Книга: Душа Нины



Новая книга( Душа Нины)

Солнце, медленно двигалось по чисто лазурному небу, согревая землю. Делая свежесть и чистоту весеннего убранства лесов, и полей, ещё более яркой такую можно увидеть только весной. Полевые цветы кланялись на ветру. Деревья оделись в новую, молодую листву. А птицы, перелетая с ветки на ветку, в весеннем свадебном танце, весело распевали брачные песни.

Две девочки радостно вскрикивая, от каждого увиденного цветка, шли по лесной тропинке. Девочки были одного роста и возраста. Одна смуглолицая с непокорными кудряшками, которые выбивались сквозь туго стянутые косы. Чёрные, озорные глаза, под чёрными в разлёт бровями, выдавали в ней цыганскую кровь. Да и одеждой она отличалась от своей подружки. Яркая цветастая юбка, широким колоколом развевалась вокруг ног. Девочка от избытка энергии, часто кружилась на цветочных полянах.

Вторая девочка, была светловолосая. Волосы её тоже были заплетены в косы. Лицо, казалось, не имело красок. Только глаза василькового цвета, освещали её всю. Их необычный цвет, окрашивал тонкие черты лица. Девочкам было лет по четырнадцать. По их обращению друг к другу, было ясно, что они закадычные подруги.

Скромного цвета платье, на голубоглазой девочке, указывало, что она из простой семьи. Они шли к ближайшему логу, за черемшой. Но, вот забыв обо всём, уже битых два часа веселились в лесу.

Село, где они жили, находилось в сорока километрах от района. Вокруг села была тайга. Небольшая речка, цветом, что заваренный чай, тихо бежала меж лесистых берегов. Семья, светленькой девочки, жила на окраине села. Отец работал бухгалтером в колхозе. Мама, тётя Нина была домохозяйка. Молодцеватый, темноглазый, красавец бухгалтер Василий Николаевич, был сейчас в отъезде. На курсах повышения, вот уже третий месяц. Властный, а порой и жестокий с семьёй, он был мягким, и добрым со своими любовницами. А их у него только в селе было две. В районе тоже был слух ,есть утешительницы. Жена его Нина, с двумя детьми без него жила сейчас спокойней и радостней. Добрую по натуре тётю Нину, в селе за глаза звали простодырой. По возможности, она всегда делилась всем, хотя не каждый понимал этой доброты. Зная про похождения мужа, Нина уже не бунтовала. На слухи, что приносили « доброхочие» соседки, она говорила.

-Пусть он кобелится. и этим удивляла всех.

В конце февраля, в лютую стужу, остановилась у их приземистого дома, повозка. Громкий стук в окно, испугал детей. Нина накинула старую шалёнку на голову , вышла во двор. Сын Костя за ней, а дочь Роза, испуганно ждала в доме. У калитки стояла женщина. Вся в снегу, она умоляюще, со слезами в голосе сказала.

-Хозяюшка, пусти переночевать.

-Муж у меня заболел, и дочка малая совсем ,совсем замёрзла. Нина, посмотрела на закуржавелую лошадь, и сидящих в повозке. Что только белыми бугорками выделялись на санях, и понимающе сказала.

-Заходите, заходите в дом, а лошадь поставим в сарае. Костя и сам уже старался открыть ворота. С помощью матери он открыл их. Под узцы ведя лошадь, заехали во двор. Седоки зашевелились на возу. Сама соскочила девочка, а мужчине помогла сойти жена. Нина уже открывала дверь поздним путникам. Женщина помогла распрячь лошадь. Для усталой в конец труженицы нашлось место под крышей.

Путники, при свете в доме, оказались семьёй цыган. Каро, женщина примерно таких же лет, что и Нина. Сейчас радостно суетилась вокруг Рамона и дочки Сэры. Тяжело хромая, Рамон прошёл к лавке.

-Вы раздевайтесь, я сейчас вам чаю горяченького налью.

-А может вы поесть хотите? Суетилась Нина. И сама уже несла всё, что осталось от скромного ужина. Разомлевшие в тепле, и от горячего чая с малиновым вареньем, гости совело, сидели на лавке.

-Ты хозяюшка не суетись, и не извиняйся, простужено сказал Рамон.

-То, что ты для нас сделала, это уже счастье!

-Мы ведь весь посёлок проехали, а нас ни кто не пустил. Подала голос девочка.

-Сами понимаете ночь.

-Да и пурга такая, боятся все. Извинялась за сельчан Нина.

-А вы, что же не боитесь?

-Ну, мы девочка раньше на пасеке жили, а это далеко от села.

-Отбоялись, да и как не помочь, чай не звери.

-Хотя и зверь в беде помочь может.

-Спасибо тебе, милая хозяюшка! Всхлипнула Каро.

-Ну, что я вас томлю, чай прилечь хотите. Смутившись, опять засуетилась Нина. Наконец все успокоились, и в доме, на окраине наступила тишина. Только иногда во сне, тяжело вздыхал Рамон. Намёрзшие гости, впервые за много дней , спали в тепле да ещё и сытые. Цыган в деревне не любили. Считали их ворами. Но Каро с Рамоном жили честно. Он был мастер на все руки. Мог и в кузнице, паять. Шить конскую упряжь. Да и многое что ещё. Каро по женской части в доме. Только вот не привыкли они к огородам да хозяйству. Сэра была их единственная дочь. Были конечно ещё дети, но цыганская кочевая жизнь, отняла всех. Не смогли справиться с болезнями. Сэра была крепкой девочкой. Видно бог то цыганский, наконец сжалился над ними. Весёлая, и ласковая Сэра. Скрашивала их тяжёлую жизнь. Уже с утра к Нине стали наведываться за всякой мелочью, любопытные соседки. С осуждением качали головой, увидав каких путников приютила она. Ну Нинка ты будто без глаз. Очистят тебя эти цыгане. Ищи потом ветра в поле. А и чистить то нечего. Смеялась Нина. Чего мне бояться? Пусть бояться те у кого совесть не чиста. Я пожалею, глядишь, кто и моих когда детей пожалеет. Ох и дурра эта Нинка. Чему радуется. Судили на селе люди. Свекровь и два деверя жили тоже в этом селе. Услышав про это, тоже были не довольны. Дети подружились быстро. Брат Костя, что на экскурсию сводил Сэру во двор и сарай. Показал всё их хозяйство. Попутно помог матери. Положил сена их кормилице Марте и цыганской лошадке Майке. Тихая лошадь, благодарно взяла из рук Кости, кусок ржаного хлеба. Подражая ему, Сэра тоже угостила коровку. Нина заботливо советовала пить хворому Рамону , парное молоко. Через недельку, стали захаживать с рукодельем соседки. Каро видя какой интерес проявляют к ней соседки, предложила погадать. Но сердитый окрик мужа остановил её. Он знал чем кончалось гадание. Всем только хорошее не нагадаешь. А плохое не любят. Винят тогда её. Мол цыганка наколдовала. Оставшись одни Каро с Ниной, часто секретничали. Каро с первого дня с изумлением смотрела на её дочь Розу. Тихая, светлая аж кажется прозрачная девочка. Светом своих глаз, озаряла всё вокруг. Казалось это чистый ангел, залетел в эту трудную земную жизнь. Каро стеснялась спросить Нину. В кого у неё такая дочь? На портрете она видела её мужа. Да и сама хозяйка была темноволосая, кареглазая. Сын Костя походил на отца. Худенький юноша был ласковым. Он очень любил мать и сестру. Отец за это называл его маменькин сынок. Обидно это звучало из его уст. А ты сынок не бери близко к сердцу. Успокаивала мать. Хорошим да ласковым быть, тоже нужно большое мужество. Облаять всяк сможет. А ты вот пожалей да пойми человека. Это сынок не каждому дано. Заступник ты мой! А заступаться за мать ему уже приходилось. Как то прошлым летом. Фельдшер пригласил её с отцом на крестины четвёртой дочери. Мать редко ходила на гулянки. Уж очень отец не любил этого. Но тут сам фельдшер пригласил. Одев тогда единственное праздничное платье, уложила волосы короной на голове. Накинула на плечи цветастую шаль. Мать, что королева шла на крестины. Отец угрюмо сидел за столом. Слушал красивый голос Нины. Песни сменялись одна за другой. Выпив чуток, женщины самозабвенно пели. Костя с детворой смотрел в окно на нарядных гостей. Видел как мать, что лебедь плыла в кругу танцующих. Вдруг отец стал громко ругаться с соседом дядей Ваней. Дело дошло до драки. И вот уже в разорванной рубахе, потянул мать домой. Всю дорогу он придирался к ней. У калитки дома, стал бить. Нина стараясь не напугать детей, да не потревожить соседей. Уговаривала отца. Вася, Вася. Ну чем я провинилась? Казалось этот умоляющий голос, злил его ещё больше. Выломав штакетину, он старался попасть по светлому пятну шали, что была на плечах женщины. Костя огородом пробежал в дом. Не помня себя, схватил висевшее на стене ружьё. Белым голубком сидела под иконами Роза. Не бойся сестрёнка. Я сейчас его успокою. И с ружьём на перевес, выбежал во двор. Какое -то спокойствие накатило на него. Маты отца и стоны матери подстегнули юношу. Прижимая приклад ружья к плечу, громко крикнул. Становись на колени гад и молись. Убивать тебя буду. И этот мальчишеский крик был услышан. Стукнув о землю, упала штакетина из рук отца. Охнула мать. Костенька…Сынок. Зашлась плачем она. Не бери грех на душу. Положи ружьё. И уже ползла к нему, оставляя рваную шаль на земле. Костя не помнил, как взяла у него из рук ружьё мать. Как с сестрой увели его в дом. Перепуганный отец. Три дня не ночевал дома. С тех пор между ними, как бы стояла стена. Иногда юноша смотрел на мать и думал. Как она такая добрая и чистая могла выйти замуж за отца? Однажды он и матери задал этот вопрос. Сердцу сынок не прикажешь. Был ответ. Он знал, что на селе её обзывают простодыра. В начале Костя обижался, но вот взрослея стал понимать и гордиться матерью. Каждую весну поисковая группа геологов, приезжала в село. Что уж они искали, в селе не могли понять. Хотя судачили разное. Не один год эту группу возглавлял седой геолог. Он каждый раз, новой поварихе делал инструктаж. На её радостный возглас. Ну сейчас то мы разживёмся свежими продуктами! Геолог говорил. Ни кто тут тебе ни чего не даст. И даже не продаст. Народ тут такой. Кержаки одно слово. Но есть на конце деревни одна женщина. Вот у неё то и сможешь попросить продуктов. А в замен отдашь эту бутылку мази от комаров. Мазь у геологов была отменной. В этом комарином краю, знали ей цену. И вот повариха шла через всю деревню, на поиски доброй тёти. Увидав в штанах незнакомую девчонку. Нина сразу понимала, что ( скворцы) прилетели. Так деревенские звали геологов. Заходи, заходи девушка. Приглашала она повариху. Я тётя хотела у вас попросить солёной капусты. Начинала та. Ну капустки я тебе сейчас дам. И уже брала ведро. Пока повариха в доме угощалась молоком со свежей горбушкой. Нина накладывала в погребе капусты. А сверху солёных огурцов. Укрыв ведро чистым полотенцем, внесла в дом. Тяжеловато будет тебе нести. А вечерком, как стемнеет. Приходи с ребятами вон туда. К концу огорода. Я ещё продуктов наложу. Девушка ставила бутылку с мазью на стол и долго благодарила тётю Нину. И так каждую весну. Многие на деревне знали это и завистливо судачили. Ну и простодыра Нинка. Хоть бы уж деньги брала . А так нате вам за здорово живёшь. Хотя за мазью не раз приходили одалживать. А Нина радовалась, когда сам главный геолог при встрече, уважительно с ней здоровался. Приходу геологов, радовались и местные одиночки. Три сестры Кожановы. У них почти каждый год, после ухода поисковой группы. Рождались крепкие дети. То двойня, то тройня. На картошке да молоке, росли эти не избалованные дети Союза. Прибегая из школы , Костя с Розой теперь часто видели радостную мать. Рамон не сидел сложа руки. В бане он устроил настоящую мастерскую. Сельчане просили, кто конскую сбрую обновить. Кто утварь подпаять. Расплачивались, чем могли. В основном продуктами. Лошадка тоже помощницей была. На ней теперь Костя возил воду с реки. Но всему хорошему приходит конец. И вот, как распустились на берёзах молодые листочки. Приехал отец. Свежий, что с курорта! В новом костюме, вечером заявился отец. Приехал то утром, а до дома добрался к вечеру. Терпко пахнущий Шипром и водкой, он наигранно обнимал Нину. В доме сразу повеяло холодом. Как то в раз сникла Нина. Отец поздоровался с гостями. Бодро прошёлся по дому и направился в сарай, делать ревизию. И уже его громкий голос с матом, доносился со двора. Что это мать вашу. Сена совсем не осталось. Опять Нинка кормишь чужую скотину. Хотя ещё четверть стога стояла в огороде. Кобыла Майка ела, как говорится свой клок сена. Плату за труды её хозяина. И уже из бани такие же маты. Притихшие в доме гости, грустно переглядывались. Нина тихим голосом увещевала мужа. Зря ты Вася лютуешь. Стыдись. Люди к нам с добром. Ты вот всё по курсам да по блядям. А как мне это всё достаётся? Не знаешь. Человек все загородки отремонтировал. Ворота новые поставил. Перечисляла Нина. Что ты мне ерундой тычешь. Помогли ей. Может и в кровати помощника нашла? И ещё одну приблуду принесёшь? Резанул он словом Нину. Вася зачем ты так? Ну чем я перед тобой виновата? Дура ты и есть дура. Все у тебя хорошие да милые. А ещё эту черноту приютила. Стыдно к матери идти. Кричал разошедшись отец. Прихрамывая вышел из дома Рамон. Зря обижаешь такую женщину Василий. На неё молиться нужно! Плюнув , отец со злостью хлопнув калиткой, ушёл из дома. Стыдливо вытирая слёзы, Нина извиняюще сказала. Не слушайте вы его. Даже не знаю, что на него нашло? Может злые люди, что наговорили? Нет хозяюшка загостились мы. Вот и тепло настало. В дорогу нам пора. Девчонки ничего этого не знали. Возвратились с черемшой из леса. Увидели хмурые лица родителей. Нина уверенно сказала. Дня три не явится, а там что ни будь придумаем. В тот вечер Каро в первые, за всё время, что жила у них, сказала. Давай ко я погадаю тебе подруга. Испуганно вздрогнула Роза. И умоляюще посмотрела на цыганку. Не бойся голубка. Я всю правду скажу твоей матери. Нина взволнованно вытерла руки о фартук, и села к столу. В наступившей тишине, все ясно услышали скрипучую трель сверчка. Свят, свят. Перекрестилась Нина. Что это он вздумал? Ой не к добру это. Каро раскинув карты, тоже испуганно смотрела на них. Достав ещё несколько карт, она кину сверху. И тут же смешала весь расклад. Не идут сегодня карты. Хрипло сказала цыганка. На лавке рядом с матерью сидела Роза. Прозрачные слёзы текли у неё по щекам. Взглянув на дочь, Нина прижала её к себе. И раскачиваясь, гладила по головке, приговаривая. Тихо, тихо моё солнышко. Я всегда буду с тобой. Первый лучик в окно просочится, это буду я. Первая звёздочка на небушке, это я. Яркий цветочек, это я. Прохладный ветерок, это я. Я вас детки никогда не оставлю. Никогда. Эти ласковые слова, Нина говорила распевно. Глаза при этом у неё так и лучились нежностью. Костя тоже почувствовал общую печаль. И, что мужичок, сердито и не умело стал выговаривать, притихшим у стола. Ну, что вы как на похоронах завыли. Мама ты Розу пугаешь. Она и так, что мышка готова от отца убежать. Ну накричал он на нас. Да плюньте вы на это. Что мы без него не проживём? Стараясь развеять напряжение, Каро запела. Быстрая Сэра поводя плечами вышла в центр избы. Танцевала она самозабвенно. Её азарт передался другим. И вот уже все хлопали в ладоши, подпевали Каро. В эту ночь рассказала Нина историю своей единственной любви. Плодом которой стала Роза. Родители Нины были пасечники. Ссыльный поляк и красавица белоруска. Жили они трудно, но между собой всегда ладили. И ласковое Машенька, постоянно звучало из уст деда. У Нины были ещё две младших сестры, но жили они в городе. И редко виделись. После смерти родителей она стала работать на пасеке сама. Молодая, красивая, она считалась удачливой пасечницей. Вот тогда то и появился молодцеватый Василий. Упорству ему было не занимать. Он не давал проходу Нине. Хотя в это же время гулял с деревенской Фросей. По прозвищу «МОСКВИЧКА». Но у Фроси был муж. Тихий, затумканный Тимофей. А Нина была для многодетной семьи Честных находкой. Думали, что уж на пасеке то они найдут чем поживиться. Долго отказывалась она от напористого Василия. Но когда он пригрозил поджечь пасеку, продумав ночь, решилась. Ну не может же человек так упорно ухаживать не любя. А вдруг это моё счастье? Так и вышла Нина за Василия. Выйти то вышла, а вот счастье в дом не пришло. Видать перепутало калитку. Родился Костик, а муж всё больше жил в деревне у матери. Когда исполнилось сыну два годика, как снег на голову . Пришла повестка мужу. Служил он в Китае. А она одна с малым ребёнком на пасеке. В начале семья Василия зачастила к ней. Но увидав, что нужно помогать. Да и труд то тяжёлый, а и поживиться нечем. Быстро прекратили с ней всякое общение. Медведь задрал корову. Молока нет для маленького Костика. Да и внимание ему требовалось. Какое внимание она могла ему тогда дать? Пасека на ней. Огород не обиходишь, так зимой помрёшь. Картошку копала одна. Посадит сынишку в деревянную бочку. Положит ему мотки пряжи. И сидит он путает эти нитки. Так и уснёт в мотках. Вспоминая это, Нина с удивлением думала. Боже! Неужели это было со мной? А однажды, под завывание вьюги, хотела наложить на себя руки. Мука кончилась. Из пасеки не выехать. Старый мерин захромал, да и снегу намело выше крыши. Ночью к дому подошёл медведь шатун. Злобный лай сучки Чайки, слышала до утра. Утром посмотрела в дыру в двери. Она у всех таёжников была на такой случай сделана. Не увидев ни кого, открыла её. Большие, глубокие следы были по всюду. На день видно ушёл шатун в лес отлёживаться. К вечеру в горячке свалилась сама. Превозмогая боль, варила картошку в мундире маленькому сыну. Костик капризничал. Отказывался есть пустую картошку. Ни молока, ни жиринки в доме не было. А тут ещё эта болезнь её. Вышла на крыльцо и увидала кровавое тельце щенка. Это Чайка. Отощав в конец, съела одного своего щенка. А второго принесла хозяйке. Ешьте мол, не помирайте только. Нина зашлась в плаче. Не контролируя себя кричала, голосила на весь лес. Бог ну где же ты? Видишь ли ты такое в своих райских кущах? Чем мы провинились перед тобой? И потеряв сознание упала на крыльцо. Сколько пролежала не помнит. Очнулась от весёлого смеха сына! Открыла глаза. Лежит она в кровати. В печи весело потрескивают сосновые дрова. Пахнет хлебом и чем то ещё вкусным! Сильная рука поднимает голову. Ароматный настой трав согревает всё тело. Потом уже, когда окончательно пришла в себя. С удивлением смотрела, как играет с Костей светловолосый и весь какой то светлый, высокий мужчина. Прожил он с ними месяц. Но этот месяц был для них сплошным праздником! Понимая, что у такого мужчины должна быть жена. Нина ничего у него не просила. Ей хватало и того, что было сейчас. Приученная к тому, что счастье не бывает долгим, она впитывала, впитывала всё от него хорошее. Ласковые слова. Своё имя, что только и слышала раньше Нинка, дура. Из его губ звучали как музыка. Ниночка! Солнышко! Ну скажи ей сейчас Василий такое. Простила бы всё. Всё ему. Радовал Роман её всем. Выйдя утром на крыльцо, вдруг видела снежную бабу. Стоит она подбоченясь перед домом. На лыжах ходили в лес. Костик у него в рюкзаке за плечами. У него тоже счастьем светились глазки. В белоснежной тишине, Роман громко кричал её имя. И слова люблю, люблю! Ну кто такое стерпит без слёз? И она плакала. Плакала от счастья. От того, что любима, всё вокруг было красивым и радовало сердце. Костик, так в нём души не чаял. Но, что мы с сыном. Даже комнатная роза, что стояла чахлым кустиком. Зазеленела вся и появились бутончики на ней! Да Каро, видела я своё счастье близко, близко. Но всё когда -то кончается. Проснулась утром, а милого и нет. Только розочка стоит вся усыпанная цветами. Весь рассказ Нины, Каро держала её за руку. Примерно через неделю приехал Лучонок Иван из деревни. Продолжала Нина. Сказал, что родным Василия пришло известие. Василий возвращается со службы. Схватила она Костю в охапку и поехала в деревню. Свекровь сквозь зубы процедила. Сын возвращается, но тебе нечего беспокоиться. Таких оборванок он найдёт с тысячу. Вернулась на пасеку и стала ждать. Чего ждать и сама не знала. Но только вот недели через две явился сам Васька. Нагулялся в сласть. Все подарки раздарил. Теперь то и я понадобилась. Конечно жить постоянно на пасеке он не стал. А так всё наездами. Я взяла в помощники деревенского дурачка Ивашку. Обиженный богом парень был на редкость трудолюбивым. Когда Василий приезжал, то прятался Ивашка в омшанике. Через семь месяцев родила я Розочку. Там же на пасеке одна. Только вот Ивашка и был мне помощником при этом. И воды нагрел, и дочечку принял. Слабенькая она родилась. Так и сошла за недоношенную. И знаешь Каро. Просыпаюсь утром , после родов, а у изголовья шкатулочка стоит. Открыла, а там камушки. Прозрачные, что слёзы детские. Спрашивала у Ивашки. Откуда они, а он знай радуется да смеётся. А, что агроном тот не появлялся больше Нина? Шёпотом спросила Каро. Тут вообще чудеса одни. Агронома то такого и не было вообще. И не слышали про Романа. Что и думать тогда я не знала? Но не приснился же он мне. Да и подарок от него растёт. Об этом я ни кому ни словечком не обмолвилась. Помог бы и сейчас, как тогда тебе твой Роман подруга. Подумала Каро. Так и затихли они, казалось думая каждая о своём. С утра, что бы отвлечься от гнетущих мыслей, старались занять себя работой. Нина подавая картошку сыну из погреба, вдруг позвала его. Сынок спустись ко мне. Костя увидел, что мать, при свете керосинового фонаря, достала старое, ржавое ведро. Вынула из него кусок мешковины. Развернула её. В тряпке лежал цветастый мешочек. Нина так же осторожно вынула из него шкатулочку. Эта шкатулка была с его ладонь. Смотри сынок, это подарок Розиного отца. Открыла её, а там лежала горстка прозрачных камушков. Мать пошевелила их пальцами. При тусклом свете фонаря они заиграли будто росинки на солнышке. Нина тихо засмеялась. Смех её молодой, счастливый удивил Костю. Очарованные сидели они в погребе. Замшелые стены, бочки с капустой, но им казалось, что это сказочное подземелье. Мама, а кто он отец Розы? Не знаю сынок. Ох не знаю, но думаю очень хороший человек! Роза когда ни будь встретит его. Шкатулочку эту отдашь ей. Опустив её в цветастый мешочек, стянула шнурок и повесила на шею сына. Спрячь пока. Сбереги. Достав всю картошку из погреба, они занялись сараем. Рамон же второй день ремонтировал их старую телегу. Он радостно постукивал молотком и что- то напевал себе в усы. Девчонки тут же играли в скакалочку. Казалось, ни чего не предвещало беды. Уже вечером, сидя за столом. Все вдруг услышали громкий стук за печкой. Ой, что это? Испугалась Сэра. Да ведро видно с печи упало. Успокоила Нина. И тут все отчётливо услышали плачь. Плакал ребёнок. Да так, будто жалел кого то. Посмотрев на образа, Нина перекрестилась. Все переглянулись. И вот первая Каро, а за ней и остальные вышли за дверь. Нина тихо сидела за опустевшим столом. И вдруг стукнув ложкой, громко сказала. Ну что ты домовик душу травишь. И без тебя уже нет моченьки. Молчи старичок, молчи. Хочешь я молочка тебе дам? Взяв со стола кружку с молоком ,поставила её в припечик. Мама, а дядя Рамон сказал, что завтра они уедут. Ну, что же сынок видно так лучше будет. А тётя Каро плачет. И Роза с Сэрой тоже. Конечно жалко расставаться. Подругами уже стали. Главное ты сынок не размокай. Береги девочек. Берегись сам. Прижала к себе сына и гладила его по худеньким плечам. Утром пришёл отец. Прошёлся по избе, как бы ища что. Пошарил глазами по стенам. А потом посмотрел на молчаливую жену, сказал. Ты это соберись. Поможешь мне жердину из леса принести. Изгородь вон прохудилась. Стрельнул глазами на тихонькую, что мышка Розу. Снял со стены ножик Рамона. Этот складанчик тот всегда носил при себе на ремне. А вот сейчас почему то забыл в доме. Василий незаметно опустил нож себе в карман. Нина в старой ветровке уже ждала мужа на крыльце. Все занятые своими делами, даже и не заметили, как они вышли за ворота. Дорогой Василий оживлённо рассказывал городские новости. Несколько раз спросил её про гряды. Но Нина как бы ушла в себя. С нежностью гладила стволы берёз. Слышала только пение птиц. Огромный старый кедр стоял в окружении стройных берёзочек. Они как бы хоровод водили вокруг него. Василий достал нож и чуть приотстав от неё стал сторожко ступая красться. Ват он сделал прыжок и воткнул ножик Нине в спину. От боли и неожиданности она вскрикнула. А Василий уже не давая ей обернуться , всё бил и бил в спину. Тёмное пятно крови расползалось по старой ветровке. Ножик то был складанчик. И лезвие у него было не большое. Нина уже на коленях старалась сбросить тяжесть боли с себя. Но Василий вдруг схватил её за волосы и резко резанул по шее. Страшный хрип враз выключил все внешние звуки. А Василий весь в крови, с перекошенным лицом. Оскалив зубы, уже хватал прошлогодние ветки и кидал их на беспомощное тело Нины. Вот уже гора веток шевелилась под деревьями. Нина медленно умирала от потери крови. Всё это время, прижавшись к стволу кедра, стоял взлохмоченный дурачок Ивашка. В голове его проносились не ясные образы. Но чистые голубые глаза видели весь ужас происходящего. Когда Василий бросив рядом с кучей нож Рамона ушёл, то Ивашка пятясь задом бросился бежать в глубь леса. Бессвязно лопоча и размахивая руками, он кружил между деревьями. На закате он опять выскочил к этому месту. Обняв ствол кедра, смотрел на кучу хвороста. Она уже не шевелилась. Вдруг тихий стон и как будто хрустальный колокольчик тенькнул над поляной. Белое облачко выплыло из страшной кучи. Превратилось в белую птичку. Птичка испуганно металась между молодыми берёзами. Неожиданно подлетела к кедру и села на тоненькую веточку напротив дурачка. Ивашка с изумлением ребёнка смотрел на неё. В печальных глазах птички, он узнал глаза Нины. Доброй всегда к нему Нины. Глаза эти прямо притягивали к себе. Ивашка почувствовал огненную боль в голове. Буд то кто тянул из головы раскалённую иглу. Боль была такой нестерпимой, что теряя сознание, он сполз на землю. Первое, что услышал он это гул и какую -то дрожь под собой. Открыв глаза, он ничего не увидел. И это испугало, но присмотревшись понял, что уже ночь. Осторожно встал. От какой- то чистоты в голове, всё плыло перед глазами. Что это со мной? Сказал он вслух. Услышав свой ясный голос, Ивашка в начале подумал, что говорит кто-то другой. Куда делась его шепелявость. И вечно мешавший во рту язык. Опять накатил страх. Не надо Нина. Я боюсь. Заплакал он. Ты пугаешь меня. Наконец устав от избытка чувств и мыслей, он поплёлся в деревню. Василий пришёл домой уже в темноте. Костя несколько раз уже ездил на велике встречать мать. Но отец шёл к дому со стороны деревни. Подойдя к калитке, Костя увидел, что на отце другая одежда. Синяя в полоску рубаха. Тёмный пиджак, а не та в клетку, что была раньше на нём. Первые слова мальчика. А где мама? Её, что ещё нет дома? Удивлённо спросил отец. Шляется где ни будь. Мама пошла с тобой утром в лес. Ну я за ней не слежу. А где жерди? Какие жерди сынок? Я в канторе был. Испуганно ответил он. Угрюмо смотрели Рамон и Каро на Василия. Вещи их давно уже были сложены на телеге. Свеже струганные оглобли ,тоже были на своих местах. Они не уезжали только из-за того, что не могли оставить детей одних. И Нину на последок не увидеть. Есть в доме этом хоть что поесть? Пьяно крикнул Василий, войдя в избу. Как всегда в уголке под иконами сидела Роза. Василий боялся глаз этой девочки. Казалось она видит его на сквозь. Но сейчас она сидела закрыв тонкими ладонями личико. Каро вошла следом. Хочешь ужинать? Я подам. Нет. Резко сказал Василий. Я пойду к матери. Так, что ночуйте в доме. И боязливо посмотрел в угол на Розу. С трудом уложили девочек. Костя принёс цветной мешочек со шкатулкой и одел на шею сестре. Ночью мальчик слышал, как Каро говорила мужу. Вот Рамон я не зря боялась. Карты не врут. Не каркай. Ничего плохого не может случиться. Придёт Нина. Костя тихонько вышел на улицу и сел на лавочке у дома. Мальчик, что старичок сгорбившись , и смаргивая слёзы, всё смотрел и смотрел в сторону леса. Вот из сумрака показалась фигура. Ёкнуло сердце, но это странно подвывая, пробежал дурачёк Ивашка. Тихая, тёплая ночь опьяняла запахом цветущей черёмухи. Под утро потянуло туман от реки. Туман, что вата не пропускал звуки. Призраком проявилась Сера у лавочки. Она в большой цветастой шали матери, села рядом. Я тебе мамину шаль принесла. И укрыла Костю. Так и сидели дети до утра. Первые лучи солнца слизывали с лиц детей слёзы. Соседка тётя Надя, увидела их когда вышла за калитку. Присмотревшись, она крикнула. Костя ты что ли? С удивлением смотрела на на сидящих, что два воробушка детей. Мы маму ждём. С казал Костя. А где же она? Ушла вчера с папой в лес за жердями, и до сих пор её нет. С дрожью в голосе, сказал мальчик. Батюшка, как нет? А я Ваську вчера вечером видела. Отец сказал, что не знает где она. Погодь Костя я сейчас домой сбегаю. И быстро пошла к дому, аж полы её широкой юбки закружило вокруг ног. Звеня подойником, Каро вывела за ворота Марту. Идёмте дети, хоть молока попейте. Позвала она их. Запыхавшись, подошли соседи. А, что это Каро? Правда ли, что Нинки до сих пор нет? Ой соседушка. Вскрикнула цыганка. Вскрикнула цыганка. Всю ноченьку прождали, а её горемычной так и нет. Вскоре шумно переговариваясь, соседи ушли в лес. Завтрак прошёл в молчании. Только Роза удивила всех за столом. Маленькая, беленькая птичка раскачивалась на пышной кисти черёмухи за окном. Роза внимательно посмотрела на неё. И вдруг радостно засмеялась. Мама, мама! Смотрите. Она не оставила нас. И в припрыжку кинулась на улицу. По испуганным лицам за столом, нельзя было сказать, что они тоже рады этому. Все смотрели как Роза зайдя в палисадник, протянула руку и птичка беленьким шариком, села ей на ладонь. Мгновение, что она сидела, показались вечностью. Наконец пропев на своём птичьем, она вспорхнула и скрылась в ветвях черёмухи. Роза осталась стоять, прижимая к груди мешочек со шкатулкой. И тут послышались крики идущих из леса мужиков. Последующие дни , были сплошным кошмаром для жителей этого дома. Найденное истыканное тело Нины увезли в район. И сразу под подозрение попал Рамон. Его ножичек нашли окровавленным у тела. Видели его идущим из леса с заготовками для оглоблей. Отец доказал, что весь день был в канторе. Нашлись свидетели. Напрасно плакала и кричала Каро. Кто поверит цыганке и детям. В раз испортились хорошие отношения деревенских. Все угрюмо отворачивались от её умоляющих глаз. Но она не бросила детей Нины. Так же делала всё по дому. Василий приходил несколько раз. Прошагав, что зверь в клетке из угла в угол, уходил. Судили Рамона в деревенском клубе. Тихий Рамон сидел на сцене. В клуб набилось много народу. Но это было после, а сначало были похороны Нины. Приехали её сёстры. Городские тёти сразу взялись за дело. По плакав, поголосив в начале, они оценивающе стали смотреть на детей. И даже не стесняясь их, решали кого они заберут себе. И выходило так, что Костю берут обе, а вот Роза не нужна ни кому. Странно было смотреть, как они уговаривали отца. Ну. А Розочку ты уж Василий расти сам. Испуганно взмахнув рукой, отец находил поводы отказаться от девочки. Потерянно сидели Сэра с Розой у изголовья Нины. Вся деревня провожала её в последний путь. Удивление вызвало странное спокойствие Розы. Что это Роза ни слезинки по матери не выронила? А уж как её Нинка любила! А Роза стоя на кладбище, спокойно смотрела как ветер кружил лепестки черёмухи. Всё вокруг было усыпано ими. Среди яркой зелени и терпкого аромата Кукушкиных слёзок, это кружение белых лепестков… Благодать то какая Ниночка! Вдруг закричала Каро. Смотри подруженька, как тебя провожают из этого мира. Пусть тебя встретят ещё краше там. И забилась в плаче над гробом. Все в раз заголосили вокруг. Василий бледный, почти не отличаясь лицом от Нины в гробу. Вдруг встретился взглядом с Ивашкой. Тот после случая в лесу, странно изменился. Когда старая знахарка, где он жил, увидала его под утро. То не узнала в начале. Перед ней стоял седой, что лунь мужчина. Раньше он выглядел дурачком неопределённого возраста. Ну дитё дитём. А теперь его осмысленный взгляд , полный боли бросался в глаза. Ивашка стоял позади всех и прямо жёг глазами Василия. Ну всё люди, давайте прощаться с покойницей. Хрипло сказал он Василий. Мужики уже взялись за лямки из полотенец. Но молчавшая все эти дни Роза, вдруг опустилась на колени перед гробом. И стала нежно гладить лицо матери. Тихо мамочка. Тихо. Ну теперь тебе не больно милая? Спинка не болит и горлышко не жжёт. Я знаю ты осталась с нами птичка моя. Этот тихий детский говор, оглушил всех. Ах… Если бы ты знала мамочка. Как больно мне. Она вскрикнула и эти слова, и эхо разнесло их по всему кладбищу. Рядом упала Сэра. Да уведите же вы детей. Закричала соседка Надя. Расталкивая людей, к гробу подошёл Ивашка. Осторожно поднял девочек и понёс из кладбища. Костя истуканом стоял перед могилой. Белая птичка опустилась на его плечо. Гляньте бабы. Это же душа Нины прилетела. Мальчик улыбнулся и пошёл вслед за девочками. Ивашка привёл детей к бабушке Позднячихе. Та заботливо умыла их святой водицей. Напоила ароматным настоем трав. У неё в домике всё было пропитано травами. Везде висели, торчали пучки и веточки трав. Детей от пережитого, потянуло в сон. Они уложили девочек в кровать. Костю отвели в сени. Там за шторой была кровать Ивашки. Костя только дотронулся до подушки и уснул. Будто провалился в пустоту. Каро пришла вечером и осталась до утра. А на завтра был суд. Рамон почерневший, заросший сидел на сцене. Увидев его, Каро заплакала и на цыганском языке, стала что-то говорить ему. Судья прикрикнул на неё. П о всему выходило, что убийца Рамон. Но вдруг от двери, ясный мужской голос крикнул. Я всё видел и могу рассказать правду. В зале заозирались, стараясь увидеть говорившего. Кто там хочет дать показание? Прошу к столу. Проталкиваясь к сцене, шёл высокий, худощавый мужчина. В начале его никто не узнал. Уж больно умное у него лицо. Гладко зачёсаны седые волосы, ну, что учитель. Но вот шёпот пополз по рядам. Бабы да это же наш дурачок Ивашка. Гляньте, какой стал. Что это с ним приключилось? А я вчера на кладбище и не узнала его. Думала, кто из родни приехал. Заговорили в зале. Постучав по графину, судья пригласил его на сцену. Тот одним прыжком запрыгнул на сцену и опять громко сказал. Я всё видел и могу рассказать. Ну просим тебя свидетель. И тут Ивашка стал рассказывать весь ужас увиденного. Останавливаясь на мгновение, он как бы смахивая видение, проводил рукой по лицу. В зале была гробовая тишина. Рамон плакал на -взрыд. Да, что же вы верите ему. Это же наш дурачок Ивашка. И сразу заспорили в зале. Долго не мог судья успокоить народ. Зал разделился. Правда, за цыгана было меньшинство, но всё же было. Тут встала соседка Надя. Я тоже видела, как Васька пошёл в лес с Ниной покойницей. Как раз телёнка выгоняла. Ещё подумала. Чего это они в лесу искать пошли? Ни грибов ещё, ни ягод. Секретарь не успевала записывать. Напрасно судья призывал к порядку. Народ в зале не умолкал. Да это ж Надька со зла наговаривает. Кричали родственники Василия. В один голос заступались за него любовницы и прихвостни. Я вот видел Рамона в тот день. Мы с ним у реки встретились. Он оглобли рубил. А Нину то нашли совсем не там. Да и зачем ему её ножичком саднить, если у него топор с собой был. Рассудительно говорил сосед. Мужик Рамон хороший, трудяга, а тут зверь был в человечьем обличии. Василий сидел в первом ряду. Выпитая для храбрости водка не помогала. Мысли его, что ветром разворошило. Одно в голове билось. Что делать? Что делать? Да, что же вы мать вашу раньше молчали? Крикнул участковый. А вы нас спрашивали? В один голос ответили соседи. Судья дождавшись тишины сказал. Так граждане сельчане, дело передаём на доследование. А гражданина Рамона освобождаем под подписку о невыезде. Под свист и улюлюканье родных Василия, покидал зал цыган с женой. На предложение соседки Нади. Перейти жить к ним, они отказались. Сейчас уже тепло, мы и на телеге поспим. Но уже запрягая кобылу Каро сказала. Нет отец тебе в холоде нельзя ночевать. Поедем к бабке Позднячихи. Хорошая бабулька. А в доме у Василия, городские тёти спешно собирались уезжать. Укладывая вещи, уговаривали Костю. И стоял на своём твёрдо. Ну, что ты тут делать будешь? Где жить и с кем? Спрятав ещё с утра свидетельства о рождении своё и сестры, Костя сейчас локтем прижимал их к телу под рубахой. Оставив бумажку с адресами на столе, ушли тёти. Дети в доме остались одни. Вечером пришла соседка Надя. Управив корову, позвала их к себе, но и ей отказал Костя. Горемычные вы мои. Как же с таким зверем жить то будете? Одно утешает, что может посадят гада. Ночью их разбудил стук в окно. В дом вбежала лохматая Сера. Костя, Костя. Дядьки нас выгоняют из деревни. Как это выгоняют? Пришли и грозят, если не уедем, убьют. Тато уже Майку запряг, а мама тайком послала меня к вам. Боюсь я Костя. У них ружья. Дядьки пьяные и зло ругаются. Путаясь в вещах, одевались дети. Роза на слова брата остаться в доме, наоборот быстрее его оделась и выбежала на улицу. Глубокая ночь была на дворе. Сонно тявкнула собака у соседки. Бабка Позднячиха, где ночевали цыгане, жила прямо на выезде из села. Домик её стоял на отшибе. За ним с пол километра и кладбище. А за кладбищем сразу поскотина. Она огораживала всё село со всех сторон. Не разбирая дороги, бежали дети по тёмной улице. Добежав до домика знахарки , увидели маленькую, сгорбленную фигуру старушки у ворот. Не успели вы детки. Уехали они уже. А как же я? Вскрикнула Сэра . Хватая вырывавшую девочку за руки, бабулька шептала. Не надо тебе с ними. Жить тебе надо. Но Костя уже рванул по дороге в сторону кладбища. Девочки за ним. Ойкнув крестилась Позднячиха и всё шептала и шептала молитвы. Из-за леса показалась луна. Она как помощница осветила им дорогу. Остановился Костя и поднял руку. Дав знак девочкам не шуметь. Все они слушали звуки ночи. Хорошо смазанные колёса телеги, не издавали ни звука. Вот вроде фыркнула лошадь. Послышался голос Каро. И тут сразу за поворотом, при предательском свете луны, дети увидели движущие силуэты. Приглушённо вскрикнул Рамон. Дико закричала Каро. Два выстрела раскатами грома, прокатились над лесом. Заржала Майка и стала бить ногами о телегу. Мужики кричали на неё. Костя потянул девочек с дороги. Илья и Витёк, подпоив двух деревенских бездельников. Уговорили их покончить с цыганами. Мол подумают, что сбежали. И сразу поймут, кто виноват. А чего бежать если не виноваты? Одурманенные первачом мужики, даже и не задумались. Ну надо так надо Витёк. Васька свой деревенский. Каро сразу поняла, что не к добру мужики их решили проводить. Да и ружья у них. По этому и отослала Сэру. С трудом успокоив лошадь, мужики, что ночные демоны, подняли с земли тело Рамона. И бросили его на телегу. Каро в предсмертной агонии уцепилась за куст. Тихо матерясь, пьяные демоны тянули её за ноги к телеге. Тоненько звякнуло монисто и осталось на ветке куста. Запыхавшие мужики попросили добавки. Предусмотрительный Витёк взял с собой бутылку первача. Захлёбываясь, крякая пили те из горла. Со стороны кладбища шёл человек. Первым его увидел Илья. Вытаращив глаза, он удивлённо выругался. Вот мать твою, ни как мертвец идёт. Все разом уставились на идущего. Не доходя до них, он остановился. Что убийцы упарились? И такая боль слышалась в его голосе. Как жить то будете теперь? Первым опомнился Витёк. Да это ж дурачок Ивашка. Чего окаменели. Бей его. Первый выстрелил. Второй за ним. Но странно человек всё так же стоял. Разрывные пули, приготовленные на медведя, улетели в пустоту. Вот он стоял тут у куста и уже его нет. Матом подбадривая себя, мужики рыскали около кладбища. Ладно. После с ним разберёмся парни. Давай открывать поскотину. Увозить этих надо. Лошадь храпела и всё косила лиловым глазом на неподвижные тела, что жутко пахли кровью. Отъехав по полю к лесу. Мужики распрягли Майку и та взбрыкивая рванула от них. Залив тела на телеге горючим, подожгли их. И долго горел последний костёр смерти для этих людей. Только ранним утром завёл испуганных детей Ивашка в дом. Ливанул дождь. Кажется ни откуда пришла гроза. Раскаты грома, что выстрелы били по деревне. Молнии крестили всё небо. С иконкой и веточкой вербы стояла знахарка у окна. Но странное дело, дети сидели и даже не вздрагивали. Только жмурились от вспышек молний. Ивашка печально опустив голову, сидел рядом. Нащупал в кармане монисто, что осталось на кусте. Одел его Сэре со словами. Носи его теперь ты девочка. Уже в темноте пришла соседка Надя. Прошуршав старым балоневым плащом, вошла в горницу. При свете тусклой лампочки, сторожко осмотрелась. Не увидев ни кого постороннего, облегчённо вздохнула. Ну слава богу добралась. Сняла плащ и сапоги. Поставила спортивную сумку под лавку, и опустилась на лежанку к печке. Ну и погодка. Словно боженька кого оплакивает. И испуганно глянув на детей, перекрестилась. Я вот, что пришла. Думаю уезжать вам из деревни дети. Да и тебе Иваш… и виновато запнулась. Ну сейчас то язык не поворачивается тебя так обзывать сынок. Ваня ты теперь. Сжалился видно господь над тобой. Да. Тихо сказал Ваня. Это было в другой жизни. Ну вот я и говорю. Уезжать вам надо из деревни. Что гнездо шершней разворошили вы. Я тут собрала кое, что для вас из одежды. Ношеное правда, но всё городское. Ты же баушка знаешь, каждое лето мои дети наезжают. Ну вот всякий раз, что ни будь да оставляют у меня. То там порвалось, то тут протёрлось. А зять то в моря ходит. Вот и избалованны они этим. Ну, а вам как раз пригодится. Не ехать же в этом рванье. Покачав головой , сказала. Эх Нинка, Нинка и детки то у тебя, что бедняки одеты. И сама ты ничего не имела. Васька слышала, Гальке Поповой подарил золотые серёжки с камушками. А семью вот в чёрном теле держал. Я тут управлялась вчера у вас. Взяла подарочки от матери, а то сегодня там бабка Нюрка хозяйничает. Вовремя успела. И стала доставать вещи из сумки. С начало ярко голубую шаль с большими белыми и жёлтыми цветами. Длинные шёлковые кисти струились, что дождь. Заштопана она немного. Но это совсем не заметно. Ох и красавица Нина была в ней. А это твои вещички Костя. И маленькая стопка легла рядом на стол. Обуток я вам дать не могу. А тебе Ваня зятевы туфли думаю подойдут. Вещи тут его. Ох и модник он. Чуть пятнышко, сразу нате вам мать на тряпки. Деду то моему всё велико, а тебе в пору всё будет сынок. Спасибо тебе добрая тётя Надя. Ласково сказал Иван. А та от его слов зашмыгала носом. С тала вытирать уголком платка скупую слезу. Жалко мне вас детки.



Я бы вас к себе взяла, но думаю житья вам тут не будет. Изведут эти родственнички, а чего хуже так и в дет дом спровадят. Мы сами уже решили уходить. Сказал Костя. Бабушка советует ехать к своей родственнице. Вот ещё я всё переискала. Метриков ваших дети не нашла. Только фотографий несколько матери вашей. Они у меня. Я их сразу как, как. Костя чуть запнулся, помолчал, а после уже твёрже сказал. Сразу как мама ушла, спрятал. Как и подарок для Розы. Показал глазами на мешочек, что теперь не снимала она с шеи. Ну и ладно, ну и молодец. Я вот тут вам немного денег даю. Не могу больше дети. На пенсию живём. Хоть и богатые дети, а брать у них не могу. Свой хлебушко едим. И положила на стол аккуратную стопку сотенных. Спасибо вам тётя Надя. Опять сказал Иван. Тётя, а вы Майку нашу возьмите. Вдруг сказала Сэра. Добрая она и жеребят вам будет приносить. Только не бейте её тётя. Батюшки, дак как же это? Что люди скажут? Не бойтесь. Я сама вам завтра её во двор приведу. Все и будут знать, что я отдала. Ну ладно, ладно дитятко. Уж и не знаю, как быть? Всё это время знахарка нахохлившись, сидела в углу под образами. И теперь вздохнув, ушла в сени. Что-то звякнуло там и вот она с кульком в руке, вошла в комнату. Положила кулёк на стол и стала расстегивать булавку, что скрепляля старый носовой платок. С трудом справившись с булавкой, развернула кулёк. Я вот собрала на смерть деньги, а теперь думаю. К чему они мне? Наверху чай не оставят? Вам они нужнее. И положила рядом с соседскими, свою пачечку сотенных. На первое время хватит, а там бог вам помощником будет дети. Гнетущая тишина нависла над всеми. Я договорилась с Пашкой племянником. Нарушила молчание Надя. Он послезавтра поедет на станцию, гостей своих встречать. Вас и довезёт. Вы только раненько выйдете за поскотину. Там он вас и подхватит. Осторожно только, чтобы деревенские не увидели, а то удумают, что злое. Завтра баньку истопите перед дорожкой. Там уложите всё своё и в путь. Бабушка чуть не забыла спросить. Я помню ты вот Ване паспорт хлопотала. А и получилось, что у тебя? Как же есть у него документ. Добилась я, а то как без него в наше времечко жить. Ну и хорошо, ну и молодец! Теперь вот придраться не смогут если что. Пойду я, а то уже темень да грязь, что осенью. Ох детки. Как же вы в тапочках? На станции ты Костя сходи с ними на рынок. Возьми, что подешевле. Всё же не босиком. А вы девчонки переоденьтесь в платья, что принесла. Нечего выделяться, а это. Он показала на деньги. Спрячьте куда ни то. Батюшки, батюшки. Куда же это спрячешь? Ведь дети все они. И грустно посмотрела на Ивана. Не бойтесь вы тётя Надя. Я их в обиду не дам. Костя, что маленький мужичок сжал кулаки. Ну вижу уж вижу большой ты стал сынок. И шмыгнув носом, шагнула за дверь. На другой день маленькая цыганочка, вела под узцы лошадь. Куда ты её? Спросила любопытная баба. Тётеньке дарю Майку. Добрые они люди. Теперь она их будет. Задиристо сказала Сэра. Баба так и осталась стоять с открытым ртом у ворот. Потом опомнилась, плюнула в след и прошипела. Ишь ты , цыганское отродье. Голь перекатная, а туда же. Дарю добренькой тёте. И чавкая по мокрой траве, заспешила к соседям с этой новостью. Вечером истопили баню. После уложили вещи в сумку. Э то не заняло много времени. Ваня старался не мешать им. Он всё слушал наставления знахарки. Уже в темноте заявились дядья Кости и Розы. Пыхнув перегаром, не разуваясь. В грязных сапогах уселись на лавку. Порыскав глазами вокруг, они стали зло рассматривать Ивана. Ишь ты, что профессор вырядился. Цвыркнул сквозь выбитый зуб на пол Витёк. Что притихли заговорщики? Неча у чужих людей отсиживаться. Забарабанил по столу Илья. Дома вон работы полно. По дому мы что ли всё делать будем? Вон и в огороде дел всё травой зарастает. Что зимой то жрать будете? Ишь ты сиротки выискались. Костя сжав кулачки, сидел у печки. Вырастила Нинка. Сама то, всё добренькой старалась для всех была. А этих вон гордецами растила. Сплёвывая на пол, сказал Витёк. Из угла вышла знахарка. Вы, что это поганцы раскомандовались здесь? Ишь, охальник наплевал тут. Вон из избы. Не сметь на детей злобиться ироды. Размахивая руками, пошла на дядьков. Ты чё, ты чё старая? Пятились к дверям гости. Иван с потемневшими глазами, осторожно отвёл бабушку в сторону. И шагнул за спешившими за порог мужиками. Выйдя за калитку, крикнул им в след. Убийцы. Я всё видел. Ещё раз появитесь, заявлю на вас. Ранним утром все уже были на ногах. В возбуждении Иван ходил по горнице. Желание и страх, путали его мысли. Вся его жизнь прошла в этом таёжном уголке. Он видел хорошее и плохое. Плохого много, очень много. Но это было казалось так давно. И теперь предстояло всё изменить. Где найти свой берег? Берег, который примет их с радостью. Знахарка перекрестившись, пошла провожать их за поскотину. По росистой тропке, шли они скрываясь из родного села. В раз промочив ноги, дети вздрагивали от волнения и сырости. Солнышко с утра было ещё прохладное. Оно как бы разогревалось на небушке. Бобик подкатил минут через двадцать. Усадив их в машину старая Позднячиха, роняя скупые слёзы, всё шептала и шептала молитвы. Не боись старая. Доставлю я беженцев в целости на станцию. Крикнул Пашка и газанул. Иван сел на первое сидение, а дети на заднее. Весёлый и разбитной Паша, как и вся шофёрская братия. Не знал как разговаривать с Иваном. Помня его слюнявым, с непонятной речью. Вечно улыбающимся дурачком Ивашкой. Сейчас же рядом сидел серьёзный мужчина. Аккуратно одетый, с сединой в волосах. Он ни как не мог начать с ним разговор. Включил магнитолу и стал подпевать молодой певице. Он страшно фальшивя, проговаривал слова. Рассмешив этим детей. Услышав их смех, он и сам весело рассмеялся. Что стрекозы, не подхожу я для певца? А я то думал, не податься ли мне в артисты. Смешил всех Пашка. Так за песнями и разговорами доехали до станции. Не большой городок все в округе называли станция. Оставив машину на стоянке у вокзала, Пашка скомандовал. Мужики идём в парикмахерскую. Я вот, что леший зарос. Да и вам не помешает. А дамы могут выбирать или ожидание у машины, или стрижка под ноль. Девочки рассмеялись. Мы выбираем третье. Идём с вами и ждём там вас. Ну, что ж умницы тогда вперёд. С любопытством глазея по сторонам, шли они по широкому тротуару вдоль центральной улицы. Запахом перекиси и одеколона, встретила их парикмахерская. Чинно уселись на диване в маленькой приёмной. Первым стригли Пашку. На вопрос. Как стричься будем? Шутливо ответил. Под Аланделона. Минут через двадцать, появился он по молодевшим перед ними. Следующим был Иван. С ним парикмахерша колдовала дольше. Видный, сероглазый мужчина. С таким модным цветом волос, требовал особой стрижки. Хотя Иван на вопрос. Как стричь вас? Только пожал плечами. Из зала он вышел совсем неузнаваемым. Костю стригли быстро, но и он изменился. Сразу, как вышли на улицу Сэра сказала. Ну, а теперь на рынок. Нужно купить всем кое что из вещей. Посмотрев на часы, Пашка сказал. Времени ещё уйма. Так, что вперёд. Рынок нашли быстро. Туда, как говориться вели все дороги. От пестроты и обилия вещей, все растерялись. Только Сэра была в своей стихии. Спрашивала, приценялась, спорила, да и рассчитывалась тоже она. Ещё в селе предусмотрительно разделили деньги на всех. Что бы если, что не все в раз потерялись. За ларьком переоделись. Костя в новых брюках, рубашке и скромных красовках. Стеснительно шёл за девочками. Для них тоже купили обновки. Лёгкие босоножки. Пашка на рынке всё цокал языком и восхищался Сэрой. Ват бы мне такую хозяйку! Эх, что же ты поздно егоза родилась. В кассе взял им билет. У вас плацкартный вагон. Тут всего пятнадцать часов ехать. Ваш приходит в семь, а мои гости прибывают в пять. Так, что проводить не смогу. Смотрите дети в оба. Сейчас ухарей развелось. Спать по очереди придётся. Вот Пашка уехал увозя своих гостей. Часа через два громко обьявил диктор. Поезд «МОСКВА-НОВОСИБИРСК» прибывает на первый путь. Пятый вагон остановился напротив вокзала. Сэра шла впереди. Из окна вагона смотрели со слезами на глазах, на проплывающие мимо дома. Прощай старое. Здравствуй новое!




на главную | моя полка | | Душа Нины |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 53
Средний рейтинг 4.3 из 5



Оцените эту книгу