есть план?

— Не сказал бы, что план, скорее отчаянная надежда выбраться невредимыми вместе с твоей сестрой из ловушки до того, как она захлопнется, — поправил он.

— Такое возможно?

Он кликнул по экрану.

— Я узнаю место, где Ингрид сделала это видео.

— Правда?

— Винный погреб Сальваторе.

— Ты был в винном погребе Короля Веров?

— Конечно. — Он повернулся и натолкнулся на ее недоверчивый взгляд. — Раньше Сальваторе был моим врагом. Черт возьми, да он и сейчас горит желанием содрать с меня шкуру.

— А что ты делал в его винном погребе?

— Когда Сальваторе появился в Америке, мне понадобился тайный ход в его логово, на крайний случай. В его винный погреб ведёт туннель.

Она возвела глаза к небу.

— Думаю, следовало ожидать такого безумия от тебя, учитывая твое безрассудство. Но эта женщина… — Касси нахмурилась, разглядывая изображение самодовольно ухмыляющейся дворняги. — Она безумна?

— Я всегда подозревал о ее слабоумии, — сказал Кейн. — Но почему ты так решила?

— Кто будет настолько глуп, чтобы удерживать пару короля Веров в его же винном погребе?

— Должно быть, Сальваторе уехал из штата, иначе бы Ингрид не смогла бы и близко подобраться к логову, не то чтобы схватила бы Харли, — пояснил он.

Касси все еще придерживалась мысли, что женщина сумасшедшая.

— И ты считаешь, что они все еще в том погребе?

— Сомнительно, но там мы сможем уловить запах Ингрид и выследить её.

Помимо воли, она впилась ногтями в руку Кейна, волчица жаждала отправиться на охоту, даже несмотря на страх, от которого колотилось сердце.

— Что если она навредит Харли или детям прежде, чем мы доберемся до них?

— У нас сутки. Если нам не удастся уловить след Ингрид, я позвоню. — Он прижал руку к щеке Касси, нежно поцеловав ее в губы. — Обещаю, твоей сестре никто не посмеет навредить.

Она прижалась своим лбом к его, черпая силу от такого родного аромата.

— Поехали, — прошептала она.


***


Убежище Сальваторе в Сент-Луисе


Вышагивая из угла в угол погреба, Гаюс все сильнее злился. Кто бы его винил? Он оказался в логове Короля Веров с двумя Псами, одинаковыми, словно солдатики, и ведьмой-готкой, одетой в обтягивающую кожаную юбку и шипованные сапоги на каблуках, которые были столь же неудобны, как и смехотворны. И чтобы заманить пророчицу в ловушку был вынужден сменить облик, став Королевой Веров. Теперь же он застрял с трио идиотов, в надежде, что уловка сработает. К тому же, к травме прибавлялось раздражение от вони псов, заполонившей весь погреб. Che macello[8].

Пес-дворняга, видимо, обладал больше мускулами, нежели мозгами, поскольку вышагивал в пределах досягаемости Гаюса, совершенно не обращая внимания на леденящую ярость, которая наполняла воздух.

— На самом деле удивительно, — проговорил Дольф, подтверждая свою тупость тем, что потянулся к копне длинных золотистых волос Гаюса.

— Тронешь меня, и сестра вытащит отсюда твой труп.

Пес одернул руку, лицо залилось краской от ледяного предупреждения.

— Угрозы ни к чему, — возразил он. — Мы на одной стороне.

Гаюс скривил губы.

— Не напоминай.

Дворняга поморщился.

— Что заползло в твою задницу и сдохло?

— Прошу прощения?

— Почему у тебя такое паршивое настроение?

Гаюс прищурился.

— Ты пытаешься шутить?

— Нет, просто…

— Думаешь, мне нравятся эта, — Гайус провел рукой по своему стройному, с идеальными изгибами телу, — женская форма?

Краска схлынула с лица Дольфа, которое посерело от страха.

— Конечно же, нет.

— Или нравиться часами сидеть на территории логова Короля Веров после того, как нарушил границы частной собственности? — продолжал Гаюс голосом, наполненным такой злобой, что могла освежевать менее могущественное существо. — Который, к слову, вернул себе все силы и с радостью прикончит меня, как только увидит.

Дольф поднял руки в отчаянной попытке примирения.

— Я же говорил тебе, источник Ингрид доложил, что король и королева еще несколько дней будут в Чикаго.

Гаюса эти слова впечатлили не больше, чем в первый раз. Не сказать, что у него был выбор. Когда Ингрид предложила ему воспользоваться способностью менять облик, чтобы заманить пророчицу, Гаюс решительно отказался. Он не собирался выставлять себя дураком, приняв облик чертовой женщины и скрываясь в винном погребе Короля Веров. У него еще осталось немного гордости. Но, конечно, ведьма тут же связалась с Тёмным Лордом, и Гаюс оказался на коленях, согласный поехать в Сент-Луис и принять облик Харли. Хотя, он не соглашался на то, что ему это должно нравиться.

— Этот загадочный источник мог ошибиться, — заметил он холодным тоном. — Или надеялся продержать нас подольше, сделав овцами на заклание.

— Ингрид знает, что делает. — Дольф кинул слишком интимный взгляд на сестру. Гадость. — Она ведь придумала план, как заманить Кейна в винный погреб.

— Да. — Гаюс сосредоточил внимание на женщине-дворняге, которая стояла, прислонившись плечом к полке и скрестив на груди мускулистые руки. — Уверена, что он придет сюда, а не позвонит, как ты потребовала.

Ингрид пожала плечами.

— Кейн патологически подозрителен, из-за чего его практически невозможно поймать в ловушку. Нам нужно убедить его в отсутствии подвоха, направляя туда, куда нам нужно.

— И ты предполагаешь, что он посмотрит видео, которое ты ему отослала и проигнорирует требования, несмотря на угрозу своей королеве? — Гаюс нетерпеливо откинул назад светлые волосы, причиняющие одно лишь неудобство. Cristo, как же он будет рад, когда всему этому фарсу придет конец и к нему вернется его истинное обличье — И то, что он узнает этот погреб?

Дворняга ухмыльнулась.

— Поверь мне.

Гаюс в отвращении прошипел:

— Никогда.

Глава 6

Логово Сальваторе Сент-Луис


Оставив джип в нескольких милях от логова Сальваторе на севере пригорода, Кейн повел Касси по кромке огромного озера, окруженного кирпичными особняками, которые стояли словно изысканные драгоценности среди ухоженных газонов и садов. И остановился за лодочным сараем.

Уже было достаточно поздно и окрестности накрыла ночная темнота, но с ночным зрением Кейн легко мог увидеть грозящую опасность. Если бы таковая встретилась.

Он проигнорировал инкуба, который ублажал фантазии одинокой домохозяйке и гнездо гарпий, скрывающееся на острове посреди озера. Для чистокровки они не представляли угрозы.

Но совсем не убежденный в безопасности, Кейн изучал трехэтажный особняк, расположенный на холме с которого открывался вид на озеро. Задняя стена особняка, была практически полностью стеклянная, и частично скрыта верандой с мраморными колоннами. По крутому склону спускались сады, обнесенные решеткой и упирались в край каменного грота, который не только служил местом для пикника, но и отличным пунктом наблюдения для охранников Сальваторе.

Которые должны были стоять на страже.

Так где же они, чёрт побери?

Он все еще осматривался, когда почувствовал, как Касси присела рядом с ним, упираясь взглядом округленных глаз в особняк.

— Господи Боже, — выдохнула она. — Это дом Харли?

— Один из многих.

— Большой.

Кейн слегка скривил губы от такого преуменьшения. Территория была настолько огромной, что могла претендовать на звание небольшой страны.

— Если захочешь, могу прикупить дом наподобие этого.

Касси пожала плечами.

— Нет, слишком много лет я провела в бездушной пещере, чтобы чувствовать удобство в таком доме, — ответила она. — Лучше в твоем доме.

Он слегка сжал ее ладонь.

— Нашем доме, — поправил Кейн.

— Да. — На мгновение она сверкнула ямочками на щеках. — Наш дом.

От пронзившего удовольствия от этих слов, Кейн, застонав, притянул к себе Касси для быстрого поцелуя. Звучит идеально: «Наш дом».

Но с проклятьем заставил себя отстраниться. Не время отвлекаться, не важно, как сильно искушение.

Даже, если это не ловушка, Кейн знал, что Сальваторе назначил вознаграждение за его голову. Если кто-то из стаи короля уловит их запах, сбить со следа Кейна уже никого не сможет.

— Что-нибудь чувствуешь? — спросил он, вернув внимание на, казалось бы, заброшенный дом.

Запрокинув голову Касси втянула воздух.

— Нет.

— Как и я

Она поморщилась.

— Это хорошо или плохо.

Отличный вопрос.

— Сальваторе никогда бы не оставил Харли одну, — проговорил Кейн. — Если бы ее похитили, стая уже бы прочесывала окрестности.

Касси пожала плечами.

— Может никто не в курсе об ее исчезновении.

— По крайней мере, они должны были охранять дом.

— Думаешь, это ловушка?

Он стиснул зубы.

— Без сомнений.

Касси моргнула на такую прямоту.

— Тогда нам может лучше находится в другом месте?

— Да.

Склонив голову набок, она в замешательстве посмотрела на него.

— Кейн.

Он глубоко вздохнул. Все инстинкты кричали перекинуть Касси через плечо и на всей скорости мчаться прочь от логова Сальваторе. В самом воздухе шипело предупреждение.

Но Кейн уже достаточно много времени провел с Касси и понимал, что она не успокоится, пока не убедится, что Харли в безопасности в объятиях своей половинки.

— Черт, — выругался он. — Что?

— Если я должна уловить запах Ингрид, нужно подойти ближе.

Не колеблясь и с присущим бесстрашием, она встала.

— Тогда вперед.

— Погоди. — Он выпрямился и взял ее за руки, предупреждающе сжав. — Я хочу взять с тебя обещание не отходить от меня. Ни на одну секунду.

Касси мешкала, покусывая губу.

— Попытаюсь, — наконец выдавила она.

— Касси.

— Лишь это я могу пообещать.

Он скривил губы, встретив ее прямой взгляд.

— Полагаю, так и есть.

Взяв Касси за руку, Кейн повел ее вдоль берега, проигнорировав каменные ступени, ведущие в дом. Касси шла рядом, недоуменно хмуря лоб.

— Ты куда?

Кейн повел ее мимо лодочного причала и, наконец, остановился у ряда мусорных контейнеров рядом с гравийной дорожкой.

— Вход в секретный тоннель скрыт за мусорными баками

— Умно, — заметила Касси, но стоило Кейну сломать замок и отбросить крышку зеленого мусорного бака, стоящего недалеко от других, закрыла рот и нос рукой. — И воняет, — пробормотала она, инстинктивно отступая на шаг. — Фу.

Подготовленный к такому отвращению, Кейн проигнорировал неприятный запах и магическое заклинание «разворачивайся и уходи».

— Зато это держит демонов на расстоянии и предотвращает обнаружение входа, — сказал он, шагнув в мусорный бак и протянув руку Касси.

— Довольно эффективное средство отвращения, — приглушенно пробормотала Касси, нехотя взяв Кейна за руку и шагнув в контейнер.

Как только они вдвоем перешли через барьер, заклинание исчезло, открывая взору чистый контейнер на дне которого был врезан люк. Кейн наклонился и провел по контуру крышки рукой, чтобы найти рычаг. Слабо надавив на него, он распахнул крышку люка, открывая подземный туннель.

Затем заставил Касси уцепиться пальцами за пояс его джинсов и приказал:

— Держи и не смей отпускать.

Она сморщила носик.

— Какой ты властный.

— Нет, я в ужасе.

Не дав возможности ответить, Кейн прыгнул на цементный пол туннеля, Касси следовала за ним.

И замер, изучая темноту обостренными чувствами. Ничего.

Ни притаившихся врагов.

Ни ловушек.

Никакого запаха дворняг.

Кейн зарычал от расстройства.

— Ингрид не входила и не выходила из туннеля.

— Тогда нам нужно идти, — тихо прошептала Касси. — Мы знаем, что она в винном погребе. Можем там уловить ее запах.

Посмотрев на нее через плечо, Кейн наткнулся на упрямый взгляд.

— А что если это ловушка?

Она приняла еще более упрямый вид.

Строптивка.

Есть такое слово? Если нет, то определенно стоило придумать.

— Я не уйду, пока мы не найдем след, ведущий к моей сестре.

Кейн направился в глубь туннеля, бормоча проклятия себе под нос. Господи, это самая великая кармическая шутка во все времена. Судьба одарила его столь желаемым, превратила в чистокровного Вера, только для того, чтобы наказать постоянным давлением оберегать самое подвергаемое опасности существо в мире.

Он должен был наслаждаться беззаботным существованием на верхушке пищевой цепочки, окруженный боготворящим его гаремом и собирая нажитое нечестным путем. Разве об этом он мечтал?

Конечно, в его мечты не входило медленно красться во тьме, мучимым страхом, что каким-то образом он подведет женщину, ставшую частью его жизни.

На поясе его брюк, Касси напрягла пальцы, Кейна окружил аромат теплого женского тела и лаванды, заставляя забыть о жалости к себе

Касси.

Он ни за что не променял бы час с этой женщиной на все гаремы мира и богатства.

О, с какой высоты мы пали.

Качая головой на свою глупость, Кейн проник в туннель, ведущий к подвалам логова Сальваторе. Когда они достигли тяжелой деревянной двери с железными шипами, он глубоко вдохнул, совсем не успокоившись от странной пустоты, заполняющей воздух.

Должны же присутствовать хоть какие-то запахи.

Полностью готовый к схватке, Кейн неохотно открыл дверь, стараясь держать Касси позади себя. Они вошли в комнату с земляным полом и цементными стенами, на которых располагались полки с сотнями пыльных бутылок. В центре находилась коллекция деревянных бочек. А по всей плоскости виднелись арочные проходы, ведущие в альковы и современным холодильникам.

Сосредоточенный на поиске притаившихся врагов, Кейн чуть не упустил из виду стройную, блондинку-вера, сидевшую на стуле рядом с винными стойками. Вероятно она без сознания.

К счастью, он уловил момент, когда Касси собралась броситься через весь погреб и схватил ее за руку.

— Подожди.

— Там Харли, — прошипела Касси, вырывая руку. — Мы должны ей помочь.

Кейн схватил Касси за талию и прошептал прямо в ухо.

— Касси здесь что-то не так.

— Что?

— Запах.

— Я не чувствую… — Она замерла, осознав, что не ощущает в воздухе и намека на аромат сестры. — Ох.

В момент, когда Кейн пихнул Касси сквозь дверной проем, он ощутил колебание воздуха от движения одной из полок, за которой оказалось скрытое пространство. У него возникло ощущение, что перед ними клетка с цементной кладкой, а затем всем вниманием завладели две одинаковые дворняги и темноволосая ведьма, оказавшиеся в этом пространстве.

— Не дурно, Кейн, — пропела женщина, очевидно подслушав их разговор.

— Ингрид.

Кейн усмехнулся при виде мужчины дворняги. Близнецы походили на Траляля и Труляля на стероидах, оба коротко стрижены, с накаченными телами, в майках и камуфлированных штанах. Его всегда настораживали чрезмерно интимные отношения Ингрид с близнецом, и не только из-за того, что Долф обладал магией. И отношение к этим двум не улучшило и то, что мужчина ста